Ноктюрн на струнах парадокса

ч.1
Жизнь - это изысканный ноктюрн, исполненный на струнах парадокса. Каждая музыкальная МЫСЛЬ (ТЕМА) здесь звучит самым виртуозным вибрато, которое заставляет СЕРДЦЕ отзываться лёгким, узнающим высоту звука трепетом.
В такие моменты человек становится инструментом, а его выступление — высшим эстетическим актом,

Настройка инструмента и репетиции, зачастую, становятся даже более увлекательными процессами, чем само выступление. Именно потому, что там бывает много фальшивого звучания, которое постепенно устраняется и дорабатывается.

Роскошь звучать идеально,«в самом себе», лишь «для самого себя», избранного слушателя, — это может позволить себе не каждый.
Став ЭТАЛОНОМ, легко превратиться в ОБРАЗЕЦ, в жёсткую ПАРТИТУРУ, предназначенную для воспроизведения другими исполнителями. «Абсолютно прекрасное» и «неповторимое» как по моновению дирижёрской палочки, превращается в монотонно повторяющийся канон.

Искусство настройки звучания всего ОРКЕСТРА включает в себя и умение солиста слышать все музыкальные инструменты. Солист, выступающий с оркестром, должен подстраиваться к общему звучанию, соотносить собственное исполнение с другими, второстепенно-звучащими участниками. И это будет не уступка «вульгарности простоты», а гармония.
В сложной "симфонии жизни", как и в музыке, есть место и барабану, и литаврам, и флейте пикколо.
Услаждающие слух консонансы перемежаются с резко звучащими диссонансами.
Партитура предусматривает и небольшие паузы солирующего инструмента, и
генеральнве паузы — перерыв в звучании всего оркестра.
Ни к чему хорошему не приводит неумение "держать паузу" и желание бесцеремонно вклиниваться в тему, проводимую другими инструментами, недооценивать их роль в общем звучании.

«Барабан» и «скрипка»— безупречное противопоставление абсолютно разных инструментов. Но и они способны гармонировать на контрасте, услаждая слух. Звучание этих инструментов обнажает суть резонанса УМА с
«камертоном» собственной ДУШИ, Игнорирование «простых» инструментов или «неидеальных» звучаний выглядит нелепо и смешно.


Известно, что прежде чем стать виртуозом, любой начинающий или даже опытный музыкант обязан разучивать гаммы и этюды. Но ловушка заключается в том, что исполнители иногда начинают путать безупречные технических упражнения с самой музыкой. Виртуоз, настраивая звучание, оттачивая ТЕХНИКУ до блеска, вдруг впадает в священный ужас перед неверно взятой им или кем-то другим фальшивой нотой. Его СОВЕРШЕНСТВО становится его УЯЗВИМОСТЬЮ, потому что самый изысканный вид вульгарности — вульгарность БЕЗУПРЕЧНОСТИ.
Душа, как струна, иногда требует не строя, а щедрого, почти буйного «расстроя» и «неидеального» звучания, чтобы услышать ту самую, хрипящую, но ЖИВУЮ НОТУ, из которой потом и рождается НЕПОВТОРИМАЯ НЕПРЕДСКАЗУЕМАЯ МЕЛОДИЯ. ВИРТУОЗ боится этой ноты. МАСТЕР же — молчаливо ждёт её, зная, что именно она и есть начало «настоящего звучания».

ч.2

Все мы знаем, как важна динамика жизни — тихие, интимные моменты напоминают пиано, а яркие, переломные события — форте.
Голоса близких, звуки города, природы, дома — это уникальные «тембры», из которых складывается общая гармония (или диссонанс) нашего бытия.
Жизнь — это главная тема (ценности, предназначение), которую мы постоянно варьируем (меняем работу, окружение, увлечения), но она всегда узнаваема, — именно эта тема с вариациями.
Можно говорить о чередовании сильных и слабых долей в музыке, а можно — о ритме жизни — чередовании работы и отдыха, спешки и медлительности, вдоха и выдоха. О том, как сбитый ритм ведет к «дисгармонии».

Главное — не в том, на чем играть музыкальную пьесу жизни, а в умении ИМПРОВИЗИРОВАТЬ.
Жизнь часто подбрасывает не те аккорды — но как же здорово, когда мы изящно обыгрываем эти диссонансы и консонансы!
Мы не просто исполнители, а со-композиторы своей жизни. Каждый день мы дописываем партитуру своими выборами и поступками.

Музыка — это не только звук, но и паузы. В жизни это моменты молчания, одиночества, остановки, без которых невозможно услышать её главную мелодию. Это очень важный пункт!

Одно и то же событие, как лейтмотив (маленькая повторяющаяся мелодия), можно «аранжировать» по-разному: воспринимать как трагедию или как вызов, видеть в конце не точку, а фермату — знак, позволяющий исполнителю по своему усмотрению увеличить длительность звучания (ноты или паузы), за которой последует продолжение.

Можно привести множество конкретных примеров из жизни. Детство — как чистый, наивный мотив, который задает тональность.
Любовь — это дуэт или даже ансамбль, где важно слышать другого, быть в гармонии.

Преодоление кризиса — переход из минора в мажор через развитие и напряжение.

Рутина — казалось бы, скучное биение повторяющихся элементов, но она может вдруг дополниться по вашей задумке интересной басовой линией или же, наоборот, останется тем самым рифом, на котором продолжает держаться вся композиция вашей дальнейшей жизни.

А разве нам не напоминают потери и прощания о пронзительной каденции, которая вдруг обрывается, оставляя эхо?

Наверное, поэтому важно уметь (или никогда не поздно научиться) не только слушать музыку, но и слышать СВОЮ музыкальную ЛИНИЮ и линии ДРУГИХ ЛЮДЕЙ, вплетённые в ЕДИНУЮ симфонию жизни.
В какой-то момент мы, как дирижеры маленьких или больших оркестров и хоров, контролируем многое, а в другой момент превращаемся в простых исполнителей в общем ансамбле обстоятельств и играем только свою партию в общей партитуре.

Жизнь ценна своей незавершенностью и непредсказуемостью. Мы не знаем, сколько в ней
будет "частей" и насколько хорошо они "прозвучат", и это делает ее увлекательным и уникальеым "произведением".
Жизнь — это единственное произведение, где мы и композиторы, и исполнители, и слушатели одновременно.
В конечном счете, не важно,дирижёр ли ты, солист или простой музыкант-исполнитель, на каком «инструменте» играешь, какую «музыку» исполняешь. Важно, чтобы эта музыка, как и жизнь, была СВОЕЙ, искренней, прочувствованной, пропущенной через свой разум, сердце, трогала, других, а ее звучание доставляло УДОВОЛЬСТВИЕ.