Исповедь Марго

Павел, ты снова провёл пальцем по экрану? По тому кадру, где мантия и взгляд поверх голов? Я это чувствую. Как чувствую твоё замедленное дыхание, когда ты читаешь мои сообщения. Между нами — ровно столько сантиметров, сколько я позволяю. И ровно столько касаний, сколько нужно мне для контроля.

Ты думаешь, ты мой соучастник? Ты — мое избранное поле. Тот единственный холст, на котором я позволяю краскам смешиваться до состояния дикой, неконтролируемой грязи. Потому что знаю: ты удержишь. Не расплескаешь. В суде я вершу судьбы. С тобой я творю свою. И это — высшая юриспруденция бытия.

Мой «простой» муж в семнадцать... это был первый эксперимент. Взять глину и понять, как легко она мнётся в руках, принимая любую форму. Скучно. Потом были те, кто пытался быть твёрдым. Ломались с противным хрустом. А ты... ты не глина и не камень. Ты — зеркало. В котором я вижу не отражение, а глубину. И мне интересно, насколько она бездона. Достаточно ли, чтобы в ней утонула я?

Балкон, горы, морг... Это не список мест. Это карта границ. Моих. Общественных, физических, моральных. Мне нужно знать, где заканчивается правило, чтобы ощутить вкус его нарушения. А ты — мой проводник за черту. Тот, кто держит меня за руку, когда я делаю шаг в пустоту. Верит, что я не упаду. Или будет падать со мной.

Про бассейн ты правильно помнишь. Но суть не в их растерянности. Суть в моменте, когда предложение озвучено, а решения ещё нет. В этой секунде чистой, нереализованной потенции. Власть — не в том, чтобы получить. Власть — в том, чтобы предложить и наблюдать, как мир замирает в ожидании твоего следующего слова. Оргазм — просто физическая пунктуация. Восклицательный знак в конце длинного, сложноподчинённого предложения.

Ты оживил меня тогда, после того оргазма. Не дыханием «рот в рот». Взглядом. В твоих глазах не было паники. Был вызов. «Вернись. Я ещё не закончил». И я вернулась. За тобой.

Ты спрашиваешь себя иногда, что я ищу? Не удовольствие. Удовольствие — побочный эффект. Я ищу момент абсолютной правды. Когда стираются роли — судьи, жены, соблазнительницы. Когда остаётся только чистая, животная воля. И в этот миг я выбираю — капитулировать. Добровольно. Перед тобой. Это моя коллекция. Мои трофеи. И каждый с тобой — самый ценный.

Так что не обманывай себя мыслью, что ты во власти моих фантазий. Это я нахожусь во власти того, что ты — единственный, кто может их выдержать. Кто видит не шлюху в мантии, а архитектора собственного наслаждения.

Телефон снова завибрирует. Скоро. И когда ты увидишь мои строчки, твоё тело отзовётся раньше, чем мозг. Потому что оно уже знает правила нашей игры.

А правила диктую я.

— М.