С Божьей помощью да в школьный рай

Сегодня увидела в своём альбоме давнее фото. Это я возвращалась автобусом из путешествия по Грузии в Кабарду. Напишу, как я родом с Алтая попала на Северный Кавказ.

В годы молодые я по комсомольской путёвке строила Запсиб под Новокузнецком. Замуж вышла за аккордеониста Виктора Михайловича Щербина. Он в то время руководил ещё и эстрадным ансамблем. Познакомились с ним в спортивном зале. Виктор тренировал мужскую команду волейболистов, я защищала на соревнованиях честь Запсиба в женской волейбольной команде. Спортом занималась серьёзно: коньки, лыжи, волейбол, теннис, лёгкая атлетика.

В таком возрасте, как на фото, я оказалась в одном из кабардинских сёл, расположенном между Пятигорском и Нальчиком. Здесь жили большей частью кабардинцы и русские люди. Сюда муж отправил меня с полуторалетней дочерью в гости к его родителям. - Если понравится там, приеду и будем жить на Северном Кавказе, – сказал он прощаясь на вокзале.

Родители - простые люди приняли нас хорошо. Их дом стоял напротив школы. Свекровь Анна Карповна разрешала мне ходить по вечерам на спортплощадку. Дочь директора школы приносила волейбол, вскоре подтягивались ребята-кабардинцы. В волейбол мы играли до захода солнца. Вечером там быстро темнеет.

Директор школы Алексей Иванович Прокопенко заметил, как оживилась спортивная школьная площадка после моего появления в селе. Такого никогда не было, чтобы молодёжь собиралась после работы, по вечерам и в воскресные  дни, чтобы поиграть в волейбол. На августовском педсовете обсудили предложение директора – принять меня на работу и решили отдать мне часы учителя физкультуры – отставного офицера.

От соседей я узнала об этом. На собеседование директор школы пригласил лишь на следующий день и напутствовал: «Положение обязывает учителя быть примером ученикам и их родителям. Юбку короткую не носить, одеваться нужно скромно, глаза и губы не красить, плохих поступков не совершать! В нагрузку к урокам физкультуры дадим тебе уроки рисования».
– Так я же рисовать не умею.
– Ничего. Будешь брать книжки в библиотеке, и дети будут срисовывать оттуда картинки. Это было четвёртого сентября. На следующий день я явилась в школу новоиспечённой учительницей рисования.

Ох, каким был волнительным мой первый урок рисования в шестом классе! Очень волновалась. Из наглядных пособий принесла с собой на урок кувшин и таблицу, на которой была показана схема последовательности работы над рисунком. С опорой на таблицу и на то, что я изобразила на доске, учащиеся шаг за шагом, осваивали последовательность рисования кувшина, учитывая нахождение предмета в пространстве, его пропорции, свет и тень.

Девочки сидели и старательно рисовали в альбомах. С мальчиками было сложнее. Они просили друг у друга то лист бумаги, то карандаш, то резинку на кабардинском языке. Поворачивались, забирали предметы и сопровождали действия непонятными мне словами. Девочки, слыша их речь, краснели и тихо «шипели» на них. В кабардинском языке есть много шипящих звуков. А я ничего не понимала, что они говорили, но чувствовала, что здесь что-то не так. Пришлось мне подумать, как быстрее преодолеть языковой барьер.
 
После уроков  поговорила с пожилой учительницей начальных классов (она была  кабардинка) об этом моменте первого урока и назвала ей пару слов, которые мальчики часто произносили, а я их запомнила.
   –  Это они матерились на кабардинском языке, – сказала она. Я попросила её назвать мне кабардинские бранные слова. Учительница продиктовала мне все, которые она знала с переводом на русский язык. Я записала их на листочке. К следующему уроку подготовилась основательно. В тетрадке написала все фамилии и имена мальчиков слева, расчертила пустое место по горизонтали и по вертикали.  А бранные слова написала вверху.

