Предатели из спецслужб. Глава. 22. 2 Публицистика

Глава. 22.2              Завербовать его было делом непростым.


Не ищи страстей тяжёлых:
И покуда бог даёт,
Нектар пей часов весёлых;
А печаль сама придёт.

Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841 годы) — великий русский поэт, прозаик, драматург, художник.

Один из самых ярких представителей романтизма в русской литературе XIX-го века.


Есть версия, что именно эта трагедия толкнула разведчика на предательство. Впрочем, согласно альтернативной версии, причина была в идеологии: Дмитрий был ярым сталинистом, поэтому презирал Хрущева и его режим.

Как бы там ни было, в ноябре 1961 года на одном из приёмов Поляков попросил сотрудника Госдепа вывести его на ФБР, что тот и сделал.

По другим данным, в октябре 1961 года Поляков связался по телефону со знакомым офицером ВС США и попросил свести его с главой американской миссии при военно-штабном комитете ООН.

При этом спецслужбы США и раньше хотели заполучить Дмитрия в качестве агента: он был в списке тех, кого американцы планировали склонить на свою сторону в рамках вербовочной спецоперации Courtship («Ухаживание»).

«Американцы создали свою формулу вербовки — MICE: Money, Ideology, Compromise, Ego, которая на русском звучит так: деньги, идейные соображения, компромат, самомнение.

Это была изощренная система, однако завербовать Полякова было делом непростым. Он не пил, не изменял жене, не проявлял особого интереса к деньгам. Казалось, найти подход к нему невозможно». (Из книги Олега Смыслова «Предатели и палачи»).

Поэтому предложение «инициативника» Полякова, которому позже присвоили псевдоним Top Hat (Цилиндр), стало для ФБР настоящим подарком. Куратором шпиона был назначен агент Джон Мори.

Чтобы убедить американцев в искренности своих намерений, 08 ноября 1961 года Поляков на встрече с ними сразу же выдал шестерых шифровальщиков из ГРУ, КГБ и МИДа, работавших в США.

Он также рассекретил имена советских нелегалов — супругов Соколовых. Провал Соколовых был ощутимым ударом по советской разведке — семейную пару долго готовили к внедрению в США и возлагали на неё большие надежды.

Однако муж и жена были арестованы, даже не успев приступить к своим секретным обязанностям.

Чтобы отвести подозрение от своего нового агента, накануне операции по Соколовым американцы задержали советских сотрудников секретариата ООН Ивана и Александру Егоровых.

Через несколько дней в прессе с подачи ФБР появилась информация, что именно чета Егоровых сдала Соколовых.

Между тем на второй встрече с представителями американских спецслужб 26 ноября 1961 года Поляков сдал 47 разведчиков ГРУ и КГБ, работавших в то время в США, а 19 декабря в ФБР узнали о части разведчиков-нелегалов из ГРУ и державших с ними связь офицерах.

Остальных Поляков сдал 24 января 1962 года вместе с американскими агентами ГРУ. К слову, позже в руках спецслужб США при помощи шпиона оказался длинный список советских агентов, работавших в разных странах мира.

«Он выдал кучу агентов, о которых знал. Судьба многих из них неизвестна. Кто-то погиб, кого-то перевербовали. Многим офицерам был закрыт выезд из страны». (Александр Духанин - бывший начальник следственного управления КГБ СССР).

Шпион снабдил своих кураторов наводками на советских офицеров, которых можно было завербовать, а при встрече 29 марта просмотрел фотографии сотрудников советской дипмиссии и указал на всех разведчиков-нелегалов, которые были среди них.

Между тем в 1962 году у Полякова появилась новая подопечная — 55-летняя советская разведчица Мария Доброва.

Ещё до своего сотрудничества с ГРУ она успела зарекомендовать себя отважной женщиной: после смерти мужа и сына в 1937 году, будучи сотрудницей Академии наук, Мария настояла, чтобы её отправили в качестве переводчицы в охваченную гражданской войной Испанию.

Во время Великой Отечественной войны Доброва пережила блокаду в Ленинграде, работала санитаркой и медсестрой в госпитале. В 1944 году она пришла работать в МИД и четыре года трудилась в советском посольстве в Колумбии.

В разведку она пришла в 44 года, а в мае 1954 года, после легализации в Европе и получения профессии косметолога, прибыла в США под именем Глен Морреро Подцески.

Вскоре Мария открыла в Бронксе салон красоты, который стал пользоваться популярностью у жен высокопоставленных политиков и бизнесменов. А сама Доброва тем временем восстановила контакт с советским агентом — сотрудником одного из управлений при президенте США Джоне Кеннеди.

Самой важной информацией, которую этот источник передал разведчице, были данные о планах Кеннеди и ЦРУ о вторжении на Кубу. До того как её куратором был назначен Поляков, Доброва успела завербовать ещё несколько ценных агентов.

Сдать разведчицу американцам Поляков решил перед своим отъездом в СССР — срок его командировки заканчивался в начале лета 1962 года. 07 июня Дмитрий передал ФБР информацию о месте, где разведчица и её новый куратор, разведчик Маслов, должны были обменяться условными сигналами.

Первым в руках ФБР оказался Маслов, который прямо перед задержанием успел нацарапать в условленном месте белый крест и тем самым подал тревожный сигнал Добровой.

По резервным документам на имя Марианны Грей разведчице удалось добраться до Чикаго, откуда она планировала уехать в Канаду.

Но в номер отеля, где остановилась Мария, пришел агент ФБР, который сообщил, что в ведомстве знают о ее тайной деятельности и предложил сотрудничество в обмен на свободу.

 Разведчица обещала подумать над предложением, но на самом деле решила свести счеты с жизнью. Ее тело нашли под окнами высотного здания.

Чтобы вновь отвести подозрение от Полякова, американцы тайно похоронили разведчицу, а сами распространили дезинформацию, что Доброва якобы жива и теперь работает на американцев. То же самое подтвердил руководству и прибывший в Москву Дмитрий.

Из-за этого почти четверть века в СССР Марию Доброву считали предательницей Родины.

Продолжение следует …