Терпила

Егор выскочил из магазина, на ходу разминая шею и кисти рук. Он подвигался на ногах подобно боксёру, произведя несколько ударов руками по воздуху. Егор готовился, он ждал почти что с нетерпением.


Вскоре из пятёрочки вышли два мужичка. Они были чуть пьяны и 3 минуты назад случайно задели стоящего у кассы Егора плечом. Он тогда резко ответил им, а они попросили дождаться их на улице, не желая перевоспитывать молодого мужчину прямо в магазине.


Они вышли, держа в руках пакеты, и Егор быстрым шагом направился к ним.


Про Егора нельзя было сказать, что он родился в библиотеке между ножек рояля с золотой ложкой во рту. Он появился на свет в рабочем районе в простой рабочей семье. Мать не уделяла ему много внимания и с большим удовольствием проводила время за пивом. Не уделяла она внимания и отцу, часто ругая его за сломанную жизнь. Отец Егора был простым работягой, с утра до ночи был на работе, порой приходил домой пьяный. Он был уверен, что из него получился хороший человек только потому, что его отец его порол. Поэтому периодически он тоже порол сына, чтобы тот вырос настоящим мужиком.


- Настоящий мужик не должен плакать и сдаваться, ему нужно идти вперёд против всех противлений и давать сдачи всем, кто хоть как-то его заденет.


А Егора задевали. В школе он не пользовался авторитетом у пацанов и популярностью у девочек. Несостоявшаяся шпана часто достраивала свою человеческую целостность тем, что унижала Егора, или, если говорить современным языком, чмырила. Он зашёл однажды в школьный туалет очень невовремя, там сидели старшеклассники. После череды грубых шуток один из них харкнул Егору прямо на голову, а затем с друзьями долго ржал ему вслед. Иногда Егор, забившись на уроке в угол самой задней парты, мечтал их всех убить. В том числе, училку, которая при каждом удобном случае через весь класс кричала Егору, что из него никогда ничего не получится.


Хорошо, что отец всего этого не знал.


Дома Егора встретил пьяный уставший отец. В глубине души отец понимал, что жизнь идёт не совсем так, как должна. И чтобы заткнуть свою боль, он долго, дыша перегаром Егору в лицо, рассказывал, как по жизни он ловко выходил из разных переделок, не забывая при этом напоминать сыну, что у него так точно никогда бы не получилось. Не получилось бы просто потому, что поколение нынче не то, а сам Егор просто слабак.


- Хорошо хоть без ремня обошлось, - подумал тогда Егор, пытаясь сделать глоток свежего воздуха. Тупик со всех сторон. Клетка.


Бам! Бам! Сначала рухнул один мужичок. Потом второй. Упали пакеты. Из одного из них выкатилась бутылка водки.


Егор развернулся. На его лице была усмешка победителя. Секция бокса снова пригодилась. Не разжимая кулаков, Егор пошёл прочь. Отец был бы доволен тем, что Егор снова не дал себя в обиду и ответил как мужик. Ведь этому он его учил. Отец был бы доволен .... . Отец… Да к чёрту отца.... .


Уже находясь в СИЗО, Егор узнал про Архипыча. Тот был всегда как будто не в себе. И многие были уверены, что экспертиза всё-таки покажет его невменяемость, а Архипыч вместо зоны поедет лечиться. Архипыч говорил странные вещи, сидельцы неохотно вели с ним разговоры и предпочитали лишний раз с ним не связываться.


- Вот бьёшь ты кулаком каждого, бранным словом кроешь во всяком случае, когда с кем-то столкнулся или когда почуял, что на тебя недобро посмотрели. Громко кричишь, отвечая вслед. Плюнули в тебя, и ты плюнь, обозвали, и ты обзови, задели, и ты толкни со всей силы. Ты же не терпила. Ты же настоящий мужик. А вот только почему это всё? А?


Архипыч говорил тихо и как будто сам с собой. Его почти что не было слышно, однако Егор напряг слух так сильно, чтобы не пропустить ни одного его слова. А потом вопросительно промолвил: «Так если ж я так не сделаю, то я же буду терпила. И все по праву так называть меня будут. И мужики во дворе. И сын тоже. Только терпила промолчит, уйдёт, отпустит, простит. Я же сам себя уважать не смогу».


- Ан нет, - ответил Архипыч, - вот машешь ты руками и всем кулаком ответить пытаешься. Не даёшь спуску никому и никогда. А от того всё, что поломан ты изнутри. Болен сильно. Искалечен. Вот и бьёшь ты всех лишь для того, чтобы хоть как-то от болезни своей убежать, закопать её навечно. А раз болен ты, значит и слаб ты. И если не делаешь ничего с болезнью своей, кидаясь на всякого, брызгая злостью на весь мир, значит ты и есть терпила. А кто ж ещё?
Егор отвернулся и тихо заплакал.



08.05.2025