Урок был через неделю. Объяснила ученикам ещё раз процесс работы над рисунком. Им нужно было применить навыки, полученные на прошлом уроке. Учитывалась последовательность работы от осей симметрии до завершённости рисунка. После моего объяснения шестиклассники начали самостоятельную работу.

Опять не у всех мальчиков были свои карандаши и резинки, кто-то просил альбомный лист. Они сопровождали свою просьбу бранными словами. Девочки опять «шипели» на них, на что мальчики ехидно посмеивались. Я ходила между рядами парт, помогала тем, у кого не получался рисунок, а сама отмечала у себя на листе бумаги фамилии матерившихся мальчиков, ставила плюсы против записанных мной бранных слов.

Все усердно трудились над своим рисунком, но мальчики старались друг перед другом, особенно  усердствовал Нуна Шхануков. Это был крепкий паренёк с рыжей волнистой копной волос на голове, с крупными рыжими веснушками на лице, с орлиным носом, а голубые глаза обрамляли длинные светлые ресницы. Он крутился, вертелся во все стороны, изрекая из себя шёпотом кучу бранных слов – меня материл. "Русская же, кабардинского языка не знаю, его не понимаю", – думал он. А я ходила между парт, помогала детям увидеть свою ошибку в рисунке. Замечаний не делала.

Когда урок подходил к концу, я начала подводить итоги работы. Подходила к каждому ученику, высказывала своё оценочное суждение о выполненной работе, выставляла отметку под рисунком. А мальчикам, которые матерились, я озвучила ещё и все сказанные ими нецензурные слова к оценке их работы, но уже по-кабардински. Интересно то, что, произнося бранные слова на другом языке, стыдно не бывает. Они, конечно, не ожидали такого поворота.

После небольшого замешательства, в классе наступила гробовая тишина. Но тут звонок с урока выручил их. Все быстро выскочили из класса. Надо было видеть, с каким выражением лица они рассыпались в коридоре во все стороны! Мальчики и девочки рассказывали взволнованно встречным ученикам о том, что случилось на уроке. По школьному коридору были слышны возгласы: "Не материтесь у Алефтины на уроке! Она хорошо понимает и говорит по-кабардински!".  На уроках физкультуры я использовала методику моего учителя в школе, Льва Алексеевича, и Владимира – тренера женской волейбольной команды на Запсибе, поэтому трудностей в работе не было.

Я отработала в школе уже два месяца, когда муж приехал к родителям на постоянное место жительства. На работу в селе  он устроится не смог, так как её найти трудно было даже местным кабардинцам. Некоторые уезжали на заработки из села, оставляя свои семьи на долгое время.

Как-то муж приехал из района и сообщил, что устроился на работу в Баксанский дом культуры на общественных началах. Так работали и кабардинцы, у кого профессия была академическая. Например, Табу Мусович Сундуков, окончив Ленинградскую Академию художеств, вернулся в Нальчик, организовал на общественных началах изостудию для взрослых. Я прочитала его объявление о наборе студийцев в  газете «Кабардинская Правда» и поехала на первое занятие. 45 человек изъявили желание учиться рисунку и живописи. Многие студийцы отсеялись по разным причинам.

Мои успехи радовали художника. Через год учёбы в изостудии он вместе с женой, работавшей искусствоведом в художественном музее Нальчика, осмотрели мои работы, посоветовали поступать в Ленинградскую Академию художеств, даже написали рекомендательное письмо своей учительнице для моего поступления. Я его не читала. Ездила, но не поступила. Конкурс был 49 человек на место.

А что же муж? Дни шли, денег не было, он долго там не удержался, бросил бесплатную работу в Доме культуре и уехал в Нальчик – это 40 км от нашего села. Там нашёл учеников и  давал частные уроки игры на аккордеоне. Получилось так, что денег от него я не видела.

