Как царь стал мучеником

Счастье завоевывается и вырабатывается,
 а не получается в готовом виде из рук благодетеля.
Писарев.

3 января 1905 года объявили забастовку  путиловцы. К путиловцам стали присоединяться и другие предприятия,  и численнов  участников  стачки количество бастующих выросло с 12 до 150 тысяч.  Каковы же были требования рабочих?  Введение 8-часового рабочего дня, установление минимума заработной платы, отмену сверхурочных и штрафов, введение государственного страхования. Попытки настоятеля церкви Святого Благоверного князя Михаила Черниговского при Санкт-Петербургской  пересылке  Георгия Гапона, столковаться полюбовно  не увенчались. Министр финансов Владимир Коковцев, к которому обратились за содействием  доверчивые рабочие, осудил их . Тогда  Гапон отчаялся  обратиться непосредственно к царю. Только он не учёл, что царь был трусоват и нерешителен, не умел принимать решения и всё надеялся, что неприятность рассосётся  сама собой.



Слабый царь – беда России. 1 января 1905 года  царь-мученик Николай Второй записал в дневнике: «Да поможет России Бог!» И, действительно, предстательство Божье вскоре понадобилось. Причём не только бунтовщикам, певшим: «Мы сами копали могилу свою». Иногда могилы приходится копать и царствующим особам. 

Ни государственные, ни либеральные издания-вещания не вспомнили в этом году про «кровавое воскресение»  С точки зрения гостей и хозяев, к примеру, приснопамятной свободной, хотя и не от либеральных предрассудков, вещалки  «Эхо Москвы», готовых за подённую оплату лобызать даже туалетную бумагу  Влиятельных Людей, 9 января – это «несчастный случай». Оказывается, «вооружённые люди шли к дворцу». И стрелять, и рубить шашками войска начали только после того, как из толпы прозвучали выстрелы японских наймитов, желавших подорвать тыл в то время, когда   Русские войска победоносно отступали. На самом деле, эти люди были вооружены только ликами государя-императора и святых.

Ничто так не укрепляет веру в бога, как стрельба по иконам. Залпами. Если от чужих стрелков лики предохраняют, то своим помогают увеличить кучность стрельбы.
Ну, и далее: Ленский расстрел – всего лишь  «превышение полномочий». Царь «отрёкся мистически» и т.д..

Кроме образов и ликов царя-батюшки смутьяны несли и челобитную: «Первая наша просьба была, чтобы наши хозяева вместе с нами обсудили наши нужды.… увеличить чернорабочим и женщинам плату за их труд до одного рубля в день». Целый РУПЬ!!!!? Ишь чего захотели! Да уважающий себя капиталист за рупь сам  удавится и кого хошь удавит!!

И сегодня  появляются деятели, которые  вздыхают по временам, когда рабочие дрались за право работать в таких условиях  --  прибыль же увеличивается! А сдохнут – так из деревни свеженькие подвалят: в семьях-то по 10 детей было – трать народ, сколько душе угодно!

Благодаря этому Россия, которую потерял Станислав Говорухин, « процветала» и «стремительно развивалась».

Восхваление времён самодержавие дошло до того, что даже наиболее оголтелых певцов естественного отбора начал пугать звериный оскал  российского капитализма, олицетворяемый воротилой Прохоровым. Причём речь тут идёт не про его взгляд голодного волка, отпугнувший избирателей, а о его предложении упразднить Трудовой кодекс, догнав – не европейский уровень зарплаты, естественно,- а рабочую неделю до 70 часов, а рабочий день – до 12 часов. Без выходных.  Ибо «отзывается о мужике, что “в ем только тогда и прок будет, коли ежели его с утра до ночи на работе морить»./Салтыков-Щедрин/. И тогда«смягчатся нравы, укротится людская дикость, исчезнут расхитители, процветут науки и искусства и даже начнут родиться «буйные» хлеба».

Челобитная заканчивается словами: «А не повелишь, не отзовешься на нашу мольбу, мы умрем здесь, на этой площади, перед твоим дворцом».

Жизнь за царя!

И многим, действительно, пришлось умереть как на Дворцовой площади, так и в других местах. Вот что пишет об этом очевидец -- офицер Императорского Генерального штаба Никольский Е.А.:


«Жил я на Петербургской стороне. Когда я утром шел в штаб через Дворцовый мост и проходил мимо Зимнего дворца, то видел, что к Дворцовой площади со всех сторон направлялись части гвардейской кавалерии, пехоты и артиллерии.
Далее мной излагается то, что я наблюдал из окна здания Главного штаба.

