Предатели из спецслужб. Глава. 20. 2 Публицистика

Глава. 20.2        Сколько верёвочки не виться …


Нигде не найти покоя тому, кто не нашел его в самом себе.

Франсуа VI де Ларошфуко (1613 — 1680 годы) — выдающийся французский писатель и философ-моралист.


Эта советская организация, руководящие посты в которой занимали старшие офицеры спецслужб, специализировалась на международных контактах в научно-технической и экономической сферах.

Комитет устраивал визиты многочисленных советских научных делегаций на Запад и приём иностранных учёных, инженеров и бизнесменов в СССР.

Важной целью данных обменов специалистами являлось ведение научно-технической разведки - c тем, чтобы технологические секреты Запада поставить на службу советской промышленности, прежде всего в оборонной и ракетно-космической сферах.

На одном из приёмов в Москве делегации британских предпринимателей Олег Пеньковский познакомился с Гревиллом Винном, который оказался бизнесменом, связанным с британской разведкой «МИ-6».

Это поворотное событие стало точкой отсчёта шпионской деятельности Олега Пеньковского. Сам Пеньковский О.В. признал в суде, что акт его вербовки состоялся 20 апреля 1961 года, в ходе его первой командировки в Лондон.

Там он через известного ему по встрече на публичном приёме в Москве Гревилла Винна познакомился и имел продолжительную беседу в отеле «Маунт Ройял» с двумя английскими и двумя американскими разведчиками, представившимися как Грилье, Майкл,

Александр и Ослаф, а впоследствии к ним присоединился Радж. Иностранные разведчики сообщили Олегу Пеньковскому, что его письмо дошло до руководства ЦРУ.

Пеньковский О.В. получил шпионские псевдонимы  «Янг» и «Алекс», а чуть позже  – «Герой». Пеньковского О.В. проинструктировали о том, как пользоваться портативной фотокамерой «Минокс», технологией изготовления микроплёнок, техникой приёма радиопередач из разведцентра посредством транзисторного приёмника, о правилах пользования тайнописной копировальной бумагой, спецблокнотами для шифровки и расшифровки сообщений.

На первой встрече Олегу Пеньковскому показали несколько тысяч фотографий советских граждан, привлёкших внимание западных спецслужб, из них почти 700 новый агент опознал как сотрудников КГБ и ГРУ, некоторые из опознанных Пеньковским О.В. сотрудников, в частности помощник военно-морского атташе Евгений Иванов, работали в советском посольстве в Лондоне.

Договорились о том, что если Олегу Пеньковскому больше не удастся командироваться в западные страны, то связь поддерживать исключительно через Винна, который станет регулярно приезжать в СССР под видом предпринимателя и организатора выставок.

06 мая Олег Пеньковский вернулся в Москву и приступил к сбору агентурной информации.

«Из первой поездки в Лондон Олег Пеньковский вернулся 06 мая 1961 года. С собой он привёз миниатюрную фотокамеру «Минокс» и транзисторный радиоприёмник.

На Запад он сумел передать 111 плёнок «Минокс», на которых он отснял около  5 500 документов общим объёмом в 7 650 страниц.

Во время трёх командировок в Лондон и Париж его допрашивали в общей сложности 140 часов, отчёты о них заняли более 1 200 страниц машинописного текста.

По его наводке, если верить опубликованным на Западе документам, «погорели» около 600 советских разведчиков, из них 50 - офицеры ГРУ».

На первых порах Пеньковский О.В. микрофильмировал и пересылал в Великобританию научные отчёты специалистов Государственного комитета Совета Министров СССР по науке и технике (ГКНТ – прим. от авт.), побывавших в зарубежных командировках, сообщал о слухах и скандалах в руководстве СССР, давая собственную оценку происходящим событиям.

В частности, Олег Пеньковский доносил, что СССР значительно отстаёт от государств Запада по вооружениям и к войне с Западом совершенно не готов. Пеньковский О.В. сообщал, что лишь треть из миллиона членов КПСС сохраняют преданность партии и исполняют её директивы.

У молодёжи, информировал Олег Пеньковский, отсутствует желание воевать, вместо этого молодое поколение выражает недовольство из-за острой нехватки продуктов и вещей в магазинах. По требованию британской разведки постепенно Пеньковский О.В. перешёл к информации военно-технического характера.

Второй раз Олег Пеньковский прибыл в Лондон по линии ГКНТ 18 июля 1961 года и пробыл там до 08 августа, проведя пять конспиративных встреч.

В ходе второй поездки Олег Пеньковский вновь встретился с американо-британской «командой» разведчиков, передал им 20 фотоплёнок секретных материалов, отснятых в разных советских военных учреждениях, которые он мог беспрепятственно посещать.

