Байка четвертая. Как раньше жили

Байка четвертая

Как раньше жили


Вот, паря, нонче молодёшь какесь пошла!Сызмальства вольны, Варнаки, однако, а то и вареги которы дак. Вошкатца, вошкатца которая матка да тятька с имя, а оне инда выдерги подрастут, выхвалюши какесь, а которы беспутны, паря.
Выпимши в клуб-от припрутца, дикошары, голоуши, гололыты. Стырят, зубатятца возле клуба, грёзят порой. Финтифлюшка, лохудра, а начепурилась, холера, на лице-то голима краска, волосся дак какесь у машкарадников-сини, зелёны, розовы в мадежах. Насилу признаш каку нить.. Покурнать бы мусалом - то в воду да напучкать по заднему месту. На месте матки то её я бы отбуцкал да при всем народе откостерил, паря,ох - ха! Ишшо которы дак отшатились от школы. Озундуглели с этим телефоннями, путем не оболакаютца. Таперича и сухарят-то хто с кем не дотумкаш-то -ли это парень, то ли дефка, одежа - то одинакова, екалэмэне!

Заходи, паря, посиди маненько, я счас. Давеча нимо заплоту какой- то прошел, я подумал, однако ты, а энтот к суседям настропалился варнак голоуший, , смотрю, торкатца в ворота. Суседка - то робит, дома дефка одна. Она выскочила на крыльцо, глаззя выпучила, тэнек - тенэком стоит, недотумкат, хто такой навяливатца,макитра зелёна торчит у ево.Но и стоял, стоял, пока я не вышел, паря, да чуть не отшшолкал его, самуститель ушлый,поперся дале, выпимши, однако. Вот паря таперича какесь мОлодешь, наскрось худа, хлыняют туды - сюды, торкаютца подле заплоту, шиперятца, кобенятца, курют да шивяки пинают.
Но то ли дело раньче была мОлодешь! Паря и дюжи, и дробненьки-все робили. Лопоть и обутки хоромчили.Оболакешься в куфайку да в катанки с шубинками, никакой колотун не страшен-то. Мы ни ширились, че было, в то и оболакались, ни щупались, мужицку-то работу всюе  делали по дому. Ни на каво ни плешничали. Намантулишься в колхозе ли, в мэтээси ли, укатосашься какесь,до мадежей в глаззях, домой бежишь. А дома квашня у матки. Начаюишься с тарками, бате помогешь справитца с  иманухами, куфайку на плечи и в клуб настропалишься, под баян наяривам с дефкам до упаду; откель, паря, силы - то брались! Дак ить апосля ишшо на улице с дефкам стоиш, в куржаке весь, а чо нам доспетца, не ознобишься дажа. Не дотумкашься по деревне почём здря хлындать да базлать. Утре на работу, поспишь часика3-4.

От ить как жили-то. Эвон, карточка моя с годом в киетке - то, глянь. Токо лебезна киетка-то, не трогай ие.Годок мой, Кольча, брацковатый с виду, но бравый был. Ишь, вельветки на нас. Димно время-то с той поры пробежал, нет ево уже.. Обалакались-то апосля войны кто в че. Зимой шептуны(ичиги), паря, летом парусиновы тапки мелом на чистим, ни выхвалялись, ни ячились, ни выкобенивались, как счас. Волосся не красили,по деремни рюмти ни собирали, ни пакостили, а мантулили день и ночь.
Еда как? Дак чугунка с картохой в мундире на столе, мангыр, грузди, но и сальце, молочко от иманух - ли, от коровенки завсегда стояли. Хлеб аржаной. А я, паря, чумугу сызмальства любил, как лакомство, заместо сахару, тарки опеть же с черемкой. Ребятишек у нас в семье восемь было, бробеш, дак и оденки похлебаш, ничо. Жарехи осенню были каки! Матка свежанину сгоношит, осердия, паря. Скуснооо! В пироги сало внутренно лошкой лили, токо за ушам трешшит! Никакой карачун ни возьмёт, токо мусало ширше стает. Летом манерку голубицы, аж сива она с виду, до чо спела, уговориш на покосе да сливану надуднешься, солошши были ись..

