Ступа последнего поколения

Старые персонажи в новые времена

* Часть 1

Ступа стояла в углу, потертая, такая верная. Она проживала уже не десятый и не сотый век, и, судя по всему, дожила. В ней оторвалось дно, и никакие заклинания, ни починка, ни танцы с березовыми ветками — ничего уже не помогало.

Метлу починить — как телегу: колёса сменил — и снова в путь. А вот со ступой — только в музей. Да и в музеях уже не найдешь.
Баба Яга смотрела с удрученным видом, повесив свой крючковатый нос в бородавках, и ерошила всклокоченные седые волосы. Что поделать, ступу пора пришла менять.

Недавно проезжавший царевич-кутила вместо денег расплатился новомодным способом, каким-то купоном в большой гипермаркет, и сказал, что сегодня там скидки 50%.
— Сначала они дарили сердце, потом натуру, теперь купоны… — проворчала Бабка, сунув бумажку в подол.

Баба Яга была все-таки женщина продвинутая, телевизор предпоследней модели Кощей ей подарил на 500-летний день рождения, поэтому она была в курсе всяких распродаж новомодных гипермаркетов и прочих новостей техники и науки, хотя вай-фай Лешего хватало только на Нейшенл Географик.

Ее продвинутость распространялась и на то, что новомодными приборами всё-таки её изба пополнялась так или иначе: где прохожие царевичи оставляли гаджеты, где друг Кощей притаскивал ей подарочки на какой-нибудь неполный круг эненного-летия, некруглого в основном.

Понимая, что новую ступу не купить — артефакт, музейный экспонат, редкость — она всё же решила рискнуть. Натянула свой лучший наряд (вышитый черепами праздничный халат), плюнула три раза через левое плечо и пошла пешком в город. За новой ступой.

По дороге Баба Яга побеседовала с Лешим о современных нравах, пожурила Кикимору за неправильное воспитание детей — ходят, мол, в чёрт знает в чём. А чёрт и не в курсе вовсе — Бабка с ним недавно по видеочату общалась. Тот все пытался снова с ней пококетничать.

Леший, как обычно, стоял молча, ветвями поскрипывал, но в целом соглашался. Кикимора девушка непостоянная, неосознанная, что слышит, что нет — непонятно. Телом изогнулась — и глаза в разные стороны растопырила. Но Бабке было не до них, так что она и рукой махнула. По делу ведь шла.

Пожаловавшись судьбе и старому дереву, Бабка всё-таки дошла до города — стуча костяными пальцами по асфальту и подшептывая себе под нос старинные заклинания.

В гипермаркете её ждал настоящий шок. Такого технического разнообразия она представить себе не могла. В телевизоре она, конечно, видела это всё. За столько сотен лет перед ней уже прошло немало пиков технической революции.

Но всё же последнюю сотню лет она избегала скоплений людей и техники из-за загазованности и опасения заражения Ковидом.

Ряды техники сияли, как поле зачарованных грибов на Иван Купалу. Бабка не знала, куда глядеть.
Сковородки с антипригарным покрытием, духовки с музыкальным сопровождением.

Вёдра, складные тазики, — а ступ не было. Ни старых, ни новых — никаких.

Современная техномагия поражала воображение, но всё тяготело к компактности. Мини-вёдёрки, складные тазики, устройства “умные”, но узкие и мелкие.

Несмотря на то, что она старушка была многосотлетняя, всё-таки габаритами она обладала достаточно крупными. И сегодняшние складные вёдерки никак не могли обеспечить ей тот комфорт, в котором она привыкла передвигаться.

Она любила простор. Чтобы сесть — так с размахом, чтоб метла — с основательной ведьминой харизмой.

Поняв, что ни одно из новомодных корыт её не вместит, она решила действовать от обратного: не искать, во что сесть, а на что.

По совету цепкого и шустрого менеджера Бабкин выбор остановился на Dyson — той самой циклонной машине, где пыль исчезает в вихре инженерной злобы. И менеджер обещал: 6 скоростей, двойная сила всасывания.

Что это значит — она не совсем поняла, но сразу почуяла силу: в этом цилиндре крутился не просто мотор, а дух какой-то разрушительной промышленной стихии.

Дело не в том, что у старушки была тяга к инновациям. Просто век стал быстрее, и ей пришлось соответствовать. Царевичи уже не плелись по лесу неделями, а приезжали на электросамокатах с GPS. Ворон теперь не летал с вестями — были мессенджеры.

