Auto Sovieticus

ЗАЗ, Ушастый, Запор, Auto Sovieticus, “Недостойный выродок в славной семье двигателей внутреннего сгорания» - благодарные автолюбители по-разному называли гордость советского автопрома. С Ушастым связана одна небольшая история.

В середине коммерческих девяностых мне пришлось ковать трудовую копейку в Москве на пересечении Садового кольца и улицы Гиляровского - в небольшой фирме, которая занималась продажей и обслуживанием контрольно-кассовых аппаратов. Запчасти получали – удивительное дело, напрямую от японской Casio. Как-то из токийского офиса наш директор получил факсимильное письмо. Административный отдел Casio извещал, что курировать бизнес контрольно-кассовой техники в Восточной Европе и странах бывшего СССР будет г-н Масаши Очи. Он уже лично, говорилось в сообщении, знакомится с делами в европейских столицах и скоро прибудет в Москву.

Через неделю в ветхом особняке, который знавал самого дядю Гиляя, руководство нашего очень трудового коллектива встречало маленького японца, в несколько великоватом костюме похоронного агента. Ему не было и тридцати. Он постоянно кланялся, улыбался. Его большой портфель и очки с толстенными линзами выдавали в нём Знайку. После первой обеденной рюмки водки г-н Очи признался, что лишь два года назад окончил Токийский университет, получив дипломы сразу двух факультетов: юридического и бизнес-администрирования. Однако, я несколько поспешил с обедом.

Сперва случились переговоры. Г-н Очи уверенно плавал в проблематике контрольно-кассовой техники, великолепно знал специфику этого рынка. Задавал много вопросов. На слишком смелое предложение директора честно сказал, что надо посоветоваться с боссом. Сотовой связи в то время не было, и я проводил японца в комнату секретарши Людмилы, где имелся телефон с единственной подключенной международной линией. Забавно было наблюдать, как г-н Очи разговаривал со своим руководителем. Все время наш гость стоял, слегка склонившись не только головой, а всем корпусом к телефонному аппарату, из трубки которого, казалось, ловил каждый начальственный иероглиф. Когда редко случалось отвечать, японец резко увеличивал угол поклона в сторону телефонного аппарата.
 
После второй обеденной рюмки водки г-н Очи разоткровенничался. Выяснилось, что его зарплаты специалиста, только делающего первые карьерные шаги, отчаянно не хватает. Какие-то жалкие сто пятьдесят тысяч долларов в год позволяют оплачивать в Токио лишь крохотную студию в многоквартирном муравейнике. В этой комнате, похожей на шкаф, даже ему одному тесно.  При таком бюджете ни о невесте, ни о покупке автомобиля не может быть и речи. Всем за обеденным столом стало ясно, что не может быть и речи о третьей рюмке водки. Напротив, возникла необходимость немедленно эвакуировать г-на Очи в гостиницу на продолжительный отдых.

Сопроводить японского гостя поручили Ирине Валерьевне - замдиректора по работе с иностранцами, и мне. Всю дорогу наш непривыкший к московским реалиям знакомый тяжело молчал, уткнувшись в автомобильное окно, не в состоянии реагировать на рассказ о достопримечательностях российской столицы. Вдруг на светофоре г-н Очи разволновался, стал горячо что-то лепетать, жестикулировать, пальцем указывая на машину, остановившуюся рядом с нашим видавшем виды директорским «Мерседесом». Автомобилем, который так эмоционально заинтересовал г-на Очи, оказался обычный «Запорожец» ушастой модели. Нам не сразу и с трудом удалось понять, что же так взбудоражило японца. Г-на Очи восхитил самодельный, как он посчитал, автомобильный механизм. И самым поразительным был тот факт, что этому механизму городские власти разрешили без сопровождения передвигаться по дорогам общего пользования.
 
Видите, - захлебывался в накатившей волне восторга г-н Очи, - у него даже государственный номер прикручен к бамперу! Значит, это полноценная работающая модель, и её официально разрешили эксплуатировать.
 
Оказалось, у г-на Очи есть брат, который живет в Киото, тоже энтузиаст автомобилестроения. Пять лет собирал в гараже машину. И у него получилось. Модель заводилась и могла передвигаться, но родственнику не разрешили ездить по городским дорогам.
 
- А русский сподвижник брата добился своего, - г-н Очи продолжал уважительно разглядывать Ушастого пока тот, решительно пукнув, не тронулся на зеленый сигнал светофора.

Вновь замолчал наш японский знакомый, когда ему объяснили, что ЗАЗ ушастой модели не самодельный автомобиль, а серийный продукт огромного государственного автомобильного завода.
 
- Серийный? – переспросил г-н Очи.

Волна восторга откатила и оставила иностранцу грязное облачко отработанных газов гордости советского автопрома.

Олег Кутуев