Сетевой маркетинг

Она села в мой автомобиль, и я удивлённо посмотрел на неё.
- Что-то не так? – спросила она.
- Я не таксист, - было моим ответом.
- Я понимаю. У меня нет денег, поэтому я не села в такси.
- Может, на автобусе? – предложил я.
- Я не знаю города. Помогите мне.


Моя нечаянная попутчица занималась сетевым маркетингом. Она казалась мне ослепительно красивой, и я непроизвольно отводил глаза, стараясь не смотреть на неё. Меня ранили гармоничные черты её лица. Пока мы ехали, она рассказывала мне о своём бизнесе и о своих успехах. Я предложил ей шоколадку. Как и все сетевики, она жила в постоянной нищете и в обманчиво сладких мечтах.


- Ты напомнила мне Дуремара, - сказал я, выслушав её бред. - Он так же точно любил деньги, он продавал свои пиявки так же, как ты свои кремы и гели. Только он не знал, что такое сетевой маркетинг, я думаю. Хотя кто знает, может, просто в сказке об этом ничего не говорилось.
- А кто тогда ты? - обиженно спросила она. – Карабас Барабас?


Я улыбнулся и потрогал свою бороду. А ведь действительно. Борода. Как у него. Я очень реалистично представил себе, как он создавал своих кукол, как он думал над их характерами, как он воплощал в них свои мечты, как он убивал их, одарённый и талантливый, независимый и одинокий, молодой Карабас Барабас. Он, наверное, очень любил детей, а его кукольный театр имел бешеный успех. И он радовался, создавая всё новых и новых героев, и всё время оставался один, у него не было собеседника, а борода росла и росла. И он стал мучить своих героев. И герои принесли ему славу, и они принесли ему деньги, много денег. И он шептал: «Ещё, ещё! Я хочу ещё!». Они плакали, а он хотел большего. Больше, чем они могли дать. Как они все несчастны, сказочные злодеи. Но вслух этого я уже говорить не стал…


Она пришла ко мне вечером и, выразительно вздохнув, бросила свою сумку прямо в постель.
- Всё, - сказала она. - Мне всё надоело. Я буду жить с тобой.
Я молчал. Я не строил иллюзий. По-видимому, сетевой маркетинг не всегда приносит прибыль.
- Да. Можешь считать меня сумасшедшей, но больше я от тебя не отойду ни на шаг. Я, только я всегда буду рядом.
Я протянул ей нож и недочищенную картошку…


Она обнимала меня во сне всю ночь. Я проснулся утром и попытался встать.
- Куда ты, мой ангел, - прошептала она сквозь сон, ещё крепче обняв меня. - Нет. Не уходи.
Светало. Она спала, пока я размышлял о сущности человеческих переживаний. Я смог дотянуться левой рукой до тумбочки и взял книжку, которую начал читать вчера.


- Ты меня любишь? - было её вопросом, когда она проснулась.
- Да, - эхом откликнулся я.
- Правда?
- Правда, моя нежная, честная правда. - сказал я, скрестив средний и указательный палец на правой руке.
- Мне нравится просыпаться в сказке, - улыбнулась она. - Я хочу быть среди твоих героев.
- Пусть так и будет, - улыбнулся я ей в ответ…


Мне было тепло и хорошо, я рассказывал ей историю за историей, а она слушала меня так, словно все они были про неё, словно она сама шагала из реальности в реальность, словно от неё зависело счастье моих героев…


- Не знаю, всё ли я понимаю, - сказал я ей. - Не знаю, всё ли я понимаю так, как понимаешь ты, не знаю, в разных ли мы реальностях обитаем или это всё одна и та же у нас обоих, но мне хочется представлять себя рядом с тобой могущественным волшебником, тем, который может всё, может и не во всех реальностях, но хотя бы здесь, там, где есть ты.
Она потянулась ко мне губами, и я не стал уклоняться от поцелуя…


- Дай мне ещё денег, - сказала она. - На мелкие расходы. У меня уже закончились.
- Кто же из нас занимается бизнесом? - пошутил я.
- Но я же твоя девушка.
- Ты сегодня что-нибудь ела?
- Нет.
И мы поехали обедать в кафе…


Я вернулся домой, было уже поздно. Одиночество ждало меня чёрными провалами окон и холодной постелью. Сетевой маркетинг потребовал неожиданных вложений и отправился в странствие, - понял я, обнаружив ещё и полное отсутствие наличных денег в квартире. Я упал в постель и уснул, не раздеваясь.


Мне снилась Лорента. Она уговаривала меня вернуться. Вернуться обратно, на тёплую и надёжную книжную полку, в мир книжных сущностей и заведомо верных правил, где причины определяют следствия, а нежность вознаграждается взаимностью.
- Удивительно, - объясняла она мне, - как за твоей нежностью, мягкостью и добротой гармонично встроена жестокость.
- Нет, нет, - оправдывался я, - я не хочу быть жестоким.
Страшные чудовища рычали повсюду, прерывая наш разговор, и я знал, что нам никуда не деться от них