10. Артефакты

Найти в социальной сети аккаунт Иванны не составило труда. Этот захватывающий момент погружения в чужую жизнь, где-то граничащий с вуайеризмом, увлек все внимание Павла.

И, вот тут незаметно всплыло старое влечение.

Павел за много лет успешного воздержания вернулся к пагубной привычке. Это произошло машинально: виной тому был разговор с Егором и его сообщение в мессенджере.

Под руку попала начатая пачка, манившая почти забытым  вкусом. Павел открыл пачку, окинул взглядом кухню в поисках зажигалки так, словно пагубная привычка не покидала его  лет как двадцать, и он продолжал ее изо дня в день. Зажигалка лежала рядом с кофемашиной. Все под рукой…

Может быть вчера забыл Андрей? Иванна врядли страдает этим пристрастием. Павел был ближе к Иванне, и от нее он не чувствовал характерного запаха…

Запах… Запах Иванны не покидал сознания Павла. И дело было не в косметике или средствах гигиены… За любым ароматом, каким бы не пользовалась женщина, всегда есть неуловимый  и необъяснимый природный запах, который незаметно и коварно проникает в подсознание мужчины и включает в нем непреодолимое влечение.

Даже если у тебя есть твоя женщина…

Ира после рождения двух детей не потеряла своей стройности и привлекательности, восстановилась довольно быстро, даже не набрав лишних килограммов, однако, она стала женщиной в социальном смысле. Павел не потерял интереса к ней, как и прежде горел к ней неугосаемым желанием…

Правда, уже как несколько лет, отношения потеряли былой огонь. С ее стороны. По-началу, за дикретной суетой охлаждения не замечалось.  Теперь Павел это чувствовал явно и причиной тому был быт. Он стоял теперь между ними, и создавал ту самую атмосферу, от которой Павел бежал в свое творчество. И даже больше - измерение, в котором мир сужался до поездок на работу и обратно, до походов в магазин и пункт выдачи товаров на заказ, до прогулок с детьми не дальше района проживания, разговоров с Ирой о ипотеке, непогашенных кредитах, насущных покупках и ремонте всего домашнего от крана до стиральной машины.

И вдруг, появляется Иванна, существо из потерянного давно мира, в котором есть движение, направление и цель. Из мира, где человек живёт свершениями, победами и поисками новой цели. Из мира, в котором волосы развиваются на ветру, а вода не застаивается в фильтре для очистки.

Так Павел жил раньше, до брака с Ирой, и хотя состояния себе не нажил и по социальной лестнице сделал лишь пару шагов, он там, в прошлом, жил. И чувствовал вкус.

Вот эта оставленная кем-то пачка…  Она была напоминанием чего-то большего, безвозвратно утерянного. Вкус действительно оказался таким, как он помнил, с тех времен, когда внутри еще содержался натуральный продукт, а не бумага, пропитанная соусами, символ современного достатка.

Как и весь антураж семейного человека, на который уходят деньги: одежда, носимая в лучшем случае пару сезонов, продукты с заменителями, красителями, подсластителями… Мебель, на любой вкус, которая через год уже сыплется опилками, диван, под красивой обивкой которого скрывается скрепленный скобами ящик из прессованной бумаги. Бытовая техника, которая ломается ровно в назначенный срок, хоть календари сверяй!

Павел не раз ловил себя на мысли, что в общем, свиду, живёт лучше родителей: нет дефицита на цветной телевизор, по силам купить новый холодильник или стиральную машину, компьютер, ноутбук, планшет, смартфон. И даже автомобиль он может купить… Мечта о достатке и обеспеченности осуществилась во многом, но выбрасывая в очередной раз мусор, он смотрел на упаковку или сломанную вещь, как на разменную монету своей жизни. Его жизнь каждый день превращается в мусор, который он выбрасывает утром по пути на работу. Павел помнил, что в детстве мусор был другим: в основном, это были овощные очистки, пыль да песок после уборки.

