Стеклянные колосья 21

Эпизод 21

Весь вечер понедельника Аня читала про пересадку сердца и про то, как живут люди, после такой операции. Это откровение Августа настолько впечатлило и расстроило Аню, что ей даже приснился необычный сон. Ей снилось, будто она искала Августа ночью по улицам города, и пришла к нему домой. Дверь оказалась открытой, и Аня вошла без спроса. Квартиру окутывал непроглядный белый мрак. Аня на ощупь шла вперед и все время натыкалась на что-то противное, скользкое и влажное. Стены квартиры напоминали чьё-то пульсирующее нутро, пронизанное рельефными венами и покрытое слизью. Вдруг Аня уперлась руками в какого-то человека. Туман рассеялся и она увидела Августа. Мертвенно-бледное лицо его пронизывали черные вены, похожие на корни. Аня опустила глаза и увидела, что источник этой черноты — сердце Августа. В самом центре его груди, откуда, словно щупальца, торчали разветвления сосудов, находилась черная дыра. Аня засунула туда обе свои руки и вытащила из груди Августа черное сгнившее сердце. Оно отчаянно стучало, выскальзывая из ее рук, скользкое, будто обмазанное нефтью. Сосуды и вены сердца натянулись и лопнули. Август открыл глаза и громко вдохнул. Аня проснулась в ужасе. Из окна лился утренний свет. Кровать Ильи была пуста. Одеяло, как всегда, небрежно скомканное, наполовину скатилось на пол. Аня взглянула на часы. «Я ужасно опаздываю! Почему меня никто не разбудил? И где Илья?» — лихорадочно думала Аня, направляясь в ванную. Через десять минут она уже вышла из дома, и прибежала в школу вовремя к первому уроку. Войдя в класс, она увидела, что учителя еще нет. «Ну хоть раз на литературу не опоздала» — с облегчением подумала она, присаживаясь на свое место. Вспомнив свой ужасный сон, Аня тут же оглянулась назад, в поисках Августа, и встретила его взгляд. Он слегка кивнул ей в знак приветствия и вежливо улыбнулся. Аня тоже улыбнулась и покраснела. В класс вошла Наталья Николаевна.

— Доброе утро! — поздоровалась она. Все быстро встали и сели обратно. Наталья Николаевна подошла к доске, взяла мел и начала быстро записывать тему урока: «Жизнь и творчество Александра Николаевича Островского».

— Открывайте учебники на тридцать шестой странице. Аня Грудова прочтет нам биографию. — Наталья Николаевна подошла и села за стол. Аня заметила какую-то перемену в учителе. Голос ее казался более мягким, спокойным, не было в ее интонации издевок и высокомерия.

— Аня, прошу. Читай. — Наталья Николаевна подняла глаза на Аню и сложила руки в замок у самого лица, прикрыв губы.

Аня вспомнила ту непристойную сцену, которую наблюдала в замочную скважину и почувствовала как кровь прилила к ее лицу, обожгла настолько, что глаза заслезились и закружилась голова. Наталья Николаевна уже не видела этого и смотрела в свою книгу. Аня опустила голову низко, что б лицо ее закрыли волосы.

— Грудова, ты буквы забыла? — сказал ей кто-то шепотом с задних рядов. — Слишком много информации. Стала учить немецкий, и забыла русский.

— У нее карта памяти переполнена.

— Процессор устарел.

Все сдержанно хихикали.

— Можно мне в медпункт? У меня голова кружится. — сказала Аня, не поднимая глаз.

— Иди конечно. Тебя проводить? — равнодушно спросила Наталья Николаевна.

— Нет, я сама.

Аня встала и пошла к выходу, не чувствуя пола под ногами.

— Август, тогда ты прочти. — попросила Наталья Николаевна.

Аня резко остановилась в дверях и дико глянула на Августа и на учителя. Наталья Николаевна вопросительно посмотрела на Аню:

— В чем дело?

Аня мотнула головой и ушла.

Когда она вернулась, все читали пьесу «Бесприданница», которую Наталья Николаевна задала читать потом и на дом.

После урока Август подошел к Ане.

— Все в порядке? — спросил он, спокойно и внимательно глядя Ане в глаза, но с каким-то холодным равнодушием в голосе.

— Да. — Аня опустила взгляд, и уткнулась в область сердца Августа.

— Идем на химию? — предложил он и медленно пошел вперед. Аня почувствовала тот же самый запах, тонкий, едва уловимый, который вчера исходил от брата. «Нет, мне показалось» — решила она.

На пятом уроке, на русском, десятый Б снова встретился с Натальей Николаевной. Учительница вновь показалась Ане более смирной, менее наглой и злой. Она ни над кем не подшучивала, не язвила, проявляла терпение. Да и вообще казалась счастливой. Эту положительную перемену заметили и остальные ребята, они перешептывались и обсуждали это прямо на уроке.