На конспиративной встрече с шефом русской секции «МИ-6» выразил желание быть представленным британскому премьер-министру.

После окончания шпионской миссии в СССР Пеньковскому О.В. обещали гражданство, высокую должность в разведывательных структурах на выбор США или Великобритании, с окладом  2 000 долларов в месяц и по 1 000 долларов за каждый месяц агентурной работы в СССР.

Олег Пеньковский уже примерил полковничьи мундиры американской и британской разведок, сфотографировался в них.

В этот раз Пеньковскому О.В. поручили вести сбор секретной информации среди военнослужащих ракетных войск, сведений о советских войсках, находящихся в ГДР, о подготовке нового договора между СССР и ГДР, о советско-китайских отношениях, иной секретной информации политического, экономического и военного характера.

На конспиративной даче близ Лондона Олег Пеньковского проинструктировали об устройствах и правилах работы на специальных радиопередатчиках дальнего и направленного действия.

На встрече в Лондоне Олега Пеньковского познакомили с Анной (Жанетт) Чизхолм, женой британского дипломата и кадрового разведчика британской «Secret Intelligence Service» (SIS – прим. от авт.), работавшего в Москве под прикрытием должности второго секретаря британского посольства.

Чизхолм стала связной Пеньковского О.В. в периоды между посещениями Москвы Гревиллом Винном, который являлся основным каналом связи.

В самолёте по пути в Лондон Олег Пеньковский инициативно познакомился с женой и дочерью начальника ГРУ – Ивана Серова, направлявшимися в туристическую поездку, потом навязался сопровождать их в прогулке по английской столице.

А позже, по возвращении в Москву из Парижа, Пеньковский О.В. наведался с подарками домой к Серовым. Эти факты, которым поначалу никто не придал значения, впоследствии дали повод к предположениям о неких неформальных связях между Олегом Пеньковским и Иваном Серовым, которые генерал всегда напрочь отвергал.

20 сентября 1961 года Пеньковский О.В. прилетел в Париж в составе советской делегации, в аэропорту Ле-Бурже передал Гревиллу Винну, находившемуся среди встречающих, 15 микроплёнок со шпионскими материалами.

В Париже Олег Пеньковский провёл встречи на конспиративных квартирах с агентами британской и американской разведок, получил новые задания по подбору 10 новых тайников для безличной связи с агентами в Москве, сбору секретных материалов, в частности, о ракетной технике.

Всего в ходе сотрудничества Олега Пеньковского с «МИ-6» и «ЦРУ» состоялось две большие встречи Пеньковского О.В. с западными разведчиками в Лондоне и одна в Париже, куда он выезжал в командировки по линии ГКНТ.

Все остальные контакты и передача информации согласно полученным инструкциям происходили в Москве. По информации Олега Гордиевского, «за всеми английскими дипломатами и англичанами, жившими в Москве, советские спецслужбы установили наблюдение».

О том, что супруги Чизхолм занимаются в Москве не только дипломатической деятельностью, КГБ предупредил Джордж Блейк, который долго работал на советскую разведку внутри «МИ - 6».

Первый контакт, однако, стал удачным: Олег Пеньковский, проходя в первых числах сентября мимо гуляющей по Цветному бульвару с младенцем в детской коляске Чизхолм, незаметно передал маленькую коробку конфет, внутри которой он упаковал 22 микроплёнки.

Более трёх месяцев Олегу Пеньковскому удавалось оставаться незамеченным. Под подозрение КГБ он попал только 30 - 31 декабря 1961 года.

Оперативники зафиксировали как бы случайное краткое пересечение Олега Пеньковского с Анной Чизхолм в подъезде дома по Малому Сухаревскому переулку, 11, что вызвало подозрение.

Как выяснилось из дальнейших наблюдений, посредством «моментальных встреч» Пеньковский О.В. через англичанку еженедельно передавал разведывательную информацию на Запад.

В том числе - ведомственный журнал «Военная мысль», который за рубежом называли «сверхсекретным», хотя в действительности он имел гриф: «Для служебного пользования».

Часть пересылаемых материалов Олег Пеньковский копировал, принося их домой из спецбиблиотек ГРУ, Главного Ракетно - Артиллерийского Управления Генштаба Вооружённых Сил СССР.

После того, как контакты Пеньковского О.В. с Чизхолм оперативники отследили, за границу его уже не выпускали, однако в июне 1962 года при встрече с прибывшим в Москву связником, британским предпринимателем и разведчиком Гревиллом Винном,

Олег Пеньковский смог передать ему, что чувствует за собой слежку. В течение 1962 года, будучи уже под наблюдением оперативников, Пеньковский О.В., помимо общения с Винном, провёл в Москве ещё не менее шести встреч с иностранными разведчиками.