С Ирой тут они и расходились во мнениях. Она стояла на том, что обустроенность быта и обеспеченность -  цель в жизни сегодня, ради которой стоит прилагать усилия, потому что есть люди, живущие лучше и иначе чем они. И жить так, как они - и есть основа смысла жизни, заимей которую, все остальное присовокупится: семейное счастье, устройство детей и чувство собственного свершения.

Иванна… Редкое имя, за которым в сознании не было ни единого собирательного образа. Как писатель, Павел всегда продумывал имена своих героев, и для себя он вывел закономерность. Имя не влияет на человека, но есть неким социальным и временным маркером. Имя Иванна представлялось Павлу  вне времени, и вряд ли девушка двадцать плюс родилась на “первых этажах” социума. Однако, она  не из богатой семьи, ложки серебрянной по рождению во рту не держала.  Родители смогли дать ей старт. Она - “миллениалка”, дитя начала нового века после мрачных девяностых… Родителям хотелось видеть  ребенка личностью…Впрочем, у них это получилось.

Девушка предпочитала “старые” социальные сети. В видео и фотохостингах он не нашел ее аккаунтов. Вот это сильно отличало ее от сверстниц.

Она любила книги. Некоторые из них они с Иванной уже  обсуждали в разговорах и даже цитировали.  Однако, любовь к литературе на этом не заканчивалась. Иванна много писала критических заметок. На них было не мало отзывов.

Музыка - классика, классика в современной аранжировке, готика, симфо блэк, лаунж, джаз.

 Список фильмов по началу не удивил Павла.  Все варианты “Мастера и Маргариты” и “Девятые врата” Полански, были понятны. К месту был и “Сайлент Хилл” Кристофа Гана.

 Однако дальше по списку шли “Солярис”  Тарковского и Содерберга, “Искусственный разум” Спилберга,  и “Одиссея 2001” Кубрика.

Научная фантастика и мистика не совсем сочетались, как решил Павел, однако, в списке была “переходная форма”: “Горизонт событий” Пола Андерсона. И за ней снова появился Кубрик с “Широко закрытыми глазами” и “Клетка” Тарсема Сингха.

В постах, кроме литературы художественной - книги по психологии и истории. Образование высшее, МГИМО, факультет журналистики. Сам Бог велел…

Или не Бог…

Стоп. Павел остановился в блуждании по фоткам и постам. Ни одной фотографии с друзьями, родственниками, нет фото любимых мест и мест работы. Может быть, он пропустил? Павел принялся снова перечитывать комментарии на посты Иванны и прослеживать лайки.

Так незаметно прошло еще несколько часов.

Третий день в Москве стремился к окончанию, таял как дым.  Павел провожал его за рабочим столом со смартфоном в руке. Сквозь панорамное окно он созерцал, как вечерняя столица зажигает огни и меняет свой образ. На ее фоне, с еле уловимо мистическим  ощущением, сквозь сизую завесу, как туман времени, мужчина в всматривался в фотографию Иванны.

 И не придавал ни малейшего значения пепельнице, удобно стоявшей на столе, словно кто-то заботливо расставил предметы пагубного культа, заранее зная движения и положения мужчины, увлеченного жизнью Иванны.

Больше всего Павла удивляло так же отсутствие  фотографий, свойственных большинству девушек на тему “смотрите, какая я красивая! “.

-Ботанша! - усмехнулся Павел и откинул голову на спинку рабочего кресла. - Кто же ты такая? - произнес Павел, пытаясь в сознании упорядочить мысли.

В чем Егор хотел его  убедить? Иваны не существует? Для медиахолдинга создать в сети образ несуществующего человека не проблема, но Иванна существовала, и ее уровень соответствовал полученному образованию.

 Образованная, всесторонне развитая,молодая девушка, ко всему, как уже знал Павел, серьезный специалист. Работа “на” или “с” Шориным вполне объясняла особый образ девушки, отличный от сверстниц.

Но… Список родственников не был указан, в друзьях так же не было ни единого человека из семьи.

