ПМС

Сегодня утро началось не с рассвета. Оно началось с внутреннего цунами, где каждая волна — это отдельное, точечное, изысканное бешенство.

Проснулась. И осознала: во мне поселился мелкий, юркий демон, и он точит коготки о стенки моего черепа. Йопти… Мир превратился в концерт одной неудовлетворённой виолончели, где смычком служит мой собственный нерв.

Бесит.
Бесит звук телефона — не звонок, а металлический укол в висок. Бесит муж. Не потому что плох. А потому что дышит. Существует. Даже его отсутствие — наглое напоминание о том, что он есть.

Бесит простыня. Её фактура — настоящее предательство, сотканное из колючих песчинок. Бесят бриллианты в ушах. Наглая, холодная геометрия счастья, которая сейчас режет мочку. Как они смеют сверкать, когда внутри — чёрный бархат злости?

Бесит время. Десять утра — оскорбление. Двенадцать — насмешка. Само солнце нагло лезет в окно, и его луч похож на грязный палец, тычущий в мой священный беспорядок.

Бесит телевизор. Весь мир — сплошной идиот в дурацкой шляпе, и он мне об этом трещит голосом прилизанного диктора. Бесят гламурные до тошноты улыбки, нагло сверкающие зубами и втирающие мне, что жизнь — это бесконечный кайф. Сплошное лицемерие. Фальшь на высокой глянцевой частоте.

Бесит квартира, несмотря на ремонт. Эти стены слишком близко. Этот потолок слишком низко. Я — бабочка в банке собственного быта, и крылья мои слипаются от этой вездесущей, метафизической пыли.

Бесит ванна. Гора пены — лицемерное облако, под которым скрывается пустота. Она не очищает. Она полощет нервы досуха. Вытравливает саму возможность покоя.

Бесит за окном сирена на «Мерсе» пафосного соседа — вой одинокой металлической истерички. Бесит дворняжка, облаивающая воздух с тупым, самозабвенным рвением.

Бесит масло. Оно так медленно, так жирно, так бессовестно тает на тёплом хлебе. Это акт агрессивной нежности, на который у меня нет лицензии. Бесит кофе. Его горький, насупленный аромат — обманщик. Он сулил энергию, а принёс лишь обострённое сознание того, что всё вокруг — полная ерунда.

Бесят птички. Их щебет — это тирада самодовольных идиотов. Бесят пчёлы, которых здесь и в помине нет — сама не знаю, за что. Сама их целеустремлённость — уже личное оскорбление. Бесят сосны. Их вечнозелёное спокойствие — наглая ложь мироздания.

Бесит СМС из банка. Особенно. Это цифровое похлопывание по плечу: «Вот, держи, ты состоялась». Да иди ты. Иди этим самым сосновым лесом, где так тихо-тихо, что слышно, как нарастает ярость. Моё состояние сегодня не измеряется в валюте. Оно измеряется в децибелах тишины, которая гудит в ушах.

Бесят пробки. Нужно ехать на стрижку, вечером — пилатес. Пробки — застывшая река из железа и чужого терпения, которого у меня и не было никогда. Бесит трафик жизни — этот бессмысленный, шумный поток, в который я обязана влиться с улыбкой.

Бесит всё. Каждый атом. Каждая частица света. Каждая молекула воздуха, которая смеет касаться моей кожи без моего восторженного разрешения.

Я сегодня — не женщина. Я — ходячая граната с вынутой чекой, замотанная в халат. Я — мелкий, но очень принципиальный бес, проснувшийся в теле, которое требует абсолютного моратория на радость и немедленной капитуляции вселенной.

Я проснулась.
И утро мира не переживёт моего взгляда.