Нужна

- Как вы сказали, тётя?
- А про что, я уже забыла? Знаешь, памяти никакой в последнее время.
- Ну, вот только что, про деньги!
- Ой... Да денег у бабушки было - шиш да маленько.
- Забавно...
- Чего?
- Выражение смешное.
- Хм... Наверное.


Через открытое окошко слышно гудение летящего над облаками самолёта. Силишься понять, где он, вертишь головой, да хоть иди во двор, пади навзничь в траву при этом, - только и дела, что расшибёшься, а самолёта не разглядишь. 
Стрекозы, стараясь выдать себя за него, схлопывают крылами, рвут с места, - не менее тридцати семи вёрст за час одолели бы, коли б хватило мочи. А покуда - маячат мимо, касаясь щёк, дрейфуют в воздушных волнах над головой, а то и зависнут перед лицом, мол, - как мы тебе со стороны, ладно ли, не исправить ли чего.
Так к чему тут править, коли природное всё, исконное, лучше, пожалуй, и не сделать.

Превозмогая кружение, одна из стрекоз зависает вдруг над рукой, словно для пожатия, и - враз делается вокруг пусто, будто не было их никогда, тех стрекоз, и не глядел ввысь скрозь мозаику стёклышек их крыльев, не улыбался небу тогда.
Туча, что подкралась незаметно, принялась выжимать из себя слезу. Шагает нервно под окнами, стучит каблуками... И вышел бы, приобнял её, успокоил, да где там, - не дотянуться.

Вовсе мокрый забегаешь в дом, а там тётя, сидит, как всегда, в кресле, шевелит губами, припоминая нечто.
- Вы что, тётечка? Может, нужно вам чего?
- Да, говорю, немного было денег у баушки, шиш да маленько...

И ведь не попеняешь ей, что недавно совсем, давеча, говорилось про тоже самое. Пускай, сколь ею вспомнится, столь нами узнается, выслушать - труд невелик, а ей - как бы от сердца отлегло: нужна, как есть нужна. Ровно та сушь, точно тот дождичек...