И старушка поняла: если не ускоришься, останешься в болоте истории — вместе с Лешим и его вай-фаем.

Dyson был выбран не ради уюта, а ради дерзкого рывка в будущее. Модель последняя — с шестью скоростями, фильтрацией пятого измерения и турбонаддувом, способным засосать даже мораль.

Прохожие ещё не успели осознать, как пожилая ведьма с хрустящими суставами уселась на пылесос — словно байкер на мете, только с платком, а не шлемом, и бородавками вместо татуировок.

Она включила шестую скорость — что мелочиться-то. Если ты не можешь адаптировать прогресс под себя, потому что должность обязывает, то оседлай его.

В тот момент, когда мотор заурчал, как голодный демон с дипломом технолога пищевой промышленности, Бабка рванула с места. Воздух сжался в точку. Тележки, кассиры и один любопытный манекен — всё было снесено невидимой воронкой её старушечьего старта.

Люди не успели даже крикнуть. Они просто стояли в шоке, глядя, как Баба Яга с двигателем всасывания нового поколения вылетела из магазина, оставив после себя только запах пыли, шишек и технического прогресса.

Результат её удивил. Оставшиеся волосы развевались, юбка задралась, щёки раздуло по ветру — скорость была нечеловеческая.

Унесло Бабку спиралями, так как управлением она всё ещё не овладела. И так, завывая и матерясь, она петляя, неслась в соседний лес.

Лес встретил её, как старую подругу — с хрустом веток, шорохом листвы и одной особо неудачно расположенной елью. Dyson, не обладая интеллектом, но обладая чудовищной силой всасывания, втянул в себя ветку вековой ели и, подавившись древесиной, заглох

Бабка, размотанная на шланге пылесоса, как колбаса на крючке бытового унижения, отплёвывалась иголками, мусором, ссохшимися ягодами, и при этом пыталась вспомнить, что она — всё ещё ведьма с достоинством.

Отплёвываясь, выковыривая щепки и комментируя происходящее на трёх языках лесной ненависти, Бабка слезла с дерева, врезала пинок Дайсону.

Посмотрела на сломанный шланг, на висящую иголку в носу и поняла — эпоха ступ прошла, а новая всё ещё… ну, мягко говоря, не готова её принять.

Характер разыгрался у Бабки не на шутку. Это уже была не просто Баба Яга — это был ураган на эмоциональном топливе, сражённый обидой, скоростью и еловой веткой в подреберье.

Поминала она всех. Царевича — с его купоном, который, видимо, он получил за плохое поведение в какой-то другой сказке. Кощея — за то, что подсунул ей технопомойку под видом подарка. И особенно — мобильник, который вылетел на одном из виражей и, возможно, сейчас лежал где-то в дупле, пытаясь дозвониться в другой мир.

На её бурю стенаний и матюгов собралась вся лесная братия. Кто-то ржал до икоты. Кто-то охал и сочувственно хихикал. А кто-то — пытался раствориться в пейзаже.

Тут из-за дерева выдвинулся Леший. Осторожно. Бочком. С таким видом, будто он не лесной дух, а просто еловая шишка.

— Бабка… ты как?.. — сипло произнёс он, слегка дрожащим ветвистым голосом.

Ответом стала короткая, но поэтически насыщенная тирада из непечатных слов — сразу было понятно, что у Бабки развилась аллергия на хвойные и на слово “Dyson”.

Леший покивал. Он этого ожидал. Но, будучи существом всё же добрым по устаревшему регламенту, он решил ей помочь — протянул Бабке мобильник.

Да, тот самый. Он уцелел. Немного обгорел, пах дымом и хвоей, но экран мигал: “1 пропущенный: Кощей (старый)”.

Баба Яга закончила с речью, отмахнулась от предложенной помощи, засунула два грязных пальца в освободившийся рот и свистнула так, что пригнула половину леса, разметала всю оставшуюся нечисть и отнесла Лешего к соседнему болоту.

Когда природа немного успокоилась и небо прояснилось, вдалеке показалось большое облако дыма. Нечисть и звери попрятались напрочь, потому что на помощь Бабке летел Змей Горыныч.

(Продолжение следует)
(Впервые опубликовано на  Medium.com)