Перезанимался

                Перезанимался

               
                (в сборник - "На кухне").


После службы в армии, на втором курсе, моим основным занятием было – «оторваться по полной». Я был несказанно и стабильно зол на весь мир и на себя. Я знал, что в текущем году меня не отчислят в любом случае.
Жил я тогда с валторнистом якутом Лешей Кончаковым (и на половца он был совершенно не похож). В трехместной комнате, а соседом нашим по двуквартирному блоку новенького общежития Консерватории и ЛГИТМИКа, в одноместной комнатке был еще один якут – ударник, со старшего, чем мы с Лешей, курса.
Кончаков оченно любил выпить и погулять, я «отрывался», а наш сосед, худой, среднего роста каратеист-чернопоясник, молодой человек, играл в оркестре Кировского театра и готовился ко всесоюзному конкурсу.
Усиленно готовился.
Мы его практически не видели: то он в театре, то в оперной студии до самой поздней ночи.
На наши пьянки-гулянки он смотрел с завистью, но в них не участвовал – дал себе зарок: никаких отвлечений, мешающих подготовке к конкурсу.
«Пахал», в общем, как одержимый.
Мы относились к этому с уважением и пониманием…
Наконец, зимой конкурс состоялся, знакомый наш стал лауреатом и… пропал куда-то… месяцев пять его не было…
Стоял я, в одно из утр, как обычно курил, ждал, когда кофе мой сварится…
И тут зашел на кухню какой-то незнакомый мне толстяк, килограмм так под сто десять…
Я опешил, когда присмотревшись внимательно, узнал в нем нашего ударника-лауреата-каратиста… нездоровая полнота присутствовала…
Оказалось, что пропал он, потому как попал после банкета в честь своего лауреатства в психбольницу… лечился…

«Лучше бы я бухал и по бабам шлялся, как вы, чем так… а теперь что? Теперь мне ничего нельзя», – говорил он нам впоследствии.
Он очень жалел, что вел такой аскетический образ жизни ради достижения высокой цели.
Карьера его рухнула… он уехал к себе в Якутск.
И это далеко не единичный случай среди музыкантов.
Руки перенапрягают, как Скрябин, губы – духовики, связки – вокал… и мозги тоже не выдерживают… вибрации… нейроны…
Очень сложная и трудная профессия, вы уж мне поверьте…