Последний урок, физкультура, проходил в зале, так как погода испортилась, начался дождь. Майя Иосифовна немного погоняла ребят по залу и дала им волю. Ребята захотели играть в баскетбол, девчонки сели на скамейки. Игра одноклассников отличалась от той, в которую играл Илья со своими друзьями во дворце спорта. Одноклассники Ани играли без особого задора, не совсем по правилам и не так жестко. И, конечно, никто не раздевался. Аню же интересовал только один человек — Август. Рукава своей черной стильной водолазки он закатал по локоть и Аня любовалась его красивыми предплечьями, тонкими запястьями и изящными, но мужественными кистями с длинными пальцами. Август играл средне, не идеально, не так хорошо, как Илья, но для Ани это не имело значения. Она смотрела на его движения, на ловкость рук, на то, как он дышит и убирает влажные волосы с лица своим привычным движением и затем озадаченно трет шею и сердито выдыхает носом, если не попал в кольцо.

После уроков Аня ждала Августа в коридоре, у кабинета немецкого. Ведь они условились заниматься каждый день. Он не пришел. У Ани все еще не было его номера телефона, она не могла позвонить. Но она знала, где его искать. Она пошла к кабинету литературы.

Пустой коридор, классы пусты. Все, кроме одного. Аня подошла к двери кабинета литературы и русского и услышала шум. Какие-то звуки неопределенного характера, но четкие, как метроном. Аня не могла придумать картинку, иллюстрирующую эти звуки. Может быть дождь стучит по раме? Или ветка бьется об стекло? Аня нагнулась и заглянула в замочную скважину.

Класс окутал сумрак дождевых туч. Предметы терялись во мраке, превратившись в черные сгустки пятен. И вдруг яркая молния осветила на мгновение кабинет. Этой доли секунды хватило, что б увидеть все. Август стоял прижавшись пахом к заду Натальи Николаевны, которая лежала животом на парте. Раздался раскат грома. Затем еще одна продолжительная молния. И Аня снова увидела очертание двух фигур. Она увидела, как Август держит одной рукой Наталью Николаевну за талию, другой за бедро, отодвигается от нее и смотрит вниз. На мгновение Аня видит силуэт полового органа Августа, который он на секунду вытащил из учительницы, и снова вошел в нее. Затем, уже в темноте, будто в театре теней, Наталья Николаевна выгибается, Август равномерно резко двигается, парта шатается и стучит об пол. Картинка в голове Ани сложилась. Снова раздался гром, совпавший с громким всхлипом Ани, который она не смогла сдержать. Она закрыла рот рукой и отстранилась от двери. Ничего не видя от слез, Аня выбежала из школы. Она бежала без остановки до самой двери квартиры. И только закрыв за собой дверь, Аня позволила себе зарыдать в голос. Утирая слезы, она разулась, прошла в комнату и упала на кровать.

Через какое-то время домой вернулся Илья. Он включил свет в прихожей и заметил Анькины ботинки. Услышав всхлипы, Илья быстро вошел в комнату и в ужасе замер, глядя на колышущуюся от рыданий спину сестры.

— Анька, ты чего?! — Илья схватил сестру за плечи и попытался развернуть ее к себе, но она излишне эмоционально отмахнулась от него.

— Ты чего ревешь? Что с тобой?

— Отстань от меня! Отстань! — истерично всхлипывала Аня.

Поняв, что с сестрой все в порядке, что она не покалечена, а что просто рыдает, Илья немного успокоился и отошел от нее.

— Ясно. Сегодня международный день истеричек? Или ты пока шла домой слишком много воды впитала, теперь выливается из тебя? Давай заканчивай, в то плесень разведешь.

Аня немного успокоилась, плакала беззвучно. Потом просто лежала лицом вниз, пока Илья собирался на свой баскетбол к четырем часам. Вся его возня и шорохи мешали Ане плакать. Затем Илья включил свет в комнате, и совсем испортил атмосферу грусти. Аня поднялась с кровати, утирая уже высохшее лицо и щурясь от света, будто только что проснулась. Илья надел свитер. Глянув в зеркало, он прошелся пятерней по волосам, создавая видимость прически.

— А где ты был? — нахмурилась Аня, задумчиво глядя на брата.

— Гулял.

— Под дождем?

— Ага.

— Ты не промок.

— У меня был зонт. Еще вопросы? Отвали, сопля. — Илья схватил сумку, взъерошил грубым движением Ане волосы и вышел из комнаты. Аня снова почувствовала, что от брата исходит тот самый дымно-амбровый аромат.

Когда Илья ушёл, Ане в мессенджер пришло сообщение от неизвестного номера: «Прости, забыл сказать, что сегодня не получится позаниматься».

— Ненавижу! Ненавижу! — Аня зло бросила телефон на кровать.

Немного успокоившись и подумав, Аня села за стол и открыла учебник немецкого.

Продолжение:
http://proza.ru/2026/01/08/2080