Зона комфорта

— Зону комфорта им покиньте… — бурчала Галина Сергеевна, поудобнее устраиваясь в анабиозной капсуле. — Уж я-то покину — так покину, ещё и вернуться попросите! — Она погрозила кулаком отшатнувшемуся роботу, примирительно погладила его по руке и позволила закрыть крышку капсулы. Как в гробу, разве что там как раз зона комфорта — вечная. А тут…

Конечно, она понимала, что настолько радикальных решений от неё никто не требовал. Дети всего лишь хотели её в отпуск на Таиланд отправить. А там, слово за слово, вспылили. И претензий припомнили, и обид, и косых взглядов. Вместо туристического бюро она пошла в пункт вербовки колонистов. Пенсионерок, конечно, брать не предполагалось, но Галина Сергеевна умела убеждать. Дети смеялись, что та даже с чертями в аду договорится… если захочет от вязания оторваться, конечно. Эх, дети…

Когда она проснулась, над открытой капсулой стоял самый настоящий чёртик с рожками. «Вот и проверим, договорюсь или нет» — весело подумала Галина Сергеевна. Юрист она в конце концов или нет? Причём юрист аж на три эпохи: и закат Союза застала, и девяностые, и до двадцатого года доработала. А главное — ей-то, получается, и терять нечего, раз черти вокруг скачут.
— Эй ты, ес-кё ву шпрехен инглиш? — зашла она сразу с козырей. Чёртик покрутил какой-то гаджет на воротнике, и они смогли друг друга понимать без лишних языковых переподвывертов.

После первых реплик выяснилось, что этот чёртик решил помародёрствовать на пассажирских палубах, пока все разбирались с кладовыми и хранилищем.
— Это вы что же, нас всем кораблём к себе заграбастали? — ахнула Галина Сергеевна.

Чёртик кивнул и почему-то расплакался. У Галины Сергеевны автоматом включился режим «бабушка заботливая», и это оказалось эффективнее любых пыток. Через десять минут она узнала и о пиратах с болотистой и совсем непригодной для жизни планеты Куллиж-ки, и об их иерархии, и о том, как они повадились нападать на корабли ничего не подозревающих колонизаторов космоса.

Через пятнадцать минут чёртик с Куллиж-ков покорно вёл Галину Сергеевну к своему капитану, попутно выслушивая женское возмущение.
— И не стыдно вам, остолопам этаким, у ничего не подозревающих исследователей новых планет сокровенное отбирать? А сколько человек из-за этого пострадают или не выживут потом!
— Нам тоже жить хочется, — возражал чёртик. — Никто нас не любит и никто о нас не заботится-а-а…
— Прям-таки никто! У вас, вон, и корабли нормальные, и капитан наверняка с самыми большими рогами! — не сдавалась Галина Сергеевна.
— Так и капитана, несмотря на рога, никто не лю-у-уби-и-ит… — стоял на своём мелкий манипулятор.
— Вот и веди к своему недолюбленному и рогатому капитану. Щас я его «полюблю»! — фыркнула Галина Сергеевна, потирая руки от предвкушения. По телу разливалось давно забытое чувство азарта.

С каждым пройденным «боссом уровня» на пути к капитану ей становилось всё веселее и веселее. Вроде и пираты, и даже космические, а по сравнению с отдельными завсегдатаями Московского арбитражного суда — сущие котятки. Да и рожки у них, пожалуй, даже миленькие.

Когда боевая пенсионерка добралась до каюты капитана, чёртик честно попытался упасть в обморок. Упасть ему Галина Сергеевна не разрешила, послав за ужином на двоих. Она подробно описала, что и как искать и в каком виде приносить, а потом захлопнула дверь прямо у чёртика перед носом. Переговоры начались.

— Р-р-р-р-р! — ёмко высказался «недолюбленный» пиратский капитан.
— Ой, таки не надо рычать, — отмахнулась Галина Сергеевна. — Сейчас ваш коллега принесёт из наших запасов всё, что нужно, и мы начнём заливать наши культурные различия.
— Заливать? — удивлённо вытаращился капитан пиратов.
— Молодой нечеловек, неужели вам никто раньше не говорил о том, как полезно порой выходить из зоны комфорта?
— Зоны ко…? —
— Ни слова больше! — просияла Галина Сергеевна, и точь-в-точь, как в своё время это сделал сын, пнула капитана кулаком в плечо. — Сейчас я вам всё подробно объясню!

К тому времени, как старый знакомый чёртик принёс стейк и сливовицу, капитан уже успел согласиться с тем, что зону комфорта покидать придётся в любом случае. А под литр отменной сливовой настойки он даже согласился с тем, как именно это стоит осуществить.

Галина Сергеевна вернулась на Землю через два года после инцидента в роли официального посла Куллиж-ков. Гордо прошествовав из корабля под ручку с самым рогатым пиратом, она объявила, что отныне за защиту и транспортировку колонистов будут отвечать именно черти. Списки договоров об обмене технологиями и ресурсами привели в восторг многих политиков, а ставки в тотализаторе на развитие международной политики в рамках отдельно взятой планеты людей вскоре делали даже снобы из Межгалактической федерации, которые до сих пор считали Землю недостаточно развитой.

Церковь довольно скоро определилась с идеологией касательно чертей с Куллиж-ков, признав Николая Васильевича Гоголя не только гением, но и пророком. Протесты граждан в разных странах потихоньку утихли, ибо время шло, а инопланетяне планету так и не завоёвывали. Плоскоземельщики назвали отныне регулярные перелёты с использованием варпа системой дополненной реальности, а потом массово колонизировали очередную открытую планету и оборвали все контакты с другими колониями.

И только Галина Сергеевна наслаждалась ролью межгалактического медиатора, протирала ручки и бормотала, что пусть только кто рискнёт ей предложить в ту разнесчастную «зону комфорта» вернуться.