Ариадна, пророчества, дар или проклятье...

Ариадна жила в мире, сотканном из боли и предчувствия.  Ее дар, проклятье – называйте как хотите – был подобен осколку зеркала, безжалостно отражающему мир, но не в настоящем, а в зловещем будущем.  Она ощущала хруст разламывающихся костей еще до того, как человек падал, видела багровый рассвет пожаров до первого всполоха пламени, чувствовала соленый вкус слез задолго до того, как они начинали катиться по щекам.

С самого детства ее мучили видения.  Сначала это были обрывочные картинки: треснувшая ваза, увядший цветок, разбитая коленка соседского мальчишки.  Мать, суеверная и набожная женщина, шептала о ангелах-хранителях, возложивших на Ариадну бремя предвидения.  Но по мере взросления, масштаб ее "ангельских" вестей рос, становясь все более пугающим и неконтролируемым.  Она видела автомобильные аварии, авиакатастрофы, стихийные бедствия.  Ночной кошмар стал реальностью.  Она пыталась предупреждать, кричать, умолять, но ее слова казались бредом сумасшедшей.  Ее избегали, шептались за спиной, опасались.

Ее жизнь превратилась в пытку.  Она знала, что именно в этот день и час произойдет взрыв на шахте, и наблюдала за тем, как отец, шахтер со стажем, спускается в чрево земли, улыбаясь ей на прощание.  Она видела, как ее лучшая подруга поскользнется на льду и сломает позвоночник, но не успела ее удержать – подруга лишь отмахнулась, смеясь над ее "дурацкими предчувствиями".

Годы шли, а вместе с ними росла и сила ее дара, и трагичность ее существования.  После смерти родителей, погибших в заранее предвиденной ею автокатастрофе, Ариадна замкнулась в себе.  Она переселилась в заброшенный дом на окраине города, превратив свое жилище в мрачную обитель скорби и предсказаний.  Книги по истории, астрономии, геофизике громоздились на полу, образуя хаотичные баррикады вокруг нее.  Она пыталась найти объяснения своим видениям, укротить стихию предсказаний, понять логику грядущего.

Но самое страшное пришло позже.  Не мелкие катастрофы и личные трагедии, а нечто глобальное, всепоглощающее.  Апокалипсис.

Сначала это были разрозненные образы: пылающее небо, мертвые поля, обезумевшие от голода люди,  расколы земной коры.  Потом картинки стали складываться в цельную картину -  глобальная катастрофа, вызванная столкновением Земли с гигантским астероидом.  Удар, равный взрыву тысяч ядерных бомб, обрушит мир в хаос.  Цивилизация рухнет, большая часть человечества погибнет.

Ариадна пыталась предупредить мир.  Безуспешно.  Интернет смеялся над ее "предсказаниями",  политики игнорировали ее письма, считая их проявлением шизофрении.  Ученые, ознакомившись с приведенными ею расчетами, хмыкали, называя их антинаучной фантастикой.  Она кричала в пустоту,  будучи единственным человеком на планете, знающим о приближающейся гибели.

В отчаянии, Ариадна начала воплощать в жизнь странный план.  Она посвятила себя созданию бункера – убежища, способного пережить катастрофу.  Похитив деньги с банковского счета своего покойного отца, она купила заброшенный, глубоко в лесу, участок земли и начала строить.  Ее руки, изрядно измотанные годами, работали неустанно, день и ночь, с фанатичной одержимостью.  Она сама копала землю, сама заливала бетон, сама возводила стены, питаясь лишь мизерными остатками еды и надеждой.  В бункере Ариадна  складировала запасы продовольствия, медикаменты, генератор, оружие – все необходимое для выживания в пост-апокалиптическом мире.

В последние месяцы перед катастрофой,  Ариадна стала свидетелем странных явлений: изменение климата, участившиеся землетрясения и извержения вулканов, животные, проявлявшие признаки беспокойства,  повальное увлечение людей эзотерикой и предсказаниями.  Мир,  интуитивно чувствуя приближение конца, сходил с ума.

Настал день Икс.  Ариадна знала точный час и  минуту.  Она сидела в своем бункере,  прижав к себе старую фотографию родителей,  и ждала.  Земля содрогнулась.  В небе вспыхнул яркий свет.  Шум, оглушающий и пронзительный, проникал даже сквозь толстые стены бункера.  Мир рухнул.

После того, как все стихло, Ариадна вышла на поверхность.  То, что она увидела, превзошло все ее самые страшные видения.  Мир превратился в пепел.  Земля – в безжизненную пустыню.  Небо было затенено густой пылью, скрывающей Солнце.  Вокруг царила мертвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догорающих руин.

Ариадна осталась одна.  Единственная, кто выжил… или проклятая этим выживанием.  Она выжила, чтобы увидеть конец света, чтобы бродить по обугленным останкам цивилизации,  являясь живым укором всем тем, кто не захотел слушать ее.

Теперь ее дар стал еще более мучительным.  Она знала заранее каждый свой шаг, каждый глоток воды, каждую пойманную ею рыбу.  Ее жизнь превратилась в эхо прошлого, в бесконечное повторение предопределенных событий.

Иногда, глядя на багровое небо, она задавалась вопросом: возможно ли изменить хоть что-нибудь в будущем?  Была ли в ее даре хоть какая-то польза, кроме мучений и скорби?  Или она просто обречена быть вечным свидетелем конца, тенью пророчества, бродящей по пепелищу мира?

На эти вопросы у нее еще не было ответа.  Но она продолжала жить.  Не ради себя.  А ради надежды.  Надежды на то, что однажды из пепла вырастет новая жизнь.  И что ее дар, когда-нибудь, сможет помочь не избежать трагедии, а исцелить раны прошлого. Потому что даже в самом темном пророчестве всегда есть искра надежды.