Служебный роман

Знойным днем в огромной корпорации разгорелся скандал. Лидия Алексеевна Распутина была в таком негодовании, что впору было уволить всех и вся. С самого утра она не находила покоя, увидев в телефоне референта весьма пикантную переписку. Как оказалось, ее коллега, такой же начальник отдела, состоял в переписке с ее референтом. Распутина стала понимать, что переписка вскоре вылилась в нечто большее и это ее весьма удручало. Она испепелила взглядом несчастную девушку и в который раз услышала жалкие отговорки. Референт утверждала, что Павел Игоревич Алехин попросту помогает ей с английскими терминами, что его шутки вовсе безобидны, а свидания не было в помине. Во все это Распутина не верила. По раскрасневшему виду девушки, по ее блестевшим глазам она понимала, что так еще никто ее за дуру не принимал.

Существует этика, - холодно сказала она, - и мы все должны придерживаться правилам корпорации. Этот служебный роман неуместен.
Да нет никакого романа, - утверждала референт.
Распутина решила узнать сама и прошла к Алехину. Она вспоминала все, что могла знать о начальнике нового отдела, понимая, что толком его и не знает. Поправив рукав блузки, взглянула на часы и открыла дверь. Ее сразу насторожил полумрак, царивший в кабинете Алехина. Плотные жалюзи были закрыты, в угру горел высокий торшер, на столе лампа светила прямо на нее. Алехин даже не поднялся со стола, крутившись в кресле, он вопросительно развел руками, как бы спрашивая, что ей угодно.

У вас переписка с моим референтом, - начала она, - так больше продолжаться не может.
Именно, так продолжаться не может, - подхватил он, - вы любите взваливать мукулатурные дела на эту девочку, а она не справляется. Мне приходится тащить все на себе!
Чушь! – Распутина встала в позу, - я читала и прекрасно понимаю английский. Там вовсе не термины!
А что там?
Там прилагательные! – Распутина едва сдерживалась, чтобы не нагрубить, - она вас младше на пятнадцать лет, чтоб вас! Ей же всего двадцать один!
Вы так кричите, будто ревнуете, - он пожал плечами.
Было бы кого, - она схватилась за стул.
Ее или меня, но вы однозначно ревнуете, - он поднялся и прошел к ней, - давайте присядем на диван.
Не успела она и охнуть, как уже сидела на кожаном диване, чувствуя его руку на талии. Он прижал ее к себе, и она не могла ни о чем подумать, кроме объятий и его дыхания на щеке.

Давайте уже работать вместе, - говорил он тихим голосом, - только вы и я. Мы ведь горы свернем.
У меня просто слишком много дел, - растерялась она, чувствуя его руку на бедре.
Я вас выручу, если согласитесь на ужин, - прошептал он на ушко, - сегодня вечером забронирую столик в ресторане отеля, соглашайтесь.
Хорошо, - она скинула руку и отошла к окну, - и не надо гладить меня. Я вам не кошка, знаете ли.
Лидия, вы на самом деле интересуете меня и я давно ждал, когда вы придете сами, - он расслабился и смотрел не скрывая интереса.
Она почувствовала как он словно раздевает ее глазами, оставаясь при этом совершенно серьезным. Заметив, что пялиться нехорошо, она увидела лишь насмешливый взгляд. Он поднялся с места и подошел к ней. Темные жалюзи не пропускали света, укрыв обоих в полумраке. Слишком поздно она подумала об этом, не понимая, отчего они закрыты. Ощутив поцелуй, Распутина растерялась, а когда пришла в себя, они уже страстно целовались. Только спустя час Распутина вышла из кабинета, на ходу поправляя платье и локоны. Она быстро прошла на свой этаж и заперлась. Тот факт, что она нарушила корпоративную этику в считанные секунды удручал, а жаркие воспоминания вгоняли в краску. Идти в ресторан она и не собиралась, ругая себя на чем свет стоит. Прокручивая ленту времени, она понимала, что повторила бы начхав на всякую этику и этот факт возмущал. Услышав стук в дверь, она привычно поправила прическу и пригласила войти. Увидев в дверях Алехина, Распутина не знала что и делать.

Что вам надо? – спросила она.
Вы забыли, - он вытащил из кармана чулки и положил на стол, - у вас изысканный парфюм. В Париже покупали?
Поверить не могу что такое случилось! – возмутилась она, - это еще ни о чем не говорит!
Да, даже поломанные часы раз в год указывают правильное время. Но вот если два раза...
Другого раза не будет, - она указала взглядом на дверь.
А у вас здесь ярко, - он прошел к окну, - день только начался, и кто знает, что нас ждет впереди. Ваш референт ушла на обед.
Она не будет больше вам писать.
Я к тому, что мы можем себе позволить расслабиться. Весь этаж наш, - он подошел ближе и она отпрянула, - не заставляйте бегать за вами.
Идите к себе, - она схватилась за спинку стула.
Хорошо, - он направился к двери, - вы ко мне еще заглянете на чашку кофе.
Обойдусь, - она села за стол и перевела дыхание.
Кстати, мои двери тогда были не заперты. Любой мог войти и застать, - он смотрел как она заливается краской, - пронесло.
Идите уже, - Распутина указала на дверь и он вышел.
Подумав, что при свете солнца он чертовски хорош, она поспешила позвонить в его отдел и отменить встречу. Все последующие дни Распутина не упоминала о нем вообще, чем немало удивила референта. Уйдя с головой в работу, она все вспоминала последнюю фразу, не смея даже думать, что было бы, застань их кто на месте. Эта тайна, запрет и нарушение всяческих норм и гневил и бодрил одновременно. Она помнила все и знала, что он смотрит на нее всегда. Даже на собраниях его взгляд обжигал так, что она старалась посылать вместо себя заместителя, ссылаясь на самые невероятные выдумки. И тут к ней зашла давняя коллега, с которой они были знакомы со студенческих лет.