Прошло несколько дней после его отъезда в Нальчик, и в школу позвонила из райкома партии женщина. Она была третьим секретарём и отвечала там за культурно-массовую работу в районе. У нас с ней состоялся такой разговор. Она спросила: «Виктор Михайлович Иванов  Ваш муж? (При регистрации брака муж взял мою фамилию).
– Да. А что случилось?
– Он бессовестный. Просил меня, чтобы приняла его на работу в Дом культуры, хотя бы на общественных началах. И где он сейчас?
– Вы кому звоните?
– Вам звоню. Вы же его жена?
– Да. Жена. И ещё есть у него дочь. У него есть семья. Работая на общественных началах, как он сможет семью прокормить?
– Так он мне сказал, что работает музыкантом не ради денег. Самое главное в его жизни, – это музыка. Любителей музыки в Баксане он хочет научить игре на аккордеоне и пианино бесплатно.
– Об этом я не знала. Он уехал в Нальчик.
Вопросов больше не было с её стороны.
Такая история с работой  без зарплаты произошла в нашей семье. Недавно читала в газете статью о том, что людям богемного типа не советуют жениться и выходить замуж. Плохие из них выходят семьянины и жёны.

Виктор всё лето жил в Нальчике и писал запросы по поиску работы. Примерно через год он получил приглашение из Бурято - Монгольской филармонии города  Улан – Удэ.  Прислали билет на самолёт и какую-то сумму денег. Работал в филармонии два месяца, нам написал три письма. В последнем Виктор написал о том, что ему там зима не нравится – слишком холодно, сообщил, что решил вернуться на Северный Кавказ. Поздравил всех родных с Новым годом. Это была последняя весточка от него.

Судьба сделала в моей жизни крутой поворот. Восемь лет шёл всесоюзный розыск. Пропал без вести. Я ждала мужа и продолжала работать в школе. И тут, с Небес спустилась Божья помощь. Для школы была выделена большая сумма денег на спортивный инвентарь. Совхозный шофёр повёз на грузовике  меня и завхоза школы в Нальчик в спортивный магазин за товаром.

Заведующий сказал нам, чтобы ждали закрытия магазина. Школьный завхоз вручил мне документы и ушёл по своим делам. Больше мы его в тот день не видели. Поздним вечером продавцы освободились, закрыли магазин, начали отпускать спортинвентарь. Завмаг сказал:  «Бери всё, что хочешь!». Я выбирала товар, а продавцы загружали его в кузов грузовика. Когда погрузка была закончена, я расписалась в накладной.

 Уставшие за день ожидания и голодные мы с шофёром отправились в обратный путь по обледенелой дороге. К 12 часам ночи привезли всё, что я выбрала. В кузове грузовой машины лежали конь, козёл, штанга, были и копьё, диск, два мата, турник, двадцать пар лыж, десять пар коньков с ботинками. Чего стоили только четыре гоночных велосипеда? Трудно поверить, но здесь были и  двадцать волейбольных ниппельных мячей, десять футбольных мячей, десять баскетбольных мячей, двадцать надувных мячей разной тяжести, два теннисных стола, сетки, ракетки, шарики, сетка для бадминтона, воланы, пять пар ракеток. Мы везли пять шахматных наборов, пять досок с шашками, два секундомера, двадцать спортивных форм, двадцать кеглей, двадцать скакалок, десять обручей. За какую сумму я расписалась – не знаю. Где заведующий нальчикского спортивного магазина ткнул пальцем, в том месте и расписалась.

В школе учителя встречали Новый год. Быстро разгрузили машину и были сильно удивлены тому, что на сельскую восьмилетнюю школу была отпущена огромная сумма денег. Начались зимние каникулы. Вскоре, как по заказу, выпал снег, подморозило. Я собрала ребят и раздала им лыжи с простым креплением. Договорились собираться в семь часов утра у подножья горы. Ребята приходили туда на лыжах, научившись впервые стоять на них. Местность была холмистая. Мы скатывались с горки на горку и опять с горки на горку по мягкой травянистой поверхности – посевы озимой пшеницы были присыпаны снегом.

