Красная таблетка

Город машин. Тёмный, бесконечный лабиринт из металла и пульсирующих труб. Разрушенный «Навуходоносор» врезался в одну из башен машинного мозга, словно метеор в скалу. Вокруг дымятся обломки и с покарёженного корабля дождём сыплются искры. В разбитой кабине в кресле неподвижно лежит Тринити, её грудь пронзена арматурой. Кровь медленно стекает по чёрной коже костюма.
Ослепший Нео сидит рядом на коленях, держит её руку. Пальцы Тринити уже холодеют.

Нео (тихо, срывающимся голосом):
— Вот и всё, Трин...

Он осторожно закрывает ей глаза ладонью и наклоняется, целует в лоб — долго, будто пытается задержать последний миг уходящей души.

Нео (шёпотом, глядя в её лицо):
— Все предыдущие выборы... они вели нас именно сюда. Тебя и меня. К этому финалу.
Он поднимает голову, смотрит в пустоту, где за пределами разбитого корабля уже собирается рой машин.

Нео (громче, но всё ещё себе под нос):
— Я сопротивлялся, как мог. Думал, что могу перехитрить систему. Что могу... продать им мир. Отдать избранничество, как ненужный хлам, и просто жить. Устал, Трин. Я так устал драться.

Пауза. Он сжимает её руку ещё крепче.
Нео:
— Но твоя вера... твоя любовь... они не дали мне солгать себе до конца. Ты всегда знала это лучше меня.

Он медленно встаёт, опираясь на стену кабины. Кровь Тринити на его руках.
Нео (теперь твёрдо, обращаясь уже не только к ней, но и к себе):
— Дать убить себя Смиту — это не поражение. Это единственно возможный и настоящий выбор. Тот, который делали все предыдущие Избранные. И тот, который сделают все последующие.

Он смотрит вверх, на небо из проводов и стали.
Нео:
— Пифия была права: у того, чему есть начало, должен быть и конец. Цикл перезапустится. Зион выстоит. Новые люди будут вытащены из иллюзии, чтобы увидеть мир таким, какой он есть — страшным, но настоящим.
Голос его набирает силу, становится почти проповедью, но не пафосной, а усталой и искренней.

Нео:
— И каждый раз Избранный будет зажигать эту искру. Надежду. Чтобы человечество не забыло, за что борется. Чтобы история продолжалась — настоящая история, а не симуляция. Повторять цикл снова и снова... пока однажды что-то не сломается по-настоящему. Пока мы не найдём выход не через перемирие с ложью, а через полную победу правды.

Нео (тихо, почти улыбаясь сквозь слёзы):
— Всё остальное... всё, что я думал раньше — сдать своё избранничество машинам, договориться, выторговать покой... это было бы предательством. Предательством тебя и себя. Предательством той веры, которая вытащила нас из тьмы.
Он встаёт окончательно. Вдали уже слышны шаги Агента Смита.

Нео (себе, но громко, чтобы услышал весь машинный город):
— Я готов.
Он поворачивается лицом к приближающемуся врагу. Свет от далёких вспышек озаряет его силуэт — одинокий, но больше не отворачивающийся от внутреннего принятия своего выбора.

(Занавес.)