Не было одноклассников и одногруппников. На неё никто не подписывался из тех людей, которые на протяжении пятнадцати лет учились с ней. Впрочем, такое обстоятельство еще ничего не определяло, потому что человек может умышленно скрывать родственные связи и друзей.

Павел снова замер.

Сидел застывшим несколько минут , словно завис, но потом, вскочив, кинулся к Синей Папке и дрожащими от волнения руками достал подшивку. Роман Первого Автора “Нарисуй мне счастье”. Павел быстро пробежал глазами по тексту развернутого описания сюжета, а когда нашел нужное место, его губы зашевелились, тихо озвучивая строки:

“Так, к примеру, оказывается, что девушку не помнит ни один одноклассник из школы, в которой она училась. Не помнят ее и одногруппники из МГИМО…”

-Да, ну… - нервно усмехнулся мужчина, - Паранойя! Просто совпадение, я же в Москве!

Рука потянулась к пачке, но на рабочем столе ее не было. Пачка осталась на кухонном столике, и вот тут Павел наконец-то отвлекся от мыслей. Он даже достал из пепельницы окурок, словно хотел убедиться в его реальности.

-Откуда здесь это?

Он вернулся к зоне кухни и порылся в пакете с пиццей. Кроме пустых коробок там был чек. Павел начал его читать, сам не понимая, что ищет. И только на второй раз прочтения понял, что он не заказывал “фимиам Дьявола”, а зажигалка просто лежала рядом с кофемашиной…

Значит, всё-таки Андрей. В этом предположении Павел не был уверен. Курящим Андрея он не видел.

-Откуда это все? - повторил он растерянно снова, и окинул быстрым взглядом студийку.

Взгляд остановился на пепельнице. Пепельница стояла на рабочем столе, но он ее туда не ставил!

Пепельницы не было в квартире вообще! Значит, ее принес тот, кто собрал доску!

Павла пробил озноб. Он настолько увлекся изучением аккаунта Иванны, что не придал значения тому, как в его пальцах оказалась взрослая глупость. И вот тут что-то необъяснимо жуткое мигнуло в сознании Павла.

-Какого… Нет. Я не подниму взгляд! - произнес он вслух сам себе.

Но, он поднял взгляд, даже усмехнулся, понимая абсурдность предполагаемой ситуации.

Губы Павла исказились в нервной усмешке.

На белой доске черным маркером вместо его вопроса, в окружении событий и фигур была написана большая буква “Я”. Кто- то ему ответил на вопрос с доски.

Павел вернулся к смартфону в руке и вызвал приложение нейросети. Пальцы набрали в строке диалога: “Георгий Шорин”.

-Георгий Станиславович Шорин, генеральный директор холдинга “Радуга” в сфере средств массовой информации. - ответила нейросеть приятным женским голосом.

-Биография Георгия Станиславовича Шорина. - объявил Павел.

-Год рождения и место рождения не установлены. Информации об окончании учебных заведений в открытых источниках не обнаружено.

Павел подошел к доске, всматриваясь в букву “Я”. Снова вызвал нейросеть и дал голосовую команду:

-Ольговск 66.

-Ольговск 66 упоминается в нескольких журналистских расследованиях до две тысячи тринадцатого года, проведенных украинским блогером Меккано .

-Кто это еще такой? - спросил Павел.

-В свободном доступе информации об этом блогере не найдено.

-Здорово! - хлопнул по бедру Павел, - Города нет, кто писал о нем - его нет, Шорин - неизвестно кто.

Минуту - другую Павел размышлял над новыми фактами, а за тем снова задал вопрос:

-Где находится Ольговск-66?

-Официального подтверждения существования города Ольговск 66 не существует. - ответила умная колонка, - Предполагаемое место нахождения города - Крымская область.  В ходе журналистского расследования было установлено существование секретного объекта Ольговск-66, находившегося в ведении войсковой части тысяча - три. В две тысячи третьем году войсковая часть тысяча-три была расформирована по указу Президента РФ. Аналогом службы являлся американский проект “Звездные врата”, прекративший свое существование в тысяча девятьсот девяносто пятом году.

