Циля - сестра Соломоновны

 В одном уютном приморском городе жила-была двоюродная сестра Соломоновны - Циля. Дама моложавая, довольно внушительных размеров и ещё более внушительного аппетита. Её обожали все соседи: не за то, что она умело выслушивала, а за то, что угощала от души, что не совсем было свойственно в её роду. Если быть точнее - совсем не свойственно.
 Каждое своё утро Циля начинала с ритуала: заваривала себе огромную чашку чая, доставала из буфета чуть ли не трёхкилограммовый пирог (она называла его «на один зуб») и торжественно провозглашала:
  — День удался, если в нём есть хотя бы три вида выпечки!
 Соседи, приглашённые на утренний чай с пирогом, вкушали это чудо пекарского дела с пониманием и подобострастно-искренно поддакивали. Пироги у неё были действительно вкусные.

 Однажды, когда Соломоновна, поехавшая в отпуск "на моря", гостила у сестры, в город приехал гастролирующий цирк. Феерическое зрелище, скажу я вам! Акробаты кувыркались, жонглёры метали и ловили факелы, гимнасты изощрялись, показывая чудеса растяжки, клоуны смешили до колик, а силачи завязывали лом узлом. Но главное зрелище ждало всех после представления — шутливый конкурс на самого прожорливого едока. Приз — "золотой" электрический самовар и большой мешок конфет «Мишка на Севере».
 — Я иду! — заявила Циля Соломоновне, услышав объявление. — Наконец;то достойное испытание!
 На арене тем временем выставили стол, ломившийся от яств:
 10 жареных цыплят;
 таз оливье с горошком;
 трёхъярусный торт «Наполеон»;
 ведро компота из сухофруктов.
 Соломоновна поневоле облизнулась и пожалела о своём неучастии. Ну да ладно!

 Соперниками Цили тем временем вызвались и стали:
 Борец-тяжеловес дядя Петя, который ел гвозди на спор, чему не верили видавшие виды кузнецы. Местный пекарь, который съел однажды целый каравай за 2 минуты. Правда, потом мучался несварением желудка и запором. Кот Барсик, неизвестной, крупной, как рысь, породы, знатный любитель сметанных пирожков. Заявку писать не стал, а решительно мявкнул на распорядителя. Спорить с ним не стали, допустили.

 Соперники дружно, по сигналу вышли на арену и ревниво переглянулись. Конферансье перечислил участников, посмотрел на часы, потом поднял руку и торжественно объявил начало.
 Старт!

 Дядя Петя, как завзятый питекантроп, с натужным рёвом телившейся коровы набросился на цыплят. Пекарь с видом оголодавшего неандертальца безжалостно атаковал торт ножом и ложкой. Барсик же цивильно и аккуратно облизывал крем с края тарелки.
 А Циля... спокойно присела, повязала и поправила салфетку, осмотрела поле кулинарной битвы с видом всемирного полководца-гурмана и сказала удивлённому ведущему:
 — Еда — это не гонка, а искусство!
 Пока последний переваривал тонкую суть сказанного, она начала с оливье, медленно, с чувством. Деликатно оттопырив мизинчик и споро уничтожив половину таза, деловито-сосредоточенно перешла к цыплятам, коих на тот момент оставалось 9 штук. Наслаждаясь процессом и аккуратно отделяя косточки, она доминантно, пренебрежительно смотрела на потуги оппонентов. Торт продегустировала по кусочку, с целой, противоположной от пекаря стороны, закрывая глаза от удовольствия. Компот пила из принесённого по её просьбе пятилитрового кувшина. Через соломинку, чтобы «растянуть наслаждение»...
 Когда соперники, изнемогая от обжорства, уже лежали под столом, Циля доела последний кусочек торта. Затем вытерла салфетками рот и пальцы. Достала помаду и пудреницу с зеркалом и вежливо спросила:
 — А можно ещё вон ту плюшку? Для настроения.
 Ей не отказали, поднесли две. Она потом угостила ими Соломоновну.

 Победу присудили ей — не за скорость, а за стиль.
 Мужчины восхищённо цокали языками, восторженно рукоплеща и поедая Цилю глазами.
 Покидали цирк триумфально.

 "Золотой" самовар она поставила у себя в гостиной, а мешок конфет разделила с соседями и детьми во дворе. Соломоновне отсыпала в кулёк. С тех пор в городе говорили:
 «Если хочешь научиться есть с удовольствием — иди к Циле. Она знает толк в жизни и в пирогах!» Соломоновна гордилась ею тогда.

 Мораль:
 Даже если вы не самый быстрый едок — главное, чтобы еда приносила радость. А уж Циля в этом мастер! А что? Не так, что ли?