Очень скоро почти вся площадь наполнилась войсками. Впереди стояли кавалергарды и кирасиры. Около двенадцати часов дня в Александровском саду появились отдельные люди, потом довольно быстро сад начал наполняться толпами мужчин, женщин и подростков. Появились отдельные группы со стороны Дворцового моста. Когда народ приблизился к решетке Александровского сада, то из глубины площади, проходя площадь беглым шагом, появилась пехота.

Выстроившись развернутым фронтом к Александровскому саду, после троекратного предупреждения горнами об открытии огня пехота начала стрельбу залпами по массам людей, наполнявших сад. Толпы отхлынули назад, оставляя на снегу много раненых и убитых».

Обратим  внимание на три предупреждения горна, после которых согласно уставу войска открывают огонь. Россказни о выстрелах со стороны толпы – это просто наглый подлый вздор, выдуманный холуями. Смотри, что произошло дальше:

«Выступила и кавалерия отдельными отрядами. Часть из них поскакала к Дворцовому мосту, а часть — через площадь к Невскому проспекту, к Гороховой улице, рубя шашками всех встречавшихся» Которые были, естественно, безоружными..

Я решил уйти из штаба не через Дворцовый мост, а попытаться как-нибудь скорее выйти через арку Главного штаба на Морской улице до какой-нибудь боковой и далее окружным путем пройти на Петербургскую сторону. Вышел черным ходом через ворота, прямо выходящие на Морскую улицу. Далее — до угла последней и Невского. Там я увидел роту лейб-гвардии Семеновского полка, впереди которой шел полковник Риман.

Я задержался на углу, пока рота пересекла Морскую, направляясь к Полицейскому мосту. Заинтересованный, я шел по Невскому проспекту непосредственно вслед за ротой. Около моста по команде Римана рота разделилась на три части — на полуроту и два взвода. Полурота остановилась посредине моста. Один взвод встал справа от Невского, а другой — слева, фронтами вдоль реки Мойки.

Некоторое время рота стояла в бездействии. Но вот на Невском проспекте и по обеим сторонам реки Мойки стали появляться группы людей — мужчин и женщин. Подождав, чтобы их собралось больше, полковник Риман, стоя в центре роты, не сделав никакого предупреждения, как это было установлено уставом, скомандовал:

— Прямо по толпам стрельба залпами!

После этой команды каждый офицер своей части повторил команду Римана. Солдаты взяли изготовку, затем по команде «Взвод» приложили винтовки к плечу, и по команде «Пли» раздались залпы, которые были повторены несколько раз. После пальбы по людям, которые были от роты не далее сорока-пятидесяти шагов, оставшиеся в живых бросились опрометью бежать назад. Через минуты две-три Риман отдал команду:

— Прямо по бегущим пальба пачками!

Начался беспорядочный беглый огонь, и многие, успевшие отбежать шагов на триста-четыреста, падали под выстрелами. Огонь продолжался минуты три-четыре, после чего горнист сыграл прекращение огня.

Я подошел поближе к Риману и стал на него смотреть долго, внимательно — его лицо и взгляд его глаз показались мне как у сумасшедшего. Лицо все передергивалось в нервной судороге, мгновение, казалось, — он смеется, мгновение — плачет. Глаза смотрели перед собою, и было видно, что они ничего не видят.

Через несколько минут он пришел в себя, вынул платок, снял фуражку и вытер свое потное лицо».

Лицо садиста, добавим от себя.

Наблюдая внимательно за Риманом, я не заметил, откуда в это время появился хорошо одетый человек. Приподняв шляпу левою рукою, подошел к Риману и в очень вежливой форме попросил его разрешения пройти к Александровскому саду, выражая надежду, что около Гороховой он, может быть, найдет извозчика, чтобы поехать к доктору. Причем он показал на свою правую руку около плеча, из разодранного рукава которой сочилась кровь и падала в снег.

Риман сначала его слушал, как бы не понимая, но потом, спрятав в карман платок, выхватил из кобуры револьвер. Ударив им в лицо стоявшего перед ним человека, он произнес площадное ругательство и прокричал:

— Иди куда хочешь, хоть к черту!

Когда этот человек отошел от Римана, то я увидел, что все его лицо было в крови.

Подождав еще немного, я подошел к Риману и спросил его:

— Полковник, будете ли вы еще стрелять? Спрашиваю вас потому, что мне надо идти по набережной Мойки к Певческому мосту.

— Разве вы не видите, что мне больше не по кому стрелять, вся эта сволочь струсила и разбежалась, — был ответ Римана».

