Про якобы бездарную Наталью Варлей и великого Стан

  Про плохих актёров (актрис) и великого Станиславского.
  Посмотрел я на youtube какую-то хрень про якобы бездарных со-
ветских актрис, пользовавшихся большой популярностью. Ни фига эти
актрисы не умели перевоплощаться по Станиславскому, а не понимав-
шая этого доверчивая публика не слушала знатоков и ломила на ки-
но, в котором бездари снимались.
  Фильмец был явно сделан с участием "искусственного идиота"
(ИИ), и меня позабавило, что "искусственный идиот" нёс типичную
интеллигентскую галиматью, падла, как будто без него нам мало
дурачьей "подлинной интеллигентности", отравлящей общество.
  Задолбали некоторые своим "перевоплощением", тем более таковым
"по Станиславскому", как будто не по станиславскому оно какое-то
другое.
  БОЛЬШИНСТВО популярных актёров не перевоплощается, по сути даже
не гримируется (если их можно легко узнать, это не грим) и играет
более-менее САМИХ СЕБЯ. Многие из них таки СПОСОБНЫ перевоплощать-
ся, но это, как правило, не требуется. Зрители хотят видеть люби-
мых актёров с их характерными манерами и интонациями, характерной
мимикой, характерной моторикой. Разумеется, с лёгким добавлением
актёрской игры, которая в основном лишь делает более выразительны-
ми натуральные особенности этих людей, является эквивалентом не
грима, а макияжа.
  Я и до "искусственного идиота" читывал, к примеру, что Наталья
Варлей якобы была плохой актрисой. А хорошая актриса у псевдозна-
токов -- это, к примеру, Фаина Раневская. Ну так что ж Раневская
не перевоплотилась в "кавказскую пленницу", а потребовалась Вар-
лей? Чей-то удел -- перевоплощаться, чей-то -- демонстрировать
натурального себя, родившегося с выигрышным набором качеств.
  Если у тебя особо эффектный набор внешних качеств, ты перево-
площениями только замажешь его, испортишь себя внешне.
  Ой, разумеется, перевоплощение иногда важно. Скажем, отыскать
на роль Ленина человека, который похож на Ленина и внешностью, и
тембром голоса, и дикцией, и моторикой, и даже ростом, -- это
практически невозможно, так что придётся [гримировать Раневскую]
идти на хитрости. Но ведь в отношении большинства экранных и сце-
нических героев есть высокая степень свободы.
  Героиню Натальи Варлей озвучивала в "Кавказской пленнице" дру-
гая актриса, а пела ещё одна, потому что та другая вокала не по-
тянула. И ЧТО ИЗ ТОГО?! Кино это ведь -- в общем-то не про На-
талью Варлей. Режиссёр (Леонид Гайдай) взял лучшее от нескольких
актрис, потому что ему не удалось отыскать актрису (может, такая
и не появлялась на свет!), в которой совмещалось бы нужное ему
всё.
  Заметим, что ЛЮБОЙ, даже самый симпатичный актёр выступает на
сцене и на экране в не совсем натуральном виде: как-то причёсыва-
ется, пудрится (чтобы не было бликов света на коже), может что-то
на себе замазать или слегка подрисовать и т. д. (кстати, Алексан-
дру Демьяненко для роли Шурика осветлили волосы). Да что актёр --
почти любой человек перед появлением на людях хоть как-то под-
правляется, особенно женщина. Использование чужого экранного го-
лоса -- в одном ряду с макияжем, сменой причёски [и вставкой зуб-
ных протезов].
  Так что окститесь, псевдознатоки.
  Далее, Леониду Гайдаю якобы приходилось многовато руководить
Натальей Варлей на съёмочной площадке, ай-ой. Уставал он от это-
го, было трудно работать. Вот только если бы Наталья Варлей взя-
лась руководить Гайдаем (навязывать свои варианты), ему опять же
было бы... трудно работать. Разумеется, всякий режиссёр хочет,
чтобы актёры угадывали его замыслы, а то даже и думали за него,
но в его манере.
  Также учтём, что Гайдай 1) был более опытным, 2) смотрел на
Варлей со стороны (оттуда нередко виднее), 3) был худо-бедно муж-
чиной (лучше Натальи знал, какие вещи в женщине шибают мужчинам
по мозгам).
  Главное: если бы у Натальи Варлей не было мощного ЕСТЕСТВЕННОГО
шарма, Гайдай бы её и не выбрал.
  Экранная героиня, представляющая в основном Наталью Варлей, по-
лучилась в "Кавказской пленнице" потрясающей. Гайдай обошёлся с
"материалом" про-мастерски: показал и эффектнейшую фигуру Натальи
и её эффектнейшее молодое лицо. К примеру, в "Вие", по-своему ге-
ниальном фильме, такое уже не получилось. Там от Натальи ни фигу-
ры, ни хотя бы лица: всё вскользь, так что эту актрису даже и не
узнать.
  Наталью Варлей советский кинематограф, можно сказать, ПРОФУКАЛ:
"Кавказская пленница" -- единственный фильм, в котором удаётся её
РАССМОТРЕТЬ. А ведь выигрышная специфика внешности нередко дер-
жится у актёра не очень долго: лет, может, 10-20, а потом лицо
становится заурядным, хотя симпатичность и сохраняется.
  Почему случился профук актрисы Варлей, редкостно одарённой по
части внешности, -- вопрос интересный. Если её "бездарность" не
помешала Гайдаю сделать шедевральный фильм, своей шедевральностью
обязанный в значительной степени Наталье, вполне могли бы полу-
читься ещё 3-5 блистательных фильмов с нею на очень переднем пла-
не (пусть и с озвучкой другими актрисами), а потом бы она, ладно,
уступила место другим красоткам, чтобы не приедаться.
  Узнаваемых актрис-красоток имелось в СССР немало [аж голова
кружится]. А вот фильмов, в которых эти актрисы были бы довольно
детально просматриваемы с разных сторон, -- мизер. А если с ка-
чеством показа, сопоставимым с тем, что у Гайдая для Натальи Вар-
лей, так и того меньше. Лично я сходу припоминаю только "Семь
стариков и одна девушка" (1968) со светланой Савёловой, "А зори
здесь тихие" (1972) с Ольгой Остроумовой, "Экипаж" (1979) с Алек-
сандрой Яковлевой, "Человек с бульвара капуцинов" (1987) с нею
же, "Будьте моим мужем" (1981) с Еленой Прокловой и появившуюся
под занавес (1990) "Ловушку для одиногого мужчины" с Ириной Шме-
лёвой -- тоже бездарно профуканной (уж она-то играть роли навер-
няка умела, но ей это не помогло, так что отнюдь не в перевопло-
щабельности было дело). На этом поприще вызова Западу не бросили
(а ведь это было бы эффектнее и полезнее, чем, скажем, дурацкая
возня с шахматами).
  Если подумать, то в СССР лучше всех показывал красоток, навер-
ное, Леонид Гайдай: вспомним вдобавок его "Операцию 'Ы'" (1965)
и "Иван Васильевич меняет профессию" (1973) с Натальей Селезнё-
вой и "Спортлото 82" (1982) со Светланой Амановой. Но это был
мизер.
  Причина профука экранных красоток -- не в том, что партия была
против стