Кнопка

График, отображаемый на мониторе, дёрнулся до показаний в три пункта, но спустя мгновение опять вернулся на несколько сотых обратно. Глагер выдохнул. Нажимать кнопку, работу всей его жизни, пока было рано. Подключив звуковой сигнал слежения за графиками, который сразу же начал часто пикать, Глагер, с присущей ему аккуратностью и внимательностью, начал рассматривать кнопку.
Это была стандартная, заменённая ещё в прошлом году, круглая кнопка, с выпуклой поверхностью. До неё была кнопка меньших размеров, которую постоянно приходилось нажимать пальцем. Теперь же, можно было хлопнуть по ней ладонью, так как она выступала на несколько сантиметров от своей площадки, прикреплённой винтами прямо в стену. И, пожалуй, за всю историю работы Глагера нажимальщиком, это изделие было самым большим.
Звук, издаваемый системой слежения за графиками, начал утомлять Глагера, и он, кинув последний взгляд на кнопку, вернулся к наблюдению за монитором с графиками, отключив назойливое пиканье. Количество графиков разнилось день ото дня. Но нажимальщику они все были знакомы, и за всю историю его работы в Нажкно, он всегда аккуратно и вовремя нажимал на кнопку.
Сейчас же он наблюдал за шестью разными графиками и обозначенными системой пределами, выделяемыми яркими оранжевыми метками, по достижению которых необходимо было нажать на кнопку. И сейчас, в момент исполнения обязанностей нажимальщика, необходимость его действий словно ускользала от Глагера. Графики, то стремились к метке, то по непонятной воле электронной системы уходили вниз шкалы, вдаль от нужных пределов.
Но вот один из графиков достиг оранжевой полосы, остальные же лишь приблизились к нужным меткам. Как ощущал Глагер, вокруг исчезло всё, кроме ожидания нужного момента. Ни мыслей, ни образов, ни переживаний. И когда все линии зашли за пределы, нажимальщик спокойно отошел от монитора, подошел к стене напротив и нажал кнопку. Ничего видимого или осязаемого человеком не произошло в момент нажатия, кроме небольшого щелчка от срабатывания механизма кнопки, ощущаемого пальцем Глагера.
Вернувшись обратно к монитору, Глагер удостоверился, что все шесть графиков опустились ниже необходимой синей линии, и больше не «плясали», как прежде. Затем, он направился к терминалу, на котором работала коммуникационная программа и ответил на ранее пришедшую заявку о нажатие кнопки. В письме нажимальщик написал об успешно проделанной работе, и было уже собирался идти домой, как заметил еще одно письмо. Это не было заявкой на очередное нажатие. Подумав, что это не может оказаться ничем важным, Глагер ушёл с работы. Его рабочий день уже давно закончился.