Здесь бы следовало уточнить: «Храброго человека Римана». И ещё порядочного, потому что в отличие от 1993  не стал добивать раненого.

«Я свернул вдоль Мойки, но у первых же ворот налево передо мною лежал дворник с бляхой на груди, недалеко от него — женщина, державшая за руку девочку. Все трое были мертвы. На небольшом пространстве вшагов десять-двенадцать я насчитал девять трупов. И далее мне попадались убитые и раненые. Видя меня, раненые протягивали руки и просили помощи.

Я вернулся назад к Риману и сказал ему о необходимости немедленно вызвать помощь. Он мне на это ответил:

— Идите своей дорогой. Не ваше дело.

Идти по Мойке я был больше не в силах, а потому пошел назад по Морской, зашел опять с черного хода в штаб, оттуда позвонил по телефону в управление градоначальника. Я попросил соединить меня с кабинетом градоначальника. Дежурный чиновник ответил, что его нет, но есть его помощник.

— Соедините, пожалуйста, с помощником. Я говорю из Главного штаба.

— Кто говорит? — спросил меня помощник градоначальника.

— Капитан Никольский из Главного штаба. Я сейчас был у Полицейского моста, там много раненых. Необходима немедленная медицинская помощь.

— Хорошо. Распоряжение сейчас будет сделано, — был его ответ.

Решил идти домой через Дворцовый мост. Подходя к Александровскому саду, увидел, что сад полон ранеными и убитыми. У меня не хватило сил идти вдоль сада к Дворцовому мосту. Перейдя площадь между войсками, я пошел мимо Зимнего дворца налево, по Миллионной улице, по Набережной реки Невы и через Литейный мост пробрался к себе домой. Все улицы были пустынны, я никого по пути не встретил. Огромный город, казалось, вымер». Словно в день вступления на должность Владимира Владимировича.

Как видим, никаких россказней о большевиках, первыми стрелявших в воинов, чтобы вызвать ответный огонь и мировую революцию, в   воспоминаниях не холуйствующего, уравновешенного очевидца нет. Царь, который всегда за народ, кстати, вскоре принял  нескольких наиболее покладистых рабочих, чего не догадался сделать ранее, угостил их чаем с плюшками и даровал  прощение за бунт, а также выделил подачку семьям убитых и потребовал отнестись с пониманием.

В 1917 году жандармский генерал Спиридович  с тоской вздыхал: «К несчастью для России при начале второй революции у нас не было Дурново и Трепова, не было Дедюлина с Герасимовым, не было Минов и Риманов». Чтобы расстреливать безоружных, вся вина которых состоит в том, что они хотят по-человечески жить. Без угрызений совести это могут делать только полные подонки вроде Римана, а  оправдывать – проститутки вроде Старикова,  эхомосковских говорунов и всякого рода Соломонычей.

Жандармский генерал и сам признаёт:  «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки/выделено нами/, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата. Смущены бывают и офицеры, а отсюда и стрельба вверх и пальба холостыми залпами».

А что же там было написано в этой челобитной?


«Нас поработили, и поработили под покровительством твоих чиновников, с их помощью, при их содействии. Всякого из нас, кто осмелится поднять голос в защиту интересов рабочего класса и народа, бросают в тюрьму, отправляют в ссылку. Карают, как за преступление, за доброе сердце, за отзывчивую душу. Пожалеть забитого, бесправного, измученного человека — значит совершить тяжкое преступление.

Весь народ рабочий и крестьяне отданы на произвол чиновничьего правительства, состоящего из казнокрадов и грабителей, совершенно не только не заботящегося об интересах народа, но попирающих эти интересы. Чиновничье правительство довело страну до полного разорения, навлекло на нее позорную войну и все дальше и дальше ведет Россию к гибели. Мы, рабочие и народ, не имеем никакого голоса в расходовании взимаемых с нас огромных поборов. Мы даже не знаем, куда и на что деньги, собираемые с обнищавшего народа, уходят. Народ лишен возможности выражать свои желания, требования, участвовать в установлении налогов и расходовании их. Рабочие лишены возможности организоваться в союзы для защиты своих интересов».

А отсюда вывод:
«Необходимы:
I. Меры против невежества и бесправия русского народа.
1) Немедленное освобождение и возвращение всех пострадавших за политические и религиозные убеждения, за стачки и крестьянские беспорядки.
2) Немедленное объявление свободы и неприкосновенности личности, свободы слова, печати, свободы собраний, свободы совести в деле религии.
3) Общее и обязательное народное образование на государственный счет.
4) Ответственность министров перед народом и гарантия законности правления.
5) Равенство пред законом всех без исключения.
6) Отделение церкви от государства».

