Он и Она почему-то...

   Около двух часов пополудни, середины сентября сего года, переживший большинство своих собратьев по времени хэтчбек бодро въехал в пределы известного крымского курорта.
   В продуваемом ветром салоне авто были двое: Он и Она. Влюбленные друг в друга...  может быть давно, а может быть недавно.

           *  *  *    
 
   ...Ей было около сорока. Она была красивая брюнетка с короткой прической и почему-то замужем. Он не замечал ее на работе несколько лет подряд, воздыхая по иным коллегам (и не-коллегам) женского пола и оказывая им всецело возможное внимание.
   Но однажды, на исходе холодной весны, в коридоре тесного рабочего помещения, он вдруг увидел Ее...
   У нее это произошло раньше, в середине холодной весны.
   Она несколько лет не замечала его, мускулистого, подтянутого, почему-то холостяка под пятьдесят, и пересекалась с ним исключительно по рабочим моментам.
   Но однажды, отвлекшись от извечной документации и каналов связи с вышестоящим руководством, она увидела Его...

            *  *  *

   Машина и искусство вождения - были за ней. Идеи по далекому и захватывающему путешествию - за ним.
   
   Город, в виду неробкого продолжения купального сезона, очевидно переместился к морю. На его опустевших улицах, переулках и проездах привычно осела извечная пыль...
   Один из таких неприметных проездов, с символическим названием Солнечный, им был нужен.
   По Его придуманному плану...

   Они притормозили напротив видавших виды железных ворот, свежевыкрашенных в серый цвет, почти такой же как и Ее автомобиль...
   Он взглянул на Нее, Ее белую блузку, длинные красивые ноги, исходящие из ультракороткой джинсовой юбки и венчающие себя в потертых вьетнамках.
   А Ей было теперь немного за сорок...
   Она взглянула на Него, Его выцветшую бейсболку, надежно укрывшую лысину, без излишней массы фигуру в джинсах, белой футболке и венчающие все потертые шлепанцы.
   А Ему было теперь немного за пятьдесят...

- Пойдем? - спросил Он и протянул Ей ладонь ближней, левой руки, в то время как в правой пузырилась початая баночка пива.
- Пойдем, - приняла Она, вложив ладонь своей ближней к нему, правой руки в ладонь Его левой, в то время как в Ее левой дымилась закуренная тонкая сигарета.

   Их устроили на самой верхотуре мини-гостиницы, своеобразном ласточкином гнезде, в номере с широкой постелью. Хотя ни ласточек, ни даже летучих мышей здесь давно не водилось...
   Она приняла душ с дороги, переоделась в такое же короткое, яркое и цветастое платье и новенькие туфельки-пилотки.
   Он принял душ с дороги, надел другую бейсболку, льняные брюки и рубашку и новенькие кроссовки...
 
   Они долго бродили по набережной города, взявшись за руки, и дважды пили ароматное кофе. Она, как всегда капучино, он, как всегда американо.
Они были очарованы морем, набегающими волнами, барашками пены и музыкой прибоя.
   Неподалеку от старой крепости он неожиданно подхватил Ее и через раскаленый песок пляжа перенес на буну, поближе к морю, которое теперь было слева, справа и впереди.
   Ей очень понравилось. Она увидела, что это Он сделал для Нее...

Вечер застал их в очередной уютной забегаловке, но поближе к центру города, на который незаметно наползала темень, обволакивая все вокруг желанной прохладой...
   Она вновь пила капучино, Он - американо. Кофе был неизменен: насыщен и прекрасен. И такой же им (по отдельности каждому, в мыслях) казалась их дальнейшая жизнь...

- Тебе не кажется, что все верно? - спросил вдруг Он, почесывая лоб под козырьком бейсболки, плавно переходящий в лысину на голове.
- Что верно? - поинтересовалась она, закуривая очередную тонкую сигарету и едва касаясь ее губами.
- Ты и Я?
- Мы вместе, получается... верно.
   И оба задумались.

   Ночью Он не спал и бороздил небосвод ясным взглядом, исследуя витиеватые узоры знакомых и незнакомых созвездий...
   Она крепко спала на широкой кровати и видела те же созвездия в причудливом, волшебном сне...

  Новое утро родилось в измороси.
  Они ехали навстречу новому, известному крымскому курорту. И смотрели на увлажненное дождем шоссе, петляющее между рыжими песчаными холмами и живописными лесистыми взгорками. Она - как водитель, Он - как пассажир. Дорога где-то вдали, казалось уходила в небо.
    И вдруг, не сговариваясь, они повернулись друг к другу... и улыбнулись. Всего лишь на миг.
   И это было по-другому, не так, как они когда-то понравились друг другу: не сразу и неодновременно. Почему-то...