Утром следующего дня, погода не радовала людей. Небо затянули низкие «свинцовые» тучи, но дождь всё не начинался. Тем не менее, Глагер явился на работу вовремя, в прекрасном расположении духа. Радостные воспоминания о прекрасно проведенном на кануне с семьей временем пасмурное небо было бессильно изгладить. А вот неожиданная гостья, в его рабочем кабинете, с кнопкой, вызвало сильное удивление.
— Доброе утро. — поздоровалась девушка.
— Здравствуйте! — уверенно воскликнул Глагер.
— Мы, видимо с вами еще не знакомы, меня зовут Стергера, я являюсь администратором отдела по корпоративному руководству нашей компании и вчера направила вам письмо с запросов отчета о проделанной вами за день работы.
— Возможно. — ответил Глагер, нахмурив лоб. Он вспомнил, что действительно не прочитал одно письмо, которое пришло много позже официального окончания его рабочего времени и поэтому не стал его читать.
— Будьте добры, покажите мне свою программу для коммуникации? — требовательно сказала Стергера.
— Простите, а у вас есть допуск? — попытавшись сопротивляться, спросил Глагер. Девушка не вызывала у него доверия.
— Разумеется.
— Тогда мой терминал, как раз, позади вас, и вы можете сами открыть программу. — предложил Глагер.
Не раздумывая ни секунды, Стергера вскочила со стула и подошла к терминалу. Открыв коммуникационную программу и немного отодвинувшись от экрана, чтобы Глагеру было видно, показала пальцем на экран.
— Вот это письмо! Вы даже не потрудились его прочесть. — с чувством одержанной победы, словно речь шла о спасении вселенной от неминуемой катастрофы, сказала незнакомка.
— Да, вижу. — согласился Глагер, но заметив, что пришла очередная заявка на нажатие кнопки, сам подошел к терминалу, отодвинув свою непрошенную гостью.
Стергера смотрела на оттолкнувшего её нажимальщика вначале с удивлением, но, подумав о том, что Глагер с таким рвением кинулся заполнять отчет из-за осознания допущенной ошибки, отошла на пару шагов от терминала, сказав:
— Вы совершенно верно поняли на счёт отчета, он должен быть заполнен незамедлительно. — и собралась было отправиться в свой кабинет, как Глагер произнёс:
— Отчёт подождет, у нас тут есть дела куда более неотложные, пришла заявка на нажатие кнопки.
— Причем тут какая-то заявка? Я Вам объясняю: предоставление отчёта о ежедневной проделанной работе является обязательным и первоочередным делом любого сотрудника нашей организации. Все ваши заявки подождут. — не унималась Стергера, начиная злиться на собственные не оправдавшиеся ожидания, в которых, по ее твердому убеждению был виноват нажимальщик.
— Если мы не нажмем своевременно кнопку, то последствия для нас будут куда более серьезными, чем не вовремя сданная писанина. — ответил Глагер. Затем показал на монитор, висевший на противоположной от кнопки стене, и направился к нему. Стергера, будто бы заворожённая, направилась за нажимальщиком. — Вот здесь у нас сегодня пять графиков, которые должны все, как один, перескочить вот за эти оранжевые метки, тогда нам нужно будет подойти вон к той кнопке, — Глагер рукой показал на стену, где красовалась кнопка и направился к ней. — Графики в норме, можно нажимать. — со словами объяснения Глагер, будто бы преисполненный некоторого духовного просветления нажал на кнопку.
— И это всё, чем вы тут занимаетесь? — оглядевшись по сторонам спросила Стергера, когда после нажатия кнопки она не увидела каких-либо событий, которые, по её мнению, должны были обязательно случиться.
— Да. — с гордостью ответил Глагер.
— Что ж. Тогда принимайтесь немедленно за отчёт, думаю, что вам не составит труда его написать.
Усевшись удобнее за терминал, Глагер весь отдался составлению отчёта. Тот, получился к удивлению Стергеры, достаточно объемным, с описанием непонятных ей терминов и каких-то цифр. Когда же Глагер закончил диктовать, компьютер отправил отчет, а Стергера, к радости нажимальщика, покинула его кабинет. Глагер, не до конца поняв, кто такая была Стергера, набросал к вечеру еще один, точно такой же отчет, чтобы на случай очередного запроса со стороны руководства тут же отправить его. А потом, приняв новое положение вещей, составил еще несколько отчётов изменяя фразы, цифры и термины. Выстроив их в определенной последовательности, чтобы те повторялись лишь каждые полторы неделе, задал компьютеру задачу их отправки ежедневно, без одной минуты до окончания рабочего времени.

Вечером того же дня, робко постучав в дверь кабинета с табличкой «Новбо директор «Нажкно», Стергера вошла к руководителю организации. После скромного приветствия, она начала с упоением рассказывать о том, как прошел рабочий день, не забыв похвалить одних и поругать других. В самом же завершении своего повествования, Стергера остановилась на нажимальщике:
— Представляете, этот человек на столько не обременён работой, что даже не пожелал отправить вовремя отчёт, о том, чем он там занимался весь день. Но я подсуетилась и выяснила, что вся его деятельность сводится лишь к нажатию какой-то древней кнопки, когда в коммуникацию приходит заявка. Что он делает весь оставшийся день и почему у него не осталось времени на выполнение вашего нововведения с отчётами, мне не удалось пока выяснить.
— Ну что, вы, Стергера. Коллектив, кроме вас и меня, люди проработавшие здесь не один год, им сложно в один момент перестроить свое отношение к работе. Надо им дать время. — ответил директор.
— Я уверена, сегодня вечером отчёта от него тоже не последует. — не унималась Стергера.
— Что же, раз всё так действительно здесь запущено, то нам не следует потакать подобному поведению. — отреагировал Новбо, после чего сделал паузу, размышляя о чем-то. — У вас есть примерное понимание о том, как мы можем сократить штат? — сменил тему разговора Новбо после паузы.
— Да, разумеется, — тут же, с радостными интонациями в голосе ответила Стергера. — есть несколько работников, типа того, нажимальщика, без которых мы великолепно обойдемся.
— Вот и замечательно. — сделал вывод директор, отдав все решения по увольнениям на откуп своей помощнице. Сам же предался приятным размышлениям о тратах на грядущий большой заработок, после получения премии за оптимизацию расходов.
 
