10. Тундра, гл. 1-2

    Тундра – это природная зона, которая характеризуется суровым климатом, безлесьем, многолетней мерзлотой, заболоченностью и специфическим растительным и животным миром. Служит основным пастбищем для оленей, ценным охотничьим и рыболовным угодьем. В тундре добывают нефть, газ, уголь, минеральные ресурсы.
    Коренные народы тундры – ненцы, саамы и др. традиционно занимаются оленеводством, охотой и рыболовством. Основные экологические угрозы: таяние вечной мерзлоты из-за глобального потепления, загрязнение воздуха, почвы и воды промышленными предприятиями, разрушение растительного покрова техникой, бесконтрольная охота, приводящая к сокращению популяций животных. В заповедниках – Лапландском, Таймырском и на острове Врангеля под охраной находятся овцебыки, песцы, лемминги, белоклювая гагара, тундровые лебеди, кречет, сапсан и другие виды.
    За Полярным кругом встречаются горные массивы, которые также называют тундрами. Например, на Кольском полуострове в Мурманской области расположен горный массив Хибинские тундры. Он имеет форму подковы, в центре которой находится обширное плато. Склоны Хибин крутые и каменистые, а вершины покрыты снегом практически круглый год.

***1
     В жизни иногда случаются чудеса. К примеру, разве не чудо, если вдруг совершенно южный человек, рождённый и выросший в очень жарком климате, привыкший к горячим пыльным бурям, к пекущему жаркому солнцу, к южным овощам и фруктам, к тому, что иногда излишний урожай абрикосов просто оставляют вдоль сельских дорог, но никто не берет их даже даром, привыкший к тому, что кожа его к концу лета становится похожей на кожу арабов, как бы он ни старался защищать ее от солнца, так вот – разве не чудо, если такой человек вдруг переезжает на Север, и не просто, а за Полярный круг на 69-ю параллель? Мало того, разве не чудо, что этот человек, однажды попав на Крайний Север, больше никогда не захочет вернуться на Юг? Он даже решил, что после поездок в отпуск на тёплые моря всегда будет возвращаться в край Северных сияний, Полярной ночи и Полярного дня.   
    Шестопалов после развода уже третий год жил один на даче и выращивал овощи для продажи. Квартирой он так и не обзавелся, поэтому жена и ушла от него. А возвращаться к родителям в двушку в панельном доме он не хотел, ведь они за время его жизни с женой на съемной квартире привыкли к некоторой свободе. Поэтому он решил не стеснять их. Мать, конечно, беспокоилась, но быстро убедилась, что сын вполне способен наладить свой быт и без женщины, тем более что бывшая невестка ей всегда не нравилась. Хорошо, что молодые не успели завести детей.
    Всё шло как обычно, утром Егор собрал созревшие помидоры и огурцы, уложил их в картонные многоярусные коробки и в 9 утра отдал их предпринимателю, приезжавшему к нему каждый день и увозившему спелые овощи в город, где их уже ждали рестораны. А через полтора часа Егору на карточку поступила выручка от продажи. Рестораны охотно покупали его овощи, поскольку он сертифицировал свои теплицы и весь процесс как органическое овощеводство без удобрений. Но сразу после предпринимателя к его участку подъехал подержанный фольксваген отца. Егор удивился, потому что отец не позвонил ему заранее.
    Отец молча затащил в калитку две сумки с пищевыми контейнерами, в которых мать присылала сыну еду на три-четыре дня. Как понял Егор, отец решил заночевать на даче, хотя они пока не говорили об этом. Родители приезжали к Егору обычно в пятницу вечером на все выходные, потому что оба все еще работали, хотя мать в этом году уже вышла на пенсию.
-Давай поедим, я на завтрак только кофе пил с бутербродом, – сказал отец.
    Контейнеры с едой Егор как всегда поместил в двухкамерный холодильник, но после слов отца достал один из них с нарезкой отварного языка и поставил на обеденный стол. Порезал помидор и огурец, выдернул с грядки три пера зеленого лука, достал из хлебопечки готовую буханку, которую сделал к обеду и порезал ее на толстые ломти.
-Масло и сыр нужны? – спросил он отца.
-Нет. Садись со мной, – ответил тот, – Разговор есть.
    Он начал есть и поэтому пока молчал, а Егор сидел, терпеливо ждал и гадал, но даже придумать не мог, из-за чего отец приехал к нему в свой рабочий день посреди недели.
    Наконец отец поел, вытер губы, отпил из кружки чай и начал говорить:
-Ты должен поехать к деду. Он хочет переоформить на тебя свою квартиру, гараж и машину. Сожительница его померла неделю назад, и сам он не в лучшей форме. Его в санаторий отправляют из-за болезни сердца, но он хочет сначала тебя дождаться и все дела с тобой сделать.
Я не могу, у нас большой заказ на стальные конструкции для Подмосковья, и я ответственный, как главный технолог производства. Насчет теплиц не переживай, наймем Ивана, он справится. Он сейчас без работы сидит, ему деньги позарез нужны. А мать… она не может, говорит, если сейчас возьмет внеплановый отпуск, ее сразу с работы выставят как пенсионерку, причем, на законных основаниях. Так что только ты можешь и должен поехать. Дед очень тебя ждёт.
-И когда ехать? – спросил несколько опешивший Егор.
-Завтра. Ни о чем не переживай, все твои дачные дела я разрулю и денег на дорогу дам.
-У меня есть деньги, батя. Но… ты ведь будешь на связи? Я много чего еще не знаю. Вдруг аферисты какие насчет квартиры? У него же не хрущевка какая-то, в сталинском доме большая хата. 
-Не волнуйся. Деду его бывшее руководство своего юриста выделило для оформления всех имущественных дел. Но нужно поспешить. Сейчас дед пока в пансионате, ему капельницу каждый день ставят. В ведомственном санатории он будет получать полноценное лечение. Так что полетишь самолетом. 
    Дед Егора много лет служил капитаном в Мурманском морском пароходстве. Имел правительственные награды и звание "Почётный полярник". Работал на судах "Дежнев", "Северная Земля", на теплоходе "Бирюса" и дизель-электроходах "Рионгэс" и "Гижига". Был капитаном ледоколов "Мурманск", "Диксон", "Капитан Сорокин" и "Красин". Перед выходом на пенсию был переведен на должность капитана-наставника ледовой проводки, а потом почти десять лет преподавал в Мурманском Нахимовском военно-морском училище.