Наталья Ивановна Ростова была замужем, воспитывала троих детей и даже собиралась выдать дочь замуж.

Вот так родишь в семнадцать и приходится выдавать замуж, - смеялась она.
Здорово. Я ее помню совсем крохой.
Кроха уже замуж выходит, а ты что?
А я что? – повторила Распутина.
В его отделе говорят, будто видели тебя тогда выходящей из кабинета потрепанной. Будто блузка застегнута не на все пуговки да и вообще, – Наталья выразительно глянула на нее.
Чушь! – отмахнулась Распутина.
Будто чулки он в карман положил в приемной, вынося из кабинета.
Ах он тупица! – вскипела Распутина, - это он мне в пику сделал.
Да он глазами дал всем понять, что ты его женщина, - Наталья села за стол, - у вас с ним было.
Не было ничего.
Это не вопрос. Я говорю, у вас с ним было. Ну, полумрак и все такое. И ты ведь не робот, - она пожала плечами, - так и выходи за него.
Так он и разбежался, - усмехнулась Распутина, - у меня вообще шансов нет. Так, поиграл, а теперь издевается. Разглядывает так, что врезала бы.
Ему, бедному только и осталось разглядывать, - рассмеялась Наталья, - а ты на ревность возьми. Всегда работало. И тут сработает, не сомневайся.
Алехин вовсе не ожидал увидеть на приеме адмиралтейства Распутину в обществе коллеги, Петрова Ивана Дмитриевича, такого же начальника отдела. Она шла с ним под руку и о чем-то мило щебетала так, что тот просто поплыл. Ее фигуру выгодно подчеркивало пышное платье, а золотистые локоны украшали лучше любого венца. Алехину показалось, что она нарочно так вырядилась, заманивая его к себе все ближе, обещая нечто волшебное, словно нимфа. Он и сам не понимал, отчего с того дня постоянно думает о ней, вспоминая прошлое, грезит, будто и женщин других нет. Этот факт раздражал совсем как ее поведение. Когда она почти повисла на руке спутника, он и вовсе не удержался.

Лидия Алексеевна, помилуйте, у него же растяжка была на турнике, - он взял ее за руку, - идемте, нам срочно нужно кое что обсудить.
Он довольно быстро завел ее в какой-то огромный зал и захлопнул двери. Распутина поправила прическу и платье, длина которого доходила до пола.

Петров? Вы серьезно? – он все еще не отпускал руку девушки.
А чем он хуже вас, - она пожала плечами.
У вас с ним ничего не было. Иначе он вас со мной не отпустил бы.
Она с ужасом глянула на закрытую дверь, понимая, что они остались наедине. Припомнив, что в таких зданиях могут быть и камеры, она пыталась выйти, но он не отпустил. Заявив, что не видит ни одной камеры, он прижал ее к себе, наведя ужас от мысли попасть в объектив.

С ума сошли! – выдохнула она после поцелуя, - немедленно пустите. Не хватало чтобы еще здесь! В публичном месте! Вдруг здесь камера!
И вас вовсе не смущает, что со мной, - довольно заметил он, - отдайте мне этот браслет и я отпущу вас.
Это бабушкин браслет, - она пыталась вырваться, но он не пускал.
Я верну его вам сегодня же в ресторане.
Который при отеле?
Тот самый. Я забронировал столик и номер, - он покрывал ее лицо поцелуями, - скажите да, или клянусь, я вас не выпущу.
Да, - прошептала она, спеша выйти.
Получив браслет, Алехин положил в карман и прошел к гостям. Заметив как она поправляет локоны перед зеркалом, он понимающе кивнул, увидев ее испепеляющий взгляд. Распутина заметила участливый взгляд Натальи и отвернулась. Ей казалось, что все видят что с ней было. Казалось, поцелуи все еще горели на губах, делая их пухлыми.