С каждым днём желающих кататься на лыжах становилось всё меньше и меньше. В конце зимних каникул я оказалась на горе в назначенный час одна. Никто не пришёл. В десяти километрах находился небольшой городок Баксан. Параллельно дороги я прокладывала лыжню в его сторону. На полпути повернула назад. Солнце озаряло окрестность в радужный цвет. Километр за километром оставались позади. На ходу вспоминала про лыжные соревнования, в которых я участвовала в Сибири, при морозной погоде. А здесь с горки на горку – кататься одно удовольствие. Вот уже и крыши домов показались вдали.

 Я приближалась к последнему спуску, подъезжала к месту нашего сбора, спокойно скользила – только хруст снега нарушал тишину. Неожиданно пуля просвистела над моим ухом, и раздался выстрел. Сначала услышала свист пули. Сделав несколько шагов, я оказалась на горе и увидела мужчину с ружьём, опущенным дулом вниз. От дороги до места, где он стоял, было метров двести. Не думаю, что он вышел поохотиться на лису. Хотел ли он меня убить или предупредил, – я не знаю. Я пронеслась на лыжах мимо него и покатила домой. С тех пор наши лыжные катания прекратились. Подростки утром всегда помогали родителям по хозяйству, а лыжные прогулки мешали делам.

Через два года появился новый директор школы. Всем коллективом вместе с рабочими летом достроили второй этаж и спортивный зал. В школу приняли нового учителя физической культуры. Число учеников увеличилось. Школа стала средней. А я уже была студенткой Кабардино-Балкарского государственного университета. Училась заочно на историко-филологическом факультете, на отделении немецкого языка, мне дали в нагрузку уроки немецкого языка в среднем звене.

Восемь лет я работала в этой школе, но вдруг получила телеграмму от жены родного дяди - приглашала приехать к ним. Я отказалась. Мы с дочерью жили в двухкомнатной квартире, в хорошем месте с видом на Эльбрус, была работа, школа - рядом. Светлана училась во втором классе. Что ещё надо?!

В конце декабря получила от Веры Владимировны объёмное письмо, в котором она сообщила, что директор железнодорожной средней школы Валентин Миронович Никитин приглашает меня работать учителем немецкого языка при хорошей нагрузке. Обстоятельно написала, где будем жить с дочерью. Я дала согласие на переезд.

Прошли десятилетия с тех пор. Народному образованию отдала 36 лет. Учила детей и студентов немецкому языку, награждена значком "Отличник народного просвещения РФ", медалью за "Веру и добро" за творческую деятельность - не зря училась в изостудии рисунку и живописи, провела 38 выставок своих картин, написала и издала 34 книги. Живу в Мариинске с 1972 года - здесь никто в меня не стреляет.

Спустя годы, будучи уже на пенсии, я прочитала в гороскопе о том, что в конце мая и в начале июня рождаются будущие учителя иностранного языка. Однако в мои школьные годы ничто не предвещало об этом. Прочитала о том, что Солнце находилось в мой день рождения на 29 градусе. Здесь тоже есть информация в Интернете.
 «Из рождённых в этот день вырастают люди творческие и хорошие писатели на историческую тему».

Написано,  что у меня сильная связь с Богом и Родом.
«И будете Вы видеть то, что не дано видеть другим, но и не пытайтесь убедить кого-то в том, что Вы увидели, так как им не дано понять и поверить в то, что они услышали…», – написано обо мне, исходя из моего дня рождения.

Человек рождается на Земле с записанной программой жизни на Небесах. С годами это проявилось в моей жизни через необъяснимые явления, о которых я уже писала в текстах на Проза.ру.
 
Фото автора.