1 марта

 МЕСЯЦЕСЛОВ "ПОСОЛОНЬ"

 Том 1.
 ВЕСНА.

Месяц март на Руси был всегда долгожданен -- с него обновлялась природа, год начинал свой круг. Величали март красиво: то березень, то солнцегрей. А ещё – каплюжник, капельник, протальник или парок (от слова «пар»). И у каждого имени есть объяснение. К примеру, в марте жгли берёзу на уголь. Вот вам и березень. А протальник почему, малому дитю понятно: талая вода – снежица – по народному поверью, целебна. Ею мыли пол, подоконники, двери, поливали любимые бальзамины и гераньки, в ней, согретой в печи, устраивали постирушки.
Кстати, говорят: мол, если в первый мартовский день снежицей помыть пол да при этом без умолку твердить имя врага, то он навсегда оставит вас в покое.

Как такое могло произойти, никто не знает: день преданной делу Христа праведной Мариамны в народном календаре вдруг совпал с именинами кикиморы! Странно, но так и есть, первый день весны промеж русского  народа так и прозывается МАРЕМЬЯНА КИКИМОРА. Конечно, хоть и является святая праведница покровительницей сегодняшнего дня, к Маремьяне Кикиморе никакого отношения она не имеет.
Всё объясняется очень даже просто. С приходом весны оживает весь мир, каждая былинка, каждая Божья тваринка. Видать, и небожья тоже… Вот и Кикимора нынче очухалась ото сна и давай на радостях именины справлять. Прям-таки угомона на неё не наберёшься: повсюду гремит, бедокурит, того гляди, подворье в щепки разнесёт! Ну, это коли нынче тепло, а коли ещё морозец прижимает, она, Маремьяна-то Кикимора, тоже не дура, не прочь недельку - другую  ещё подрыхнуть.
А если всё ж таки чередит Маремьяна в дому и в хлевах без меры, на то у нашего мужичка ещё с лета спасенье к её неуёмной побудке припасено. Выгнать её, бестию, не выгонишь, запугать – и не пытайся. Что остаётся мужику, чтобы Маремьяна не ввела его хозяйство в разор? Только задобрить!
Приметили люди русские, а может, придумали, что Маремьяна Кикимора лишь учует запах папороти, становится шёлком шёлковая, лаской ласковая. Ну, коли так, уж не поленится хозяйка, накопает кореньев папороти, высушит, и, как только принимается кикимора чередить, словно баба какая скандальная, греметь, визжать, бить посуду да веретёнами, прялками, коклюшками баловать, так узваром из папороти хозяйка тут же всё перемоет да сполоснёт.
Сама-то она, Маремьяна, сказывают, неказистенькая-а, прямо срам смотреть: старушоночка сухонькая. Правда, может и девкой с белым меловым лицом, жуковыми глазищами и длинными чёрными космами обернуться. Даже подумать о такой жуть берёт, а коли -- упаси Господи! – повстречаешь?!
«Какая мать - такие и дети», – ай, зря у нас поговорка имеется? Это я о Маремьяниных шулыканах.
Сколько живёт мужичок на Руси, столько соседствует с Маремьяной Кикиморой. И ничего, как-то договариваются. Летом, к примеру, детишки у речки камушки с дырочками выищут, «кикиморой одноглазым» камушек такой называется; найдут, значит, и скорее к мамке: в птичнике повесить оберег этот от Маремьяны сгодится.

*
А вообще-то много ей чести, Маремьяне-то Кикиморе, чтобы о ней столько толковать. Нынче есть о чём другом побеседовать. Да хоть о том, что, поскольку христианские традиции на Руси теснейшим образом испоконь переплетались с пережитками язычества, то в первый день весны отдавали поклоны и славянскому солнечному божеству Яриле. В честь его устраивались празднества девичьи «Ярилины корогоды», гулялись весенние свадьбы.
В средневековой Руси март, а с ним и весна,  и новый календарный год, начинались Ярилиными днями. «Ярило вздел зиму на вилы», -- так говаривали у нас в старину. Солнце с этой поры начинает щедро одаривать своей энергией для пробуждения и роста всё живое, недаром же предки наши считали Ярилу богом плодородия, от Ярилы земля нагревалась – «ярилась».
По народному календарю именно 1 марта Ярило «отмыкает», то есть оплодотворяет мать сыру-землю и выпускает росу, от чего начинается бурное таяние снегов и рост трав. Конечно, такому важному времени в жизни крестьянства был посвящён и обряд. Он так и назывался --  «Отмыкание земли. Зарод».

*
Ярила у славян известен, как бог удали и страсти, а вот богиней весны на Руси исстари была его сестра Жива. Правда,  объявившись вместе с братом в Ярилин день, она уходила до поры до времени в небесные чертоги. И возвращалась на землю чуть позже, когда пускались в зелень луга и поля, когда все птицы уже вернулись из дальних странствий и могли приветствовать Живу и её подруг Живиц радостным пением.
Много детей было в божественном их семействе. К примеру, была у Ярилы и Живицы ещё одна сестра. И звали её Кострома или Матерь Колосьев, потому как пращуры наши считали её богиней плодородия.
Может, потому что она является старшей сестрицей, век её -- всего ничего – от начала сева и до той поры, как отпылят-отцветут и заколосятся ржаные поля. Провожая Кострому, сжигали всем миром соломенное чучело, угощались караваем, и устраивали весёлый праздник, порой, (зажмурься, прошу Тебя, Господи!) с не всегда пристойными игрищами. Так сам бог Ярило, по разумению предков, тот обычай, обеспечивавший земле вечное процветание и плодородие, благословил.
 
*
И праздники эти вешние, и Масленица ещё впереди. Только-только начал опадать, уплотняться под Ярилиными лучами снег, да лише запередзынькали под стрехой неумолчные капели, -- вышли прогуляться по тёплушку, под Ярилины лучи «тяжёлые», чтобы подпитаться силушкой выносить младенчика, да чтобы он народился крепеньким и здоровым. А бабкам-повитухам нынче не забыть бы растопить в печи полуденный снег, умыться им, вымыть руки, а лучше того – искупаться, чтобы чистой принимать новорожденных.
Не гляди, что Ярило к полудню эвон как распаляется. За ночь может ещё и снежку свеженького подбросить. Матери, бывало, коли так случалось, посылали детишек размести тропинку к реке и колодцу. Суеверные пращурки наши думали, что этот обряд принесёт неминучее счастье в дом, а ребятишек одарит здоровьем на весь год.