Жизненная сила Соль. Глава 3. Десять лет спустя

Жизненная сила Соль.
Глава 1. Меркурий
http://proza.ru/2023/07/29/1090
Глава 2. Поиски
http://proza.ru/2025/12/31/619

--------------------------------

Колония на Меркурии представляла собой скорее гетто, чем полноценную жизнь. Всё, что касалось выхода наружу, было небезопасно. Землянин мог строить, мог расширять свои капсулы жизни. Но он не мог главного — адаптироваться. Планета была и оставалась чужой.

С людьми начинались мутации. И об этом пока знали немногие. Генетические изменения проявлялись постепенно: у кого-то меняли цвет радужки глаз, у других истончались кости, третьи жаловались на странные боли в суставах. Медики скрывали статистику, боясь паники.

— Если мы останемся на Меркурии, мы не сможем сохранить землян, — произнёс Кирилов, глядя на голограмму с данными мутаций. — Этот вид человека по-прежнему под угрозой. Те условия жизни, которые мы сейчас создаём — это теплицы. Доступ во внешний мир закрыт. Наша цель — либо вернуться, либо стать новым видом.

Генерал покачал головой.

— Если мы вернёмся сейчас, мы можем потерять вид вовсе. Земля также не пригодна для жизни. Сколько времени пройдёт, пока наша миссия сможет дать нам ответ, что планета запустила процесс восстановления? Мы всё ещё видим борьбу, в которой разрушение наступает быстрее созидания.

Кирилов помолчал. В зале совещаний повисла тяжёлая тишина. За окнами серый Меркурий продолжал своё существование, безразличный к судьбе поселенцев.

— Да, но лучше бороться за жизнь на родной планете, чем бездействовать здесь, — наконец ответил он.

В диалог вступил Андрей, руководитель обеих миссий по восстановлению жизни на Земле. Его лицо на экране выглядело осунувшимся — связь с Землёй давалась нелегко.

— Здесь мы тоже не бездействуем, но отрицать факт нехватки людей на Земле не могу. Если мы сможем в разных частях поставить свои капсулы и отслеживать показатели радиационного загрязнения, это позволит нам быстрее выявить зоны для возможной релокации. На месте мы сможем начать строительство восстановительных резервуаров. Это даст преимущество в десятки лет, а может, и сотни. Команда Васильева уже готова запускать тестовые очистительные станции на Земле.

Андрей сделал паузу, словно взвешивая следующие слова.

— Меркурий мы пока не знаем. Сейчас это не больше чем временная база спасения нашего вида. Но время работает против нас.

— Нам нужны расчёты, — сказал генерал твёрдо.

Кирилов кивнул.

— Мы работаем. К двадцатому числу должны быть предварительные цифры.

Пётр выключил экран и остался один в кабинете. За окном моросил бесконечный дождь — тринадцатый день подряд.

«Мы не можем бросить Толю там без поддержки», — думал он. «Что бы ни показали цифры, если миссия вернётся, шанс вернуться на Землю будет совсем мал. Нам нужны ресурсы. Нам нужна эффективность. Нам нужны не одна, а десять-двадцать миссий на Земле».

Его мысли прервал звонок.

— Пётр Иванович, — высветилось на экране.

Он смахнул иконку вызова вверх. На мониторе появилась Соль. Она звонила из лаборатории, и за её спиной виднелись стеллажи с пробирками и микроскопы.

Прошло десять лет с момента их встречи в коридоре. Генерал полностью восстановился, лишь иногда приходили тяжёлые сны — больше от нагрузки, чем от контузии и посттравматического стрессового расстройства.

Соль пошла в мать. Она была открыта наукам, обладала тем же острым умом и любопытством. Выбрав биологию, она теперь работала руководителем экспериментальной группы по адаптации земной природы для условий Меркурия.

— Добрый день, генерал, — с улыбкой обратилась Соль к Петру.

За эти годы он стал её приёмным отцом. И любил её не как дочь Толи, а как свою дочь от Кати. Он видел в ней продолжение той Кати, которая навсегда стала единственной в его сердце. Каждый раз, глядя на Соль, он ловил знакомые черты: изгиб бровей, улыбку, интонацию.

— Привет, Соль, — ответил он тепло. — Как фруктовая ферма? Справились с проблемой защиты от излучения?

— Да, мы, кажется, сможем это сделать. Уже очень близки к решению, — оживлённо ответила она. — Генерал, — улыбаясь, продолжила она. Так она называла его с детства. Не то чтобы это была дистанция — скорее, это позволяло Соль любить его как второго отца, не предавая память о Николае.

Как и у Кати, у Соль были голубые глаза, наполненные светом. Что-то внутреннее, что-то необыкновенное давало им этот особый свет. Может, вера. Может, любовь к жизни. Но иногда генералу казалось, что Соль могла напитать любое существо жизненной энергией. Это не была магия — это был внутренний огонь жизни, который Бог вкладывал в каждую душу. Но у Соль этот огонь был особенным: тёплым, созидающим, дающим надежду даже в самые тёмные дни.

— Вы помните, что сегодня Иван готовит небольшое мероприятие в честь вашего дня рождения? Мы будем ждать вас в восемь вечера в холле административного корпуса.

— Я уже так стар? — улыбнулся, не скрывая досады, Пётр.

Соль тоже улыбнулась с искренним недоумением.

— О чём вы?

— Хорошо-хорошо, — участливо ответил генерал.

Звонок прервала срочная линия. Красная иконка замигала на экране.

Звонок шёл от Павла из МЧС. Меркурий не уставал выдавать сюрпризы.

— Что случилось? — решительным тоном спросил Пётр, мгновенно переключившись в режим командира.

— Протечка на пятом уровне в результате муссонного ветра. Повреждения на уровне четыре из десяти, но циклон растёт. Если бригада не успеет справиться до второй силы потока, мы можем потерять весь пятый уровень. При этом отправлять людей очень опасно. Шансы пятьдесят на пятьдесят.

Пётр ощутил, как по спине пробежал холодок. Пятый уровень. Именно там находился госпиталь, где он встретил Соль десять лет назад. Там всё ещё жили беженцы из разрушенных секторов.

Генерал не колебался.

— Готовьте станцию к попытке восстановления. Мы не можем потерять пятый уровень. Нам нужно чудо. Я сам поговорю с добровольцами.

Он сделал паузу, оценивая время.

— Буду в зале отправки через десять минут. Успеешь подготовить?

— Да, — ответил Павел. Повисла пауза тишины, тяжёлая, полная невысказанных страхов.

— На пятом уровне госпиталь с беженцами, — сказал генерал вслух, когда связь уже оборвалась. Он смотрел в окно на серое небо Меркурия. — Мы не можем их потерять. Мы не можем потерять ещё одну каплю того, что осталось от человечества.

Он встал, надел форму и направился к двери. День рождения придётся отложить. Если, конечно, они все переживут этот день.

Продолжение следует.