* * *

Войдя в кабинет с кнопкой, следующим утром, Стергера заметила, что помещение у нажимальщика было одним из самых больших, среди прочих. Не став задумываться о причинах этого, Стергера направилась сразу к Глагеру, который внимательно всматривался в монитор.
— Итак! — произнесла девушка вместо приветствия. — Руководство приняло решение о сокращении штата в нашей организации.
—  Да, хорошо. — спокойно ответил Глагер, не понимая интонаций Стергеры, направленных в его стороны, продолжая заниматься изучением графиков.
— Замечательно, если вы считаете подобное стечение обстоятельств хорошим. Потому что для вас, я бы не назвала это благой вестью.
Не обращая внимания на слова коллеги, Глагер откатился на стуле к противоположной стене кабинета, и встав, нажал кнопку, вслух заключив: «Замечательно!». Стергеру взбесило безразличие нажимальщика к её словам. Настроение девушки было окончательно испорчено. Больше всего её выводило из себя то упоение, с которым Глагер выполнял что-то непонятное, по мнению Стергеры, абсолютно не важное и не нужное. Видимо от этого её следующие слова прозвучали достаточно злобно и в некоторых оттенках мстительно:
— Вас уволили, если до вас еще не дошло!
— Что? — переспросил Глагер, который услышав какие-то слова в свой адрес еще не осознал всю их полноту. Следующим же, в его мыслях, появились соображения о работе, которую требовалось выполнять следуя строгим правилам, а если он получался уволенным, то кому теперь доверят его обязанности. Кому следует рассказать о всех тонкостях нажимания именно этой кнопки.
Стергера, стараясь своей позой и выражением лица, с безвкусно наложенным наспех макияжем, выдавать себя за победительницу больше не говорила ни слова. Тишина затягивалась. Стараясь как-то прервать гнетущую паузу, Глагер тихо переспросил:
— А как же кнопка? Кто-то, ведь, должен Её нажимать.
— Это уже не ваша забота. — торжествуя заключила Стергера. После чего сделав лицо, как можно серьезней продолжила. — Вы можете идти, не задерживайтесь.
— Но, вы не понимаете... Постойте, я вам сейчас быстро всё объясню.
— Не стоит…
Не обращая более внимание на возражения девушки, Глагер начал спешно объяснять принцип, по которому нужно работать с графиками на мониторах. Затем, как ему показалось, перешёл к любимому Стергерой оформлению документов до и после нажатия кнопки. Но после нескольких угроз вызвать охрану, на которые Глагер не обращал никакого внимания, Стергера всё же сдержала слово вызвав службу безопасности.
Глагера буквально вынесли на руках из здания, пока он сопротивлялся и громко выдавал весь запас своих обширных знаний. Все его слова окружающие воспринимали, как причитания и жалобы на произошедшее с человеком, которому крупно не повезло, потеряв хорошую работу, о которой он переживал до последнего. Оказавшись за дверьми, Глагеру удалось взять себя в руки, хотя он и представлял весь ужас произошедшего с ним, а главное то, что теперь ожидало всех тех, кто остался работать, не покладая рук и усилий. Но постояв еще немного перед закрытыми теперь перед ним дверями, всё же направился домой, твердо решив, что несколько недель не будет даже вспоминать о произошедшем, посвятив себя отдыху.

