Любовь колдуна 36

Находясь в полусне, полудреме, Сонечка вдруг видела себя на берегу небольшой реки. Призрачный туман стелился над рекой, заползал на сушу, окутывал вековые деревья, что стояли на берегу. На другом берегу реки, она вдруг увидела Сергея и Таню. Они сидели, болтая ногами в воде. На их стороне реки, из тумана вдруг выступали страшные, усатые морды неизвестных Сонечке монстров, но казалось, что ни Сергей, ни Таня не замечают присутствия этих монстров, или же просто не боятся их.
-Или они сами - тоже такие же монстры? - раздумывала Соня, во сне, и вдруг увидела, как у Танюши за спиной выросли черные крылья, прямо как у летучей мыши, но гораздо больше. В груди у Сони закололо, как будто ей в солнечное сплетение попала невидимая магическая стрела. Схватившись за грудь, Соня принялась читать молитву. Она стремилась вытащить из своего солнечного сплетения эту магическую, колдовскую стрелу.
-Господи, помилуй, Господи, помилуй, благослови! - запела Соня, довольно громко, и вдруг увидела, как Танюша сложила свои черные крылья, спрятала их за спиной. И снова Таня сидела на краю ручья, болтая ногами как будто ничего не случилось. Соня посмотрела на Сергея, и вдруг увидела, как у него изо рта вырастают огромные клыки, как у льва. Это внезапное преображение Сергея так испугало Сонечку, что у нее бешено заколотилось сердце, заболело где-то в груди, с левой стороны. Соня схватилась за сердце, повалилась на зеленый берег. И вдруг увидела, что ручей кишит какой-то нечистью: маленькими зелеными крокодильчиками, крошечными рептилиями, похожими на динозавров трасератопсов, велоцирапторов и диплодоков.
-Господи, спаси рабу твою грешную Софью! - стала молиться Сонечка, и от этой молитвы разные зеленые твари уплывали подальше от Сонечки, словно бы испугавшись.
-Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя, Слава Тебе Боже… - запела Соня, и Сергей внезапно прикусил себе язык своими острыми клыками, поперхнулся, закашлялся, и вдруг снова стал сам собою, его огромные зубы исчезли, как будто их и не было вовсе. А Соня вдруг заметила рядом с собою, прямо на земле, небольшую, но толстую старинную книгу. Соня схватила ее, открыла. Это был молитвослов. И Сонечка принялась читать Сергею и Танюше девяностый Псалом:
-Живый в помощи Вышнего в крови Бога Небесного водворится… - читала Соня Танюше и Сергею.
-Зачем ты нам это читаешь? - начали возмущаться Сергей и Таня.
-Господь послал меня на встречу с вами, чтобы мы вместе разучивали Псалмы… - смиренно отвечала Соня, - Так было надо, Господь так захотел, чтобы мы встретились здесь, на берегу, и чтобы я прочитала вам Псалмы… Вам будет удобнее, если вы будете записывать… сядьте за парту…
И внезапно, на том, другом, колдовском берегу появилась простая ученическая парта, и Сергей с Танюшей обнаружили себя сидящими за ней. А Соня продолжала рассказывать им:
-Не приидет к тебе зло, и рана не приблизится телесе твоему…
Было заметно, что ни Сереже, ни Танюше не нравился этот урок, что преподавала им Сонечка. Но они старательно записывали то, что она им говорила.
-Если не хотите учиться у меня, идите в церковь, учитесь там! - сказала им Соня.
-Мы не можем ходить в церковь, наше колдовское искусство не приемлет церковной святости! - объяснил Сонечке Сергей, отрицательно покачав головой.
-Ну, тогда учитесь у меня! - сказала своим знакомым колдунам Соня, - Ничего не поделаешь, таким, как вы, придется учиться у таких, как я… Господь нарочно послал меня вам, чтоб вам научиться…
Для пущей убедительности, Соня подошла к плакучей иве над рекой, не без труда оторвала от ивы длинный прутик и сказала Сергею и Тане:
-А кто не желает учить Псалмы, тому - по попке! Итак, поем Псалом девяностый за мною!
Соня вдохнула глубоко и запела:
-Господи, помилуй, Господи, помилуй, Господи, помилуй!!!
Голос у Сони был сильный и звонкий, но он не нравился Танюше и Сергею. Они как-то не ожидали, что даже находясь в астрале, они вдруг услышат церковные песнопения. Это было им больно, души их пока еще не могли принять благодати Божией.
-Сонечка, пощади… Сонечка, мир? - ныл Серый, - Соня, хочешь, я перед тобой на колени стану?
-Сережа, ты же знаешь, я всегда любила только тебя… никого другого мне не удалось полюбить так, как я любила тебя… я пыталась полюбить кого-нибудь другого, но у меня просто не вышло, не получилось… Господь послал мне тебя, но только так, как я люблю… в астральной проекции…