Но кто же откажется от невежества и бесправия, если это помогает управлять? Для этого церковь и сливается вновь с государством, а мечты о всеобщем образовании так и остались мечтами в добольшевицкой России.

«II. Меры против нищеты народной.
1) Отмена косвенных налогов и замена их прогрессивным подоходным налогом.
Не сделано до чих пор: миллионер и нищий платят  одинаковый «плоский» налог.

2) Отмена выкупных платежей.
Случилась только после восстания народного.

3) Исполнение заказов военного и морского ведомства должно быть в России, а не за границей.

 Тут трудно удержаться, чтобы не отметить, насколько народ бывает умнее своих правителей. В 2012 году появились сведения  о закупке в Италии    броневичков  Centauro с 105-мм или 120-мм орудием. Тогдашний министр обороны  Сердюков  собирался их не производить, а  именно закупать. Представьте теперь, что было бы, если бы он их закупил. Запчасти итальянцы откажутся поставлять – и отправляй броневички на переплавку.

А ещё Сердюков собирался закупить десантные корабли «Мистраль» по миллиарду евро за каждый. А руководящие дураки вопили: «Мы должны поддержать промышленность Франции!!!» Своих у нас как-то поддерживать не принято.  Слава Богу, французы в последний день отказались продавать.  Видать, ещё тогда готовились делить Россию.

Кстати, яхты наших сверхбогачей, на которые уходит средств больше, чем на военное мореплаванье, тоже бы не мешало строить в России.

III. Меры против гнета капитала над трудом.
4) 8-часовой рабочий день и нормировка сверхурочных работ.
5) Свобода борьбы труда с капиталом — немедленно.
6) Нормальная заработная плата — немедленно.

И тут настолько всё современно, что остаётся только добавить: 8-часовой рабочий день сумели ввести только большевики.  Потому и обращались рабочие к царю за защитой «от наглой эксплоатации капиталистов и грабящего и душащего народ чиновничьего правительства». Что так же достаточно злободневно.

***

В 2012 году решением Самого славный своими подвигами – в том числе подавлением Московского восстания -- Семёновский полк был восстановлен. Отличительным знаком Семёновского полка были  Красные чулки (не путать с красными революционными шароварами!). Они были выданы семёновцам, сражавшимся под Нарвой  по колено в крови.  Своей, обратите внимание. В 1700 году Карл, имевший 18 тысяч войска, украл не только кораллы у Клары, но и победу у Петра, имевшего 35 тысяч, под Нарвой. Как истинно великий полководец, Пётр драпанул за два дня до сражения.

Сегодня о чулках забыли, а зря – опять может понадобиться стоять по колено в крови. На этот раз соотечественников. Ведь Семёновский полк сначала вызвал восстание в Москве, а потом его успешно подавил.Вообще-то полков, прославившихся в боях, в российских вооружённых силах было много. Но не каждый из них так успешно расстреливал безоружных сограждан.

Конечно, если по сущей совести, то было бы достаточно просто стрельнуть поверх голов – народишко-то и разбежался бы. А ведь стреляли в упор и на поражение. А потом ещё конница рубила бегущих врагов государства стараясь истребить как можно больше. Среди убитых кроме дворников и матерей с детьми были какие-то гимназистки румяные  и прочие не относящиеся к шествию люди. Вот так-то разгонялись недозволенные собрания. Нынче народишко по этой части избаловался: выходят толпами на т.н. «прогулку» «голубей кормить», а потом возмущаются, что по их головам гуляет обувка на твёрдой военизированной подошве. На такой прогулке легко насморк подцепить.

А вы думали, просто так  государство российское  2 млрд. рублей убухало на вооружение Росгвардии средствами подавления бунтов и мятежей. Хотя это новосозданное учреждение и без того лихо крутит руки и ломает ноги недовольным. Лучше быть колченогим, чем красным!

Не отстаёт и полиция. По каковой причине меч на одёжке полицаев напоминает бутылку из-под шампанского, засунутой полицейскими  в зад сторонника Ельцина. Который, естественно, радовался расстрелу Белого Дома и думал, что до него дело не дойдёт. Как выразился другой поклонник Ельцина с вещалки «Эхо Москвы»,  Плющев, «человек с хорошим лицом», похожим на лепёшку, забытую рассеянной коровой на весеннем лугу,  «жизнь то одной стороной поворачивается, то другой». Наши либеральные говоруны крепки  задним числом, задним умом и задней частью тела.