Шпион под видом сотрудника ГКНТ посетил иностранцев в их гостиничных номерах, побывал в американском и английском посольствах, однажды нанёс визит в квартиру западного дипломата.

Всё это время Олег Пеньковский закладывал информацию в тайники, часть из них находилась в подъездах жилых домов в районе Цветного бульвара, Пушкинской улицы и Арбата, а один тайник  замаскировали в надгробии поэта Сергея Есенина на Ваганьковском кладбище.

За 1962 год Олег Пеньковский переправил англичанам и американцам около 30 микроплёнок с засекреченной документацией. Все эти месяцы за Пеньковским О.В. следили чекисты, однако не брали его с поличным, пытаясь выявить все связи агента - предполагалось, что в Москве оперирует целая шпионская сеть.

Дом на улице Космодамьянской набережной, где жил Олег Пеньковский. Квартира шпиона находилась на пятом этаже под двумя балконами, в один из которых чекисты вмонтировали кинокамеру для слежки за подозреваемым «кротом».

С чердака дома, на Гончарной набережной с которого оперативники вели тщательное наблюдение за квартирой Олега Пеньковского и по кабелю, протянутому по дну Москвы - реки, управлялись кинокамерой, закреплённой над квартирой шпиона.

Пеньковский О.В. проживал в доме 36 по Космодамьянской набережной (тогда - набережная Максима Горького – прим. от авт.), вместе с женой, двумя дочерями и своей матерью.

Для того, чтобы получить точные и убедительные доказательства шпионской деятельности Олега Пеньковского, КГБ осуществило беспрецедентную в практике спецслужб техническую операцию:

по дну Москвы-реки к чердаку в доме напротив, на Гончарной набережной, протянули кабель, управляющий кинокамерой в ящике для цветочной рассады, находившемся на балконе этажом выше квартиры Олега Пеньковского.

С помощью кинокамеры произвели съёмку агента в момент, когда он переснимал на подоконнике секретные документы.

Фотография Олега Пеньковского, сделанная КГБ посредством этой технологии, рассекретили только 40 лет спустя и показали в документальном фильме.

Осенью 1962 года по плану командировок в ГКНТ Олег Пеньковский, вошедший в азарт и продолжавший шпионские вылазки в Москве, должен плану вылететь в США, откуда он планировал уже не возвращаться.

Однако КГБ подстроил оказию, вследствие которой Олег Пеньковский получил лёгкую инфекцию на чувствительных органах и оказался на некоторое время в госпитале, из-за чего загранкомандировка сорвалась как бы сама собой.

В это время оперативники негласно проникли в квартиру Олега Пеньковского и провели в ней обыск, обнаружили тайник с секретными материалами, готовыми к передаче на Запад, портативной съёмочно-копировальной техникой, шифроблокнотами и средствами конспиративной связи.

Расследованием и задержанием Олега Пеньковского руководил лично первый заместитель председателя КГБ, генерал-полковник Пётр Ивашутин.

Предателя арестовали 22 октября 1962 года по дороге на работу и сразу доставили в здание КГБ на Лубянку.

В первые же четыре дня допросов Олег Пеньковский признал многочисленные факты сотрудничества с иностранными разведками, выразил раскаяние о совершённом, предложил свои услуги в качестве двойного агента и просил о помощи и доверии в надежде, что его признание и откровенность будут приняты во внимание, и он получит шанс реабилитироваться «ценой огромнейшей пользы, которую я сейчас ещё имею возможность принести».

Спустя 10 дней после поимки Олега Пеньковского в Будапеште сотрудники советских спецслужб схватили и доставили самолётом в Москву связника Олега Пеньковского Гревилла Винна.

Военная коллегия Верховного Суда СССР рассмотрела дело Пеньковского О.В. и Гревилла Винна в открытом судебном заседании с 07 по 11 мая 1963 года. В ходе судебного процесса Олега Пеньковского представили как полковник запаса Советской Армии.

Бывший сотрудник ГКНТ, предстал перед публикой в строгом деловом костюме и при галстуке.

Его принадлежность к ГРУ не раскрывалась, а стало известна только 30 лет спустя, в 1990-е годы.

Процесс имел все признаки показательного. В зале по спецпропускам присутствовало около 300 «представителей общественности», иностранные наблюдатели не допускались, в советских газетах печатались стенограммы слушаний, изданные затем книгой стотысячным тиражом, а о процессе отсняли богатую кинохронику.

По приговору суда Олега Пеньковского лишили воинского звания и всех правительственных наград: двух орденов Красного Знамени от 1945 и 1945 годов,

ордена Александра Невского от 1945 года, ордена Отечественной войны 1-й степени от 1944 года, ордена Красной Звезды, восьми медалей, в том числе:

«За оборону Москвы», «За победу над Германией», «За боевые заслуги» и другие.

Продолжение следует …