***2
    После похорон бабушки почти двадцать лет назад дед больше не женился. Жил то с одной, то с другой. Сейчас померла его третья сожительница. Сразу появилась предыдущая, но дед прикинулся, что потерял память и сыграл перед ней сцену "Ты кто? ", так что эта шустрая пятидесятилетняя бабёнка ушла не солоно хлебавши. А уже на следующий день прилетел Егор. Это очень обрадовало старого капитана, он даже слезу смахнул. Но Егору пришлось одному располагаться в квартире, доктора не отпустили деда из ведомственного пансионата, потому что отвечали за его самочувствие перед мэром Мурманска. Глава пароходства почти отошел от дел, их теперь вёл конкурсный управляющий, поскольку Пароходство четвертый год находилось в процессе банкротства. Этот факт давно подкосил здоровье деда, ведь Пароходство являлось якорем его жизни.
    Деду исполнилось 85, но до последнего времени он все еще "был на коне", обливался холодной водой, каждый день делал зарядку с поднятием 10-ти килограммовых гирь, сам убирался в квартире, гулял по часу, а то и по два, играл с соседом в шахматы. А со своей последней сожительницей они даже ходили в студию танцев, где успешно освоили так называемый "фокстрот пожилых". 
    Последние десять лет Егор с родителями приезжал к деду на Кольский полуостров только на дни рождения. Гостили они у него недолго, потому что мать Егора, являвшаяся дочерью деда, на дух не переносила сожительниц отца, которые менялись каждые пять-шесть лет и пытались наводить свои порядки в его квартире.
    В Мурманске второй месяц продолжался Полярный день. Первый этап белых ночей давно прошел, еще в мае. Сейчас в Мурманске на улице солнце светило круглые сутки. Только 23 июля можно было увидеть долгожданный закат и рассвет. С этого времени Полярный день уступал место второму этапу белых ночей, ведь Мурманск находится на 69 параллели северной широты за Полярным кругом.
    Егор помнил как в детстве, когда они гостили у деда между его рейсами, мог спать только урывками, потому что круглые сутки ярко светило солнце. А потом они, всей семьей – Егор, бабушка, дедушка, мама и папа улетали по льготной путевке от пароходства куда-нибудь на тёплые моря. Каждый год, иногда без деда, если он был в очередном рейсе. А когда они возвращались, в Мурманской области начинался грибной сезон, и они часто ездили на Уру, где набирали целые ведра боровиков и подосиновиков, а еще бидоны черники и брусники. Папа обязательно успевал поймать в реке у водопада пару щук и несколько окуньков, пару раз видели он семгу, прыгающую в воде водопада. 
   В мурманском магазине "Океан" на Кольском проспекте  морепродуктов и морской рыбы, самой разной, от мала до велика, было просто огромное количество. Но Егору давали в основном речную рыбу, чтобы у него не развилась аллергия.               
    Потом они уезжали от бабушки с дедушкой домой, в свой Волжский, который является городом-спутником Волгограда, и лето Егора длилось еще почти целых три месяца.
    Как ни странно, Егор отлично помнил, как бывало жарко в июле в Мурманске, и как он купался и загорал на Семёновском озере, излюбленном месте отдыха мурманчан.
    Однако для Егора в Мурманске была и еще одна заманиха – именно там дед впервые поставил его на горные лыжи, когда привез в Кировск. Целых три сезона Егор приезжал к деду на две недели в апреле и гонял на горных лыжах и сноуборде в Хибинах. Потом он ездил в Куршавель и Шамони во Франции, ездил в Швейцарию на курорт Церматт с высотами 3900 метров, бывал и в Красной поляне. Все это, когда он был студентом. Дед всегда охотно оплачивал ему все эти поездки. А теперь он резко постарел, годы брали своё, и приезд именно любимого внука согрел его сердце.
    Все дела по оформлению недвижимости деда, гаража и автомобиля они завершили довольно быстро. Юрист все очень подробно объяснил им в деталях и тонкостях, так что дед спокойно отправился в санаторий, куда его доставили транспортом пароходства. Егор ехал за микроавтобусом с дедом следом на пятилетнем мерсе, за руль которого дед не садился уже года три. На юге Егор знал 70-ти летних стариков, которые уже с трудом управляли своими старыми иномарками. По прикидкам Егора на юге люди старились раньше. Не все, конечно, а только те, кому приходилось в жизни годами работать на открытом воздухе под палящим солнцем. А таких в Волгоградской области из старого поколения было очень много. Люди стремились иметь дачи и бахчи, а помимо этого работали на полях, в садах и в теплицах фермеров, которые платили больше, чем работникам без квалификации на предприятиях. Северяне, в отличие от южан, имели северные надбавки и на пенсию уходили раньше. И овощи потребляли не только привозные, которыми были просто завалены городские овощные базы, но и местные, ведь недалеко от Мурманска процветало несколько тепличных комбинатов. Егор теперь знал толк во всем этом, потому что и сам занимался теплицами.

***3   
      


                Продолжение следует….