Попытавшись утром следующего дня связаться с директором «Нажкно», Глагер ощутил всю бесполезность публичных каналов связи. Так или иначе оказывалось, что электронные автоответчики водили его по кругу объясняя, что для связи с высшим руководством, изначально следует сделать что-то невообразимое или невозможное. Тогда Глагер решился воспользоваться давно известными ему прямым контактом с кабинетом директора, благо он, в отличии от своих владельцев, за многолетнюю историю предприятия не менялся.
Набрав номер, программа коммуникации установила соединение с кабинетом Новбо. Изображения не было, но через пару секунд Глагер услышал удивленный голос директора:
— Да, я на связи.
— Доброго утра, Новбо. Вас беспокоит Глагер, хотел бы вам рассказать про кнопку…
Руководитель «Нажкно», не поняв, кто ему звонит, какое-то время внимательно слушал бывшего нажимальщика, который рассказывал про важность нажатия какой-то кнопки, вываливая на директора гигантский поток технической информации, в которой тот ничего не понимал. Не став больше слушать звонившего, Новбо прекратил сеанс связи, запретив дальнейшие вызовы от Глагера. Поразмышляв немного над произошедшим заключил для себя, что подобные люди всего лишь лентяи, ничем особенно серьёзным, кроме разговоров не занимающиеся. Вызвав Стергеру распорядившись убрать из его кабинета любые устройства связи, так как работать с ними обязанность его референта.
Несколько следующих дней прошли совершенно спокойно. Ничто не тревожило Новбо. Отчеты, от различных отделов «Нажкно», оказывались у Стергеры, которая аккуратно, и главное для неё вовремя, передавала их директору. В самих же отделах, у людей создавалось ощущение, что всё предприятие только и делает, что отчитывается перед руководством, бросив заниматься своими делами.
Как-то, под вечер одного из дней после увольнения Глагера, когда Новбо уже заканчивал работать с очередной сводкой, Стергера неожиданно появилась на пороге директорского кабинета:
— Вас к связи требует какая-то служба, кажется из компании Клос.
— Клос? Да, это одни из наших партнёров. Они не уточнили, по какому вопросу? — раздраженно не отнимая взгляда от монитора, на котором был открыт отчет, уточнил Новбо.
— Нет.
Быстро поднявшись, Новбо вышел из кабинета, про себя проклиная своё же собственной решение переставить коммуникатор в кабинет Стергеры.
— Директор Нажкно слушает вас. — сказал Новбо в коммуникатор, сразу же отключив передачу изображения.
— Добрый вечер. — ответил сухой, безэмоциональный голос. — Уже трое суток прошло с тех пор, как вам была отправлена заявка для нажатия кнопки, но никаких действий с вашей стороны, к сожалению для нас, так и не последовало. Вся телеметрия и необходимая дополнительная информация передается вам непрерывно. Хотим лишний раз напомнить, что из-за отсутствия нажатий, мы несем определенного рода убытки. Во избежание последующих проблем между нашими организациями, предлагаем вам соблюдать условия договоров и нажимать кнопку своевременно. — после последнего слова связь завершилась, не давая директору хоть что-то сказать в ответ.
Посмотрев на Стергеру, директор сделал ехидную улыбку, после чего начал объяснять своей помощнице, что в данном случае с ними связалась автоматическая служба их партнёра и беспокоить его по такому пустяку впредь не следует. Дальше он разъяснил своей помощнице, как он не покладая рук трудится над анализом отчётов и что таким же образом должны поступать все прочие сотрудники предприятия, в том числе и Стергера. Тревожить его в будущем он приказал лишь по поводу разговоров с людьми его уровня и статуса, после чего направился в свой кабинет. Но на половине пути остановился, повернувшись к Стергере, дежурно улыбнулся, сказав: «Кнопку, всё же, нажмите, чтобы к нам, в дальнейшем, не могли предъявить претензий».
Являясь исполнительным работником, Стергера, после разговора с начальником, сразу же направилась в помещение с кнопкой. Войдя в просторный кабинет, свет в котором автоматика включила сразу же, как обнаружила присутствие человека, девушка, без лишних раздумий и переживаний подошла к кнопке и нажала на неё. Ничего не произошло. Никаких звуков, вспышек или еще чего-нибудь подобного, что хоть как-то можно было бы выдать за результат нажатия — не было. Смутно вспоминая об объяснениях Глагера, Стергера подошла к монитору, расположенному на противоположной стене, но не найдя там ничего интересного, кроме быстро «пляшущих» разноцветных графиков, пожала плечами. Затем еще несколько раз нажала на кнопку, и более, не утруждая себя размышлениями, направилась к выходу.