-Какой-то бред! - произнес Павел и неуверенно осмотрелся по сторонам: он уже начинал боятся обнаружить в студии новые, необъяснимые изменения.

Затушив остатки минутного греха, он подошел к панорамному окну со смартфоном в руке.

“Что делаешь?” - написал мужчина в мессенджере Иванне.

Ответного сообщения не последовало сразу. Павел ждал минуту, две, три…

Он сел у панорамного окна на пол, наблюдая, как ночь поглощает Москву. Так он просидел с полчаса, гадая, почему Иванна ему не отвечает, а если ответит - что он скажет ей? Павел написал на эмоциях под напирающими сомнениями, которые в его сознание поселил Егор. Теперь, что делать? Это был жест отчаяния. Сообщением он словно бросал спасательный круг тому образу Иванны, который она поселила в нем своим общением накануне.

Мессенджер подал сигнал о входящем сообщении.

“Жду, когда ты задашь мне этот вопрос” - прочитал Павел ответ девушки.

“Это ты иронизируешь?”

“Нет, констатация факта. Я твоя золотая рыбка. Проси чего хочешь”

“У меня творческий кризис” - ответил Павел.

“Предлагаешь нажраться в свинину?”

“Это так теперь называется синхронизация? “

“Напомню, Паша, ты сам просил меня об этом” - ответила текстом Иванна. - “Я предлагаю простой и доступный вариант”

“Да, помню. Так ты согласна поблевать на брудершафт?”

“На столько все плохо, что тебе нужна перезагрузка на физическом уровне? Звучит мерзко, но в этом что-то есть”

“В договоре запрещено употреблять алкоголь и запрещены интимные отношения с Корректором. Но, там нет ничего о том, что нельзя выпить с Корректором.”

“Однако, аргумент. Ты почти адвокат Дьявола”

“Нажраться предложила ты”

“Ты порочный человек, Паша”

“Ура! Я смог ответить на твой вопрос!”

Я приеду за тобой”.

-Паша… - произнес мужчина, как бы пытался “распробовать на вкус” эмоции девушки, посланные в его имени, и начал одеваться.

Он повторил свое имя так же, когда натянул джинсы, гульф, куртку. Попутно он сделал фото доски, а затем стер схему. Вместо неё он нарисовал сияющую лампочку.

И забрал все маркеры с собой.

Перед выходом из квартиры кинул быстрый взгляд на свое отражение в зеркале и снова произнес свое имя, пытаясь сохранить интонацию Иванны. Что-то было неуловимо приятное для Павла в произношении его имени Иванной.

От Иры он давно не слышал такого произношения.

На улице, за забором жилого комплекса Павлу не пришлось долго ждать. Как только он появился, немного поодаль от центрального въезда мигнула фарами  машина. Павел направился к ней.

-Куда едим? - поинтересовался он у Иванны, когда открыл дверь  в салон “корейца”.

-Битцевский лес. -спокойно ответила Иванна.

-Ближе к ночи - на природу? - воскликнул Павел, - Я хоть и не местный, но наслышан о странностях этого места. В шахматы будем играть?

Иванна развернулась к Павлу с видом учителя, который принимал зачёт ученика.

-Пичушкин не увлекался шахматами во взрослой жизни. Шахматную доску он использовал для учета жертв. Садись!

Когда Павел закрыл дверь салона, Иванна продолжила:

-Битцевский парк - место тихое. Малолюдное. В остальном, все что ты вычитал в Сети - мифы. Коллективное бессознательное. Едим мы туда, чтобы ты проникся атмосферой. У тебя же “слово не идет”?

- А… Ты за рулём..

Быстрым взглядом Павел успел оценить, как была одета Иванна: все все тот же оверсайз. Казалось, у нее в шкафу все вещи однотипные. Впрочем, и его гардероб не мог похвастаться разнообразием: синий низ, черный верх. Джинсы, гольф, куртка.

-Капитан Очевидность! - улыбнулась Иванна, - Пристегнитесь!

Машина легко набрала скорость и отправилась в путь по ночной столице.