Новогоднее чудо или тяжёлый шотландский юмор

Обожаю эти неспешные разговоры, воспоминания в купе поезда дальнего следования. Вот и этот рассказ я услышал от соседа по купе — шестидесятилетнего мужчины интеллигентной наружности — по пути из Питера в Хабаровск в канун 2024 года.

- Нам с женой, как, наверное, и многим, хотелось отпраздновать наступление 2000 года необычно и где-нибудь в интересном месте. Но мы слишком долго решали, куда поехать, поэтому, когда 30 декабря обратились в туристские бюро у нас в Питере с желанием поехать праздновать хотя бы в Новгород, нас разочаровали: было уже поздно, да и вообще везде всё занято. В одном бюро нам предложили «сгорающую» путёвку не в город, а в провинцию, и вылетать нужно было уже ближайшей ночью. Жена сразу ответила отказом, поскольку в глушь ехать не хочет, да и за такой короткий срок ей не собраться. Но всё же поинтересовалась: куда путёвка?
Ответ работницы прозвучал интригующе:
— На празднование Нового года, начала нового столетия, в Шотландию, на озеро Лох-Несс. Стоимость невелика, поскольку, если вы не возьмёте, путёвка просто пропадёт.

Нам сразу же вспомнились заметки в прессе про чудовище, обитающее в этом озере.

— Едем! — мгновенно воскликнула жена.

Её совсем не смутило, что наш английский остановился на уровне окончания средней школы, правда, у жены — с углублённым изучением этого языка.

Путешествие до места назначения я опускаю, поскольку там особых чудес с нами не приключилось.

Сделав одну пересадку в Глазго, ранним утром мы приземлились в городке Инвернесс. Там нас встретила Оливия — сорокалетняя хозяйка гостиницы, в которой у нас был забронирован номер. На роскошном «Кадиллаке» за 40 минут мы домчались до места. Этот небольшой отель, находящийся на самом берегу озера Лох-Несс, имел всего 20 номеров. Мы были единственными гостями из России. Как нам объяснила Оливия по дороге от аэропорта, наша путёвка — «пробный шар». Она с мужем — он шеф-повар и в тот день был занят приготовлением угощений к праздничному столу — решили открыть для себя российский рынок. Их интерес к России был подогрет ещё и рассказами её деда, которому на то время было 102 года (забегая вперёд, скажу, что старик был на своих ногах и в полном умственном здравии). Он ещё молодым человеком, в 1945 году в Берлине, имел связь с русской девушкой — лейтенантом медицинской службы по имени Тамара.

Вечером был общий сбор в ресторане отеля.
Для гостей имелись различные карнавальные костюмы, в которые желающие могли переодеться. Я выбрал для себя парик и шотландский берет. Молва о том, что среди гостей есть мы, приехавшие из далёкой снежной России, быстро разнеслась по отелю. Мы чувствовали к себе отношение словно к «свадебным генералам». Каждый старался проявить к нам внимание, разговаривая очень медленно и сопровождая речь мимикой и жестами.

— Друзья, надеюсь, что чудовище сегодня покажется нам из вод. Так что одевайтесь теплее и пошли на берег!

Эти слова хозяйки отеля не вызвали особого энтузиазма у гостей — да, вообще никакого энтузиазма не вызвали.
Казалось, что нет такой силы на свете, которая сейчас, при минус 12 градусах и сильном ветре, заставила бы этих людей покинуть уютное тепло отеля. Одна женщина воскликнула, что поставит бутылку тридцатилетнего виски, если её смогут переубедить не выходить из отеля сегодня. К ней присоединились ещё несколько желающих заключить подобное пари. Вторя им, одна дама в очень открытом платье пообещала, что если с ней произойдёт такое чудо, она станцует ирландский степ. Прибавила: «На столе». И вдогонку произнесла: «В очках».

Оливия, и это было заметно, была раздосадована и растеряна — её программа рушилась. Она склонилась к сидящему тут же её дедушке, ища у него совета. Что ответил старик, мы не узнали, но Оливия, улыбнувшись, объявила всем: по-русски это можно выразить поговоркой: «Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе».

— Итак, господа, продолжаем веселье!

Пели, танцевали, ели всякие вкусности, пили виски, ликёры, шампанское с апельсиновым соком. Мы, конечно, старались делать вид, что тоже угораем от удовольствия.

Через некоторое время хозяйка отеля радостно сообщила:
— К нам приехал специалист по нашему озеру, профессор Стрензен, дрессировщик чудовищ озера Лох-Несс. Я попрошу четырёх мужчин принести из автомобиля профессора тяжёлый ящик. Поскольку профессор изрядно проголодался в пути, дадим ему возможность слегка подкрепиться, а ящик пока постоит в сторонке.

Когда градус веселья был уже изрядно умножен градусами выпитого виски, профессор Стрензен громко объявил, что сейчас все увидят настоящее новогоднее чудо:
— Я запустил в этот ящик обычных серых мышей, и они по моему сигналу превратятся в правнука чудовища из нашего озера.

Профессор, взяв волынку, проиграв под аплодисменты гостей занудную мелодию, открыл крышку ящика и…
И тут весёлость на его лице сменилась растерянностью, а затем — гримасой испуга, даже, пожалуй, ужаса.
Мужчина произнёс:
— Но его здесь нет. И мышей тоже нет. Ой! Да тут стенка ящика сломана.

До ещё смеющихся людей начало постепенно доходить, здесь что-то не так. Кто-то спросил: «А кто там действительно был?»

— Я укротитель змей. Здесь, в ящике, был двухметровый удав и два десятка серых мышей. Сейчас они где-то здесь, среди нас. Хотя за час удав мог заползти куда угодно в здании.

Женщины, не отреагировав на слово «удав», услышав слово «мыши», завизжали и кинулись прочь. Мужчины последовали за ними. Люди, ещё совсем недавно не желавшие тепло одеваться и выходить на улицу, теперь выскакивали наружу в чём были…
И мы с женой не стали исключением…

Минут через пять из дверей отеля выбежал дрессировщик змей. Бросив на ходу в нашу сторону, дрожащих на морозе, «Sorry», он прыгнул в свой автомобиль и умчался прочь.

Следом вышла на крыльцо Оливия, хозяйка гостиницы, давясь от смеха, сообщила:
— Угроза миновала, змей пойман! Он выполз из ящика не у нас, а в отеле, в котором перед нами выступал профессор. Мышей же там ещё до сих пор ловят. Теперь очередь стоять на морозе настала жителям той гостиницы, а вас прошу возвращаться.

И веселье продолжалось до самого утра. Было и тридцатилетнее виски, и степ на столе в очках, и, конечно, рагу из кролика, и огромный праздничный торт…

Сосед по купе закончил свой рассказ словами:
— Такие они, эти шотландские шуточки. Такое оно, Лох-Несское чудо.

А молодой парень в форме младшего лейтенанта военно-морского флота, сидящий у окна, вздохнул и произнёс:
— Сегодня сама такая поездка уже стала бы чудом.

Остальные попутчики посмотрели на него с удивлением…