***

Решила со словариком забайкальских говоров подождать..
 Рекомендую толковый словарь Ожегова С. И.,словарь  Элиасова Л. Е.

„СЛОВАРЕ РУССКИХ ГОВОРОВ ЗАБАЙКАЛЬЯ“ Л.Е. ЭЛИАСОВА

За последние два десятилетия интерес к диалектным словарным особенностям русской народной речи резко возрос. Это объясняется необходимостью привлечения новых данных для реконструкции истории русского языка и смежных с ним родственных и неродственных языков. В народных говорах сохранилось много свидетельств отдаленного и близкого прошлого, не нашедших своего отражения в письменности. В литературном языке мы не найдем сотен тысяч слов, значений слов и фразеологизмов, которые звучат в устах народа на необъятной территории распространения русского языка. Мы многое можем потерять, если не учтем всего этого нашего культурно-языкового богатства. Проблема записи диалектной народной речи обостряется тем, что в наш век всеобщей грамотности местные особенности говоров под мощным воздействием литературного языка быстро исчезают. Диалектологам надо спешить. Вот почему за последние годы один за другим выходят из печати словари донских, смоленских, московских, новосибирских и многих других говоров. С 1965 г. по инициативе и под руководством автора настоящих строк публикуются капитальный ”Словарь русских народных говоров”, в котором учитываются все доступные нам материалы ХХ-ХХ вв. Однако сводный словарь не может заменить собою частные областные словари, так как специфика местной речи в нем как бы теряется на общем фоне суммарно показанных громадных пластов лексики. Нам нужен и сводный словарь, и местные словари.

Достойное место среди областных лексиконов займет предлагаемый читателю Словарь русских говоров Забайкалья” Л.Е. Элиасова. 'В языке и эпосе русского населения Забайкалья отразилась жизнь этого интереснейшего края, начиная с появления здесь русских поселенцев, его удивительная природа, контакты русских с братскими нерусскими народностями. В забайкальских, как и во многих других периферийных, говорах сохранилось немало золотых словесных россыпей, уже утраченных на территории метрополии, что еще более повышает их научную и культурную ценность. В них появилось и много нового, чего нет в говорах центра. Важно, чтобы все это было записано добротно, со знанием дела. Л.Е. Элиасову это удалось вполне. Сам он родился 7 июня 1914. г. в забайкальском селе Большое Уро, где его предки поселились в начале ХХ века. Места свои он знал отлично. Получив хорошую филологическую подготовку, Л.Е. Элиасов сорок лет своей жизни посвятил собиранию забайкальской диалектной лексики и местного фольклора. Лучше него никто этот предмет не знал и пока не знает. Если над подготовкой диалектных словарей обычно работают коллективы ученых с привлечением помощников (студентов, учителей-словесников и пр.), то Л.Е. Элиасов свой словарь, включающий около десяти тысяч слов, создал один. Это научный подвиг. И что очень важно, надежность словаря от этого заметно повышается (услышано и записано все самим, а не взято из вторых и третьи›: рук).

Л.Е. Элиасов не дожил до выхода в свет своего труда (он скончался в 1976 г.). Его записи надо было довести до нужной лексикографической кондиции, что было выполнено старшим научным сотрудником Словарного сектора Института русского языка АН СССР И.А. Поповым.
***

Перевод.