На следующее утро, не успел Новбо притронутся к своему напитку, как вездесущая Стергера, вновь попросила подойти его к коммуникатору. В очередной раз, признав собственную ошибку с перемещением прибора связи к помощнице, Новбо покорно проследовал за Стергерой.
— Я на связи! — громко заявил директор «Нажкно».
— Будьте здоровы! — поздоровался с ним директор «Клос» — Оск.
— Чем могу быть вам полезен? — усаживаясь поудобнее в кресло Помощницы, спросил Новбо. 
— О, вы многим нам полезны, господин Новбо. Хотелось бы обсудить с вами непосредственно события последнего времени. — ответил бодрым и уверенным голосом Оск.
Задумавшись над тем, что могло происходить в последнее время и кем является человек, так твёрдо разговаривающий с ним, Новбо сделал большую паузу в разговоре.
— Здоровы будьте, и вы! — на всякий случай, вежливо ответил Новбо, стараясь оттянуть момент, когда собеседник прояснит для себя его неведение о теме разговора.
— О. Вы, видимо, еще не в курсе. Я вам помогу. — продолжил разговор в менторском тоне Оск. — Несколько дней назад, на наши заявки, не последовало нажатие кнопки. Но зато вчера, словно прорвало платину, в самый неподходящий момент кнопка была нажата столько раз…
— Да, мы умеем заниматься своим делом. Видимо были довыполнены все заявки, поступившие от вас. — перебил пояснением Новбо.
— А. Вот оно что. — ответил Оск и подбирая правильныеслова для нужного ему развития разговора сделал паузу, в которую Новбо продолжал:
— Я не до конца понимаю, в чём состоит суть проблемы. Кнопка была нажата согласно заявкам.
— Кнопка была… не то, чтобы нажата, она была нажата несвоевременно, не согласуясь с моментом, когда, она должна была быть нажата. Мы получили достаточно серьезные повреждения оборудования, что приведет в итоге к убыткам, которые, разумеется, мы потребуем возместить вашу организацию.
— Ну, знаете ли, это слишком громкие заявления. Мне и так сейчас пришлось оторваться от своих дел, чтобы обсуждать вздор про эту никудышную кнопку. Заберите её вообще у нас, если она вам так важна, думаю, вы найдете, что с ней делать!
— Так и поступим. Договорились. — ответил Оск спокойным тоном, после чего тут же прервал связь.
Поймав на себе удивленный взгляд Стергеры, Новбо лишний раз ей напомнил, что ему некогда, и он должен погрузиться в отчеты, после чего отругал ее за несвоевременную подачу ему информации об этой злощастной кнопке и вернулся в свой кабинет.
Из отчётов, изучаемых директором, выходило снижение прибыли «Нажкно». Поразмышляв, недолго, Новбо решил, что теперь момент смены места работы может наступить неожиданно, и чтобы не быть застигнутым врасплох, он подготовил несколько рекомендательных писем самому себе. К вечеру, заполучил подписи всех основных владельцев предприятия под собственноручно изготовленными рекомендациями. Из писем следовало, что Новбо, являясь профессиональным управленцем, смог предотвратить в «Нажкно» излишнее расходование средств предприятия на содержание и обслуживание неиспользуемого оборудования. Несколько графиков, устремивших свои цветные линии высоко вверх, по мнению Новбо, подчеркивали его неоспоримые преимущества руководителя.
На следующий день, трое человек прибывших из «Клос», демонтировали кнопку. Это событие так сильно порадовало Стергеру, что она даже придумала новый отчёт, в котором выразила всю свою радость от избавления от лишнего и не понятного на предприятии. А директор, увидавший творение своей помощницы, позвал её в свой кабинет, где они вместе проработали похожие отчёты для всех отделов и каждого сотрудника по отдельности.
После обеда, Новбо с удовольствием начал разбирать финансовые графики, которые все, как один, устремляли свои линии книзу. Нашёлся, правда, один из отчётов, где линия неуклонно шла вверх. Директор, даже было, успел порадоваться, но прочитав название документа пришёл в еще большее уныние — это оказался отчёт о затратах на составление документации, требуемой руководством.
Понимая, к чему всё идет, директор вновь вызвал Стергеру:
— Дорогая Стрергера, видимо это предприятие, не смотря на все мои титанические усилия, не будет в дальнейшем также успешно. — аккуратно начал Новбо. — Как бы я не старался, но увы, здесь близится закат. В общем, если у вас есть возможность, то начинайте уже подыскивать себе другое место. — закончил директор, осознав абсолютное непонимание помощницы его слов.
— Да, хорошо. — лишь сказала Стергера, после чего направилась к выходу.
Сам же Новбо, оставшись в кабинете один, написал ответ согласия на предложенную кем-то должность руководителя, не известной ему пока фирмы «Дёргорыч», занимающийся переключением, каких-то рычагов.

Встав пораньше, Глагер с большим удовольствием приготовился к первому, на новом месте, рабочему дню. К его удивлению, то, чем он занимался в «Нажкно», было востребовано много где ещё. Мало того, оказалось, что за нажатие кнопки можно было получать неплохие деньги. Поэтому, когда с ним связался Оск, и предложил зарплату в два раза больше, чем у Глагера была на прежнем месте, тот без раздумий и сожалений согласился. Единственное, что оставило в его душе осадок, так этот тот факт, что он не смог донести важность своей работы до бывшего директора.


07 октября 2025 года
06:49 SAMT