У вас помада пропала, - к ней подошел Алехин и подал бокал вина, - она осталась на моей рубашке.
Верните браслет, - она осуждающе глянула на него, - и прекратите преследовать меня.
В номере верну, - он поцеловал ей ручку, - или передам через своего референта. Скажу, закатилось под диван в кабинете.
Вы так не сделаете, - зашипела она.
А вы проверьте, - он отошел, оставив ее одну.
Распутина Лидия Алексеевна вовсе не была мечтательницей и не была романтична. Сейчас она четко видела цель, а именно свой браслет. Решив вернуть его любой ценой, она в назначенное время пришла в гостиницу. Поужинав, позволив ему шутить и расслабиться, она зорко наблюдала за ним. Наконец, они поднялись в номер, где она приняла душ. Отправив его после себя в ванную, Распутина вытащила из кармана пиджака браслет и поспешила ретироваться. Она была рада своей уловке и поздравила себя за смекалку. Быстро спустившись вниз, села в машину и уехала домой. Как ни странно, звонка и обиженной тирады не последовало, и она решила выдохнуть. Тот факт, что она была с ним в номере и даже приняла душ возмущал, но ведь ничего не было. Так говорила она, успокаивая себя и вовсе не собираясь заводить отношения с таким как Алехин. На следующий день на работу она пришла в приподнятом настроении, поздравив себя и ожидая увидеть его поверженный вид. Сидя у себя в кабинете, Распутина не чувствовала никаких угроз. Она все видела в розовом свете, ничто не предвещало грозу, пока не постучал начальник охраны шефа. Редким явлением было, чтобы начальник охраны вообще снизошел до нее и потому она не сразу поняла о чем речь. Сотрудник охраны пересмотрел шкафы и попросил показать сумочку.

А что пропало и при чем здесь я? – не выдержала она.
Алехин потерял свой служебный телефон.
Это могло случиться на балу адмиралтейства, - она пожала плечами, подумав, что и тут без него не обошлось.
Маячит он из вашего кабинета, - начальник охраны показал на сигнал, - а вот и он.
Она смотрела как из сумочки выпал телефон Алехина и не знала что и сказать. Тут появился он сам, извинившись, взял телефон, попросив прощения у всех. Упомянув совместный ужин и досуг, он вогнал ее в краску, глядя как уходят недоуменные охраники.

Да чтоб вас! – воскликнула она, - зачем вы подкинули мне телефон?!
Останься вы в номере, никто бы не узнал, а теперь все знают, - он развел руками, - по крайней мере отдел охраны точно. Вы сами виноваты.
Она вдруг подумала, что перепалка может вылиться во что-то угрожающее и решила пресечь все на корню. Она поспешила запереть дверь, уже слыша шепот референтов за дверьми и видя понимающие взгляды. Решив, что никогда такое не простит, Распутина размышляла о мести, открывая личную страницу Алехина в социальных сетях. Однако в социальных сетях он редко бывал и толком там ничего не было. Она не нашла информации, ничего кроме работы.

На следующий день они выехали за город. Намечался веселый вечер в кругу коллег на лоне природы, что только настораживало начальство. Распутина ехала на своей машине, обгоняя и позволяя обогнать, старалась не спешить. Оставив автобусы позади себя, она ехала в веренице машин коллег, заметив позади машину Алехина. Прибыв на место, он выбрал тот же коттедж, что и она, занося вещи на второй этаж, где она уже распаковывала вещи.

Здесь три этажа, - возмутилась она, - а на площадке всего две комнаты. Для меня и Нины Васильевны из бухгалтерии.
Нина Васильевна, не сомневаюсь, уступит мне. Я первым прибыл, - он стал доставать вещи, - если боитесь, можете искать другой коттедж.
Распутина захлопнула свою дверь, решив остаться здесь. Достав ноутбук, она удобно расположилась у столика на балконе, но вскоре шум заставил ретироваться в комнату. Она села на кровать, закуталась в плед и включила фильм. Решив не спускаться вообще, хотела отхохнуть за просмотром, размышляя что бы такого заказать в комнату. Душная летняя ночь вынуждала отставить балкон открытым, слыша шум на улице, Распутина узнала голос Алехина и нескольких женщин. Каково же было ее удивление, когда они всей гурьбой поднялись к нему. Вспомнив о корпоративной этике, она также вспомнила и обо всем прошлом, решив не вмешиваться. Прибавив звук, она проигнорировала гостей Алехина, заметив, что и на первом этаже люди живут.

Уже к утру Распутина вышла на пробежку в гордом одиночестве. Она сделала круг и поспешила в комнату, понимая, что всем другим точно не до спорта. Встретив во дворе коллегу из соседнего отдела, узнала, что коллектив не спал до утра, и сейчас все разошлись по комнатам. Женское любопытсво всегда подводило женщин и Распутина не была исключением. Решив заглянуть к Алехину, она тихонько приоткрыла дверь соседа и, увидев что он спит один, поспешила закрыть. В следующую секунду Распутина услышала за спиной тактичное покашливание. Обернувшись, увидела шефа и смутилась.

Все еще спит? – поинтересовался он.
Спит, - кивнула она, - хотела фен попросить. У меня сломан.
Даже она не верила такой отмазке, решив, что все что ни делается, к худшему. Ей казалось, что звезды против нее. Глядя как поспешно ретируется шеф, она зашла к себе и захлопнула дверь. Решив держаться подальше от Алехина, она раз сто предупредила саму себя, планируя наперед встречи, где ему не будет места.