И вот, сидя на берегу неширокой реки, больше похожей на ручей, Сережа и Соня разговаривали снова. Разговаривали так, как только могут разговаривать два мага, белый и черный. Здесь, в астрале, им вдруг удалось помириться. Они уже были не молоды, у каждого из них были дети, были распавшиеся браки, и даже теперь, помирившись наконец, они уже понимали, что больше никогда им не встретиться в реальном мире. Но это было уже и неважно, для Сонечки.
-Сережа, я умираю… понимаешь, у меня слабое сердце, Сережа… мое сердце было разбито столько раз в течение моей жизни, что теперь оно просто отказывается биться, Сережа… но это даже не важно, я с радостью уйду к Господу…
-Сонечка, мы с тобой встретимся в следующей жизни? У нас еще будет шанс? - спрашивал Черный Маг у Белого, и на лице у него были слезы.
-Нет, мой хороший, вряд ли… - ласково говорила Сонечка, - в этой жизни, я привыкла делать людям только хорошее… я наработала себе такой опыт… я ухаживала за пятерыми детьми, тремя своими и племяшками… Ты не представляешь себе, наверное, но я любила своих племянников больше, чем моих собственных детей… не знаю почему, но это так… Я ухаживала за стариками: бабушкой, дедушкой, мамой, свекровью… я сражалась за честь и достоинство своей матери… я люблю петь псалмы и гимны так, что соседи собираются послушать… Господь любит меня как своего ребенка, и Он заберет меня а себе… мне было явлено, как… у меня уже был тренировочный полет через астрал, и я уже знаю, как управлять херувимом… ему надо шепнуть ВВЕРХ, и тогда херувим понесет тебя вверх… можно шепнуть ВПЕРЕД, и тогда он понесет тебя вперед…
-А что же мне тогда остается? - спрашивал Сергей.
-А тебе надо чистить свою душу от накипи… слишком много у тебя на душе собралось всякого… темного. От этого ты должен чиститься, и неважно, когда: хоть в этом воплощении, хоть в следующем…
-А как это - чиститься?
-Это больно, Сережа… душа очищается от всякого грязного страданиями, и только ими… не красивыми шмоточками, не путешествиями в разные страны, а просто страданиями. Потому что, когда ты страдаешь, тебе уже не хочется грешить… ты вдруг можешь отличить добро от зла, вкусить это горькое яблоко с Древа Познания… Запретный плод не сладок, отнюдь… Господь не хотел, чтоб Адам и Ева вкушали этот плод, потому что он очень горек, Сережа… И, вкусив его, ты вдруг начинаешь отличать добро от зла.
-А если я не верю в Бога, тогда что?
-Тогда на шахматной доске твоей жизни тебя окружают только черные фигуры, а белых нет совсем… Было бы трудно, практически невозможно играть, если все фигуры - черные… но ведь это не так, правда, Сережа?
Сергей уже плохо понимал, что говорила ему Соня. Ему вдруг показалось, что Сонечка улетает от него, расправив крылья, как ангел.

-Я захожу в мамину комнату, а она не дышит… - со слезами на глазах кричала пухленькая блондинка, вбегая в комнату своего отца.
-Звони в неотложку, быстро! - закричал Борис, вбегая в Сонину спаленку.
А сама Соня тем временем уже летела высоко, но крыльев у нее не было. Она сидела на спине сверкающего, блестящего перламутром херувима, и тихонько шептала ему: Наверх… наверх… только наверх…