Чудеса?

Глаза открывать не хотелось. Даже сквозь сомкнутые веки слепило солнце, пытавшееся вытянуть его из-под одеяла.

Вот только ни ясный день, ни свежий выпавший за ночь снежок, ни украшенные дома за окном — ничто не приносило Антону радости.

А вот забурчавший от голода живот знал, как повлиять на состояние парня.

Антон тяжело вздохнул и, начиная с левой ноги, плавно спустившейся в тапок, сполз с кровати. Кудрявые волосы торчали во все стороны, трёхдневная щетина нещадно чесалась, а отсутствие горячей воды окончательно портило настроение.

— Да кому интересно, как я выгляжу!.. Все равно один буду на праздник! И вообще — нет никаких праздников, просто обычный зимний день и обычная ночь! Маркетологи навыдумывали, а все ведутся! — сказал Антон высокому худому парню лет двадцати в зеркале.

В детстве наш герой верил в чудеса и в Деда Мороза, пока однажды не увидел, как сосед дядя Леня переодевается в костюм доброго волшебника. Мать, всё это затеявшую, Антон не расстроил своим открытием, но с тех пор увлёкся розыском фактов, стараясь доказать, что все чудеса на свете — выдумка.

Сегодня был очередной в жизни человечества Новый год — то есть обычный для Антона день. Он отличался лишь тем, что молодому человеку предстояло провести его в полном одиночестве. Из-за его неверия в праздник и вечные лекций «об умелом обмане коварных маркетологов», Антона никуда не пригласили. Учась в университете, парень жил в общежитии, которое теперь опустело. Домой он не поехал, чтобы не портить планы маме, вырвавшейся с подругами в кой-то веки на праздники в тёплую страну.

Стараясь меньше касаться упругой струи ледяной воды, Антон умылся — вернее, протёр глаза и мокрыми ладонями пригладил волосы. Есть хотелось нестерпимо. Проверка холодильника показала, что готового ничего нет. Крупы в шкафу, замороженное мясо в холодильнике - на все требовалось время, что совсем не воодушевляло. Желудок требовал немедленного поступления пищи, о чём снова сообщил громким урчанием.

Натягивая куртку, шарф, шапку и сапоги одновременно, Антон дал себе слово ни с кем не вступать в полемику на раздражающую его тему праздников. Целью молодого человека стало кафе через дорогу. Если не обращать внимания на новогоднюю мишуру, там действительно хорошо готовили. Это было единственное, что сейчас интересовало Антона.

Быстро спустившись на первый этаж общежития, парень уже собирался резко дёрнуть за холодную ручку двери, как вдруг услышал громкий стон, а затем грустное кряхтение.

- Меня это не касается! - прошептал он, но тут же тяжело вздохнул и отпустил почти открывшуюся дверь.

- Ой-ой-ой! Что же это такое! - послышалось с цокольного этажа.

Несколько ступеней вниз молодой человек преодолел в считанные секунды. В открытой кладовой никого не было видно — только колючая искусственная ёлка лежала на боку, загораживая проход.

— Кто здесь? — громко позвал Антон.

— Я, касатик, я это! Клавдия Ивановна! Вот ёлочку в холле хотела поставить, да не справилась! Помоги, родимый, придавила она меня, — между ветками показалось розовощёкое лицо техслужащей общежития.

Молодой человек фыркнул — в голове у него мелькало множество слов насчёт затеи милой старушки, ёлки и всей новогодней суеты. Но вспомнив данное себе слово, Антон молча помог Клавдии Ивановне подняться.

Бросать её один на один с тяжёлым пластиковым изделием показалось нашему герою плохой идеей, поэтому, стоически сдерживаясь, Антон перенёс ёлку в холл и установил её, заодно захватив коробки с игрушками, под благодарственные причитания Клавдии Ивановны.

— Наконец-то поем! — мысленно ликовал молодой человек, наконец выскочив на улицу. Не успел он сделать первый шаг, как его чуть было не сбили санки, запряжённые довольно крупным псом с оленьими рогами на голове.

- Стой, Арчи, стой!  Сеня хватай поводья, тяни на себя! Арчи! Арчи! - вслед за санями бежала, то и дело оскальзываясь, молодая женщина с цветной конфетой в руках.

Подумать Антон не успел — ноги сами понесли его вслед за странной повозкой. Едва не упав, он схватился за бортик саней, изо всех сил потянув их на себя. Санки остановились, хохочущий мальчишка удивлённо уставился на того, кто посмел остановить такое веселье, а довольный пёс запрыгал рядом, в ожидании похвалы.

— Спасибо вам, молодой человек, я на секунду отвернулась, чтобы купить леденец Сене, а они ускакали, — задыхаясь, объяснила мама мальчика, цепляя пса на поводок, — Тяжело тащить, вот я и подумала… запрячь Арчи. Спасибо, спасли мне сына!

Слова, которыми Антону хотелось отругать легкомысленную молодую мать, роились в голове парня. Особенно раздражали рога на собаке и яркий леденец, но он снова сдержался. Сдержанно кивнув в ответ на поздравления с Новым годом, молодой человек развернулся и поспешил к своей цели.

Войти в кафе без приключений ему все же не удалось. Прямо перед носом у Антона выскочивший из кафе мальчик лет четырнадцати поскользнулся и шлёпнулся, разлив стаканчик с кофе.

- Вот опять ничего не выйдет, да что ж такое! - мальчик чуть не плакал.
Антон увидел, как мимо кафе, с сожалением глядя на парнишку, проходит девочка, его ровесница, с пончиком в руках.

- Ну?! - сухо спросил Антон, крайне недовольно глядя на причину своей задержки.
— Познакомиться хотел… Кофе… Как, не знаю… Денег больше нет… Теперь она уйдёт… — вздыхал, бросая взгляды на удаляющуюся девочку, совершенно поникший мальчишка.

Антон обречённо прикрыл глаза от раздражающего его потока слов, схватил незадачливого Ромео за рукав и затащил в кафе.

— Дайте ему два кофе, пожалуйста, быстро! Пока он здесь плакать не стал… Иди, я оплачу, — сказал Антон, состроив самую неприступную гримасу, на какую был способен, пресекая попытки благодарности.

— Мне пиццу и кофе, — Антон сделал заказ и с облегчением присел за свободный столик.

Молодого человека очень быстро обслужили. Кофе с пиццей оказались удивительно вкусными, напрочь лишив Антона желания ворчать по поводу яркой праздничной посуды, гирлянд и маленькой ёлочки на столике. Он довольно вытянул ноги — помимо воли владельца — задёргавшиеся в такт с музыкой, игравшей в заведении, и потягивал бодрящий напиток, радуясь, что наконец поел.

Напротив Антона, через несколько столиков, сидел седой старик с записной книжкой в руках.
 
Если бы кто-нибудь в неё заглянул, то увидел бы список с именем Антона вверху, сплошь отмеченный галочками. 

Старик закрыл книжку, удовлетворенно погладив её по обложке с тиснёными буквами — «Кандидаты в Деды Морозы», и отпил свой холодный молочный коктейль. 

Он точно знал, что Дедом Морозом должны становиться не только те, кто верит в чудеса, но и те, кто может их творить.