Вот этим годом молодежь какая пошла С детства  не слушаются. Хулиганы однако, а то и раззявы некоторые так. Возится, возится какая-нибудь мать или отец с ними, а они как дерганые подрастут, хвалятся собой, а некоторые вовсе бессовестные. Пьяные в клуб  придут, с дикими глазами, с непокрытой головой,с сильно  оголенными ногами ,Спорят, ругаются возле клуба, хулиганят  порой.
Ничего незначащая нерасчесанная , а накрасилась , непотребная, на лице сплошная краска, волосы так как у маскарадников, -синие, зеленые, розовые, бликами. Едва узнаешь какую-нибудь.
Поокунать бы лицом -то в воду да нашлепать по заднему месту.
На месте матери-то я бы ее отшлепал да при всех отругал ,ох-ха!
Еще некоторые пропускают уроки в школе.
С ума сошли с этими телефонами;как следует не одеваются.
Теперь и любовь крутят -то кто с кем не поймешь-то -ли это парень, то -
ли девушка, одежда-то одинаковая, блин!.
Заходи,(обращение к кому-то-это слово паря), посиди немного, я сейчас
Недавно мимо забора какой-то прошел, я подумал, кажется, ты, а это к соседям приготовился хулиган с непокрытой головой, смотрю, ломится в ворота. Соседка-то на работе, дома девочка одна.
Она выскочила на крыльцо, глаза выпучила, тупая-претупая стоит, не поймет,, кто такой лезет, голова зеленая торчит у него .
Да и стоял, стоял, пока я не вышел, парень, да чуть не отколотил его, соблазнителя хитрого, потащился дальше, пьяный вроде.
Вот, парень, теперь какая молодежь, напрочь плохая, ходят без дела  туда-сюда, толкаются около забора,  издеваются, задаются,
курят и бездельничают.
Да то ли дело раньше была молодежь! И сильные , и замухрышки-все работали.
Одежду и обувь берегли. Оденешься в фуфайку да в валенки с рукавицами из овчины, никакой мороз не страшен.
Мы не перебирали, что было, в то и одевались, не делали бес толку,подолгу что-то,, мужскую работу  всю делали по дому.Ни на кого не носили сплетен.
Наработаешься до пота  в МТС или в колхозе ли, уработаешься как, до темноты  в глазах, домой бежишь.
А дома тесто на хлеб  поставлено  матерью.
Чай попьешь с печенюшками , они с черемухой, отцу поможешь справиться с домашними козами, фуфайку на плечи и в клуб нацелишься, под баян танцуешь с девушками, до упаду, откуда силы-то брались!
Так ведь  потом еще на улице с девчатами стоишь, в инее весь, а чего нам сделается, не замерзнешь даже. Не додумаешь по деревне почем зря болтаться да орать. Утром на работу, поспишь часика 3-4.
Вот ведь как жили-то. Там фотография моя с годком(с одного года) в рамке под стеклом -то, глянь. Только хрупкая рамка-то, не трогай ее. Одногодок мой, Коля, немного на бурята походил, но красивый был. Видишь, вельветовые
курточки с замками  на нас.
Много времени с той поры пролетело, нет его уже .
Одевались после войны  как придется. Зимой ичиги, летом парусиновые тапочки мелом начистим, не хвастались, не лезли со своим я, не кривлялись, как сейчас.
Волосы не красили, по деревне не просили выпить, не хулиганили, а работали что было сил день и ночь.
Еда какая? Да чугунок картошки не чищеной, свареной в шелухе на столе, дикий лук , грузди, да и сальце, молоко козье-ли, от коровенки -ли всегда было. Хлеб ржаной. А я, парень, мозг из кости с малолетсва любил, как лакомство, вместо сахара, печенюшки с молотой  черемухой, опять же.
Ребятишек у нас в семье восемь было., заробеешь так и со дна остатки соберешь, ничего.
Жарехи(закол свиней, скота) осенью были какие! Мать свежее мясо приготовит, сердце, легкое, печень на пироги. Вкусно! В пироги сало топленое нутряное ложкой лили
только за ушами трещит! Никакая болезнь не возьмет потом, только лицо шире станет.
Летом манерку(небольшой походный металлический котелок с крышкой) голубики, аж сизая она на вид, до чего спелая, уплетешь на сенокосе, да чая, карымского, зеленого, с молоком, перцем, напьешься, падки были поесть.

***
Фото автора