Странно, вроде и пенсионный возраст повысили, и налоги увеличили, а россияне все нищают и нищают. И вымирают. А ведь государство делает всё для сохранения их здоровья. Вот в   селе Харагун Забайкальского края в рамках «оптимизации» закрыли местную больницу. Жители возроптали. Тогда к ним приехала главарь Минздрава  края  и честно объяснила:  у вас  нет гипермаркета, потому что нерентабельно. И больницу держать нерентабельно.  Ведь мест-то в больничке было --вы токмо не пугайтесь– целых  восемь! Сущее разорение государству!!Словом, денег нет, но вы лечитесь. Хотя теперь, чтобы лечь в больницу, надо ехать за 60 верст в  уездный город  с романтическим названием Хилок.



Уже и сверхбогачи застонали. Но не потому, что доели последнюю корку хлеба. Уровень доходов российских граждан настолько низок, что добиться с ним существенного роста ВВП невозможно. Об этом плакался изданию Forbes  миллиардер Араз Агаларов, т.е. человек не из тех, кто лежит пузом вверх в ожидании манны небесной. Нищета народа не позволяет наращивать производство, потому что произведенные товары некому покупать.

В международном раскладе уровня жизни населения наша ядерно-сырьевая сверхдержавазанимает почетное 76-е место, сразу за государством   Кабо-Верде (Острова Зеленого Мыса), которое в Африке. Зато по количеству миллиардеров мы в первой пятёрке! Причём доходы  российских миллиардеров за  2019 год увеличились на  53 миллиарда долларов.К сожалению, процветают не самые трудолюбивые. Любопытно, что в то же самое время  привозной газ в баллонах в сёлах Пензенской области подорожал с 350 рублей до 908 рублей. Надо же как-то убытки покрывать от всех этих южных и северных Потоков.

И доходы государства сокращаются. Начальников стало беспокоить, что на всю ораву не хватит,  и они попытались бюрократов подсократить. Итог получится предсказуемый, точнее предсказанный ещё Потёмкиным: поскольку  сами  бюрократы и будут этим заниматься, то получится как всегда: вместо сокращения  наметилось увеличение. Пока числа департаментов Совета Министров на 7 единиц.

Тем временем народ выживает, как может. «Мне наплевать на бронзы многопудье!» -- воскликнул начальник эскадренного миноносца «Беспокойный» и спёр два бронзовых гребных винта весом в 13 тонн. Беспокоится человек за своё будущее в отставке.
Любопытно, кто первый сумеет стырить ВЕСЬ боевой корабль? Ждём развития событий!

Повторение  пройденного

Ну, расстреляли  народишко, сочтя  сгоряча за бунт – так давайте  сделаем выводы и впредь повторять такого не будем. Ан, нет!

Вот вам погром в Томском театре  2 ноября (20 октября) 1905 года. Сборище в здании театра, как и шествие 9 января, было разрешено.   Там поспешили воспользоваться дарованной царём-батюшкой свободой собраний. А,  как известно, поспешишь – людей насмешишь. Пришло до 3 тысяч человек.  Естественно, что на них напали черносотенцы. Чтоб не кричали: «Долой самодержавие!»

После этого часть собравшихся  укрылась в соседнем здании управления Сибирской железной дороги. Черносотенцы,  естественно,  подожгли оба здания, причём второе --  ещё и вместе со служащими железной  дороги.

. Пожарных толпа погромщиков  к огню   не подпустила, для  верности  перерубив  восемь пожарных рукавов. Тех, кто пытался выбраться из бушующего пламени, добивали топорами, баграми, стреляли в них.  Причём  все это происходило «в присутствии  нижних чинов полиции».  Особенно следует отметить, что рассвирепевшая  толпа  страшно уродовала несчастных  и – вот она, вся суть погромщиков! --  грабила свежеубиенных,  «раздевая их донага». Чё ж добру-то пропадать! Примерно так же вели себя те, кто в 1941  очищал мир от евреев. 

Верные присяги солдаты расстреливали спасавшихся на крыше. Пожарный С. Жилин рассказывал позднее: «А во дворе фотографии Яковлева одного студента казаки поймали и у живого отрезали язык за то, что он стал их просить, чтобы его оставили живого».

Ну, прям  как в Москве в 1993! Или в Одесском Доме профсоюзов. И опять прогнившая власть набирает в союзники подонков общества. Только нынче они не забивают гвоздей в головы евреям,  потому что евреи нынче руководят  изуверствами,  одновременно стараясь перегрызть  друг другу глотку в борьбе за право грабить Украину в особо крупном  размере.