Олег Куваев. Правила бегства

Некогда мой литературный учитель, Александр Михайлович Бирюков, характеризовал мне эту книгу Куваева как лучшее, что только писал автор. И сетовал, что она осталась неоконченной - по безвременной кончине.

А я вот только что попробовал её перечитать - и мне так не показалось.

Мне, впрочем, и тогда не показалось.

Но сейчас я хоть понимаю что здесь "не так" в отличие от той же "Территории".

А "не так" там в попытке написать реалистический роман. Не соц- а именно реализм, с некоторой долей мачизма и нравоучительности - тогда многие так писали - от Ремарка и Хэмингуэя до Сноу.

Но здесь сработала общая стигма нашей литературы после 1930-х годов и до сего времени - человек неизбежно пишет под влиянием двух цензоров - внутреннего и внешнего. И ни одного из них он изгнать не способен. Вот написать неплохое произведение в рамках производственного или колониального романа - "Территория", "Весенняя охота на гусей" - это да. Просто потому что пишется это в установленных границах жанра - а они сами по себе таковы, что в сторону особо не попляшешь.

Привык к ним, решил что могу больше и лучше, вышел за рамки - внутренний цензор ебык тебя изнутри в голову - низзя! До внешнего цензора дело у опытного человека, каким, безусловно, был к своим годам Олег Михайлович, и не доходило.

Думаю, что чувствовал он в ней всю её нарочитость и фальшь, потому она у него и дальше не задалась.

В общем-то все значительные печатавшиеся в СССР авторы привыкли жить в этих рамках - обратите внимание на творчество Стругацких после 1990-х, кстати.

Так что останется у тех, кто помнит, Куваев "Территорией". И слава богу.

Тем более, что и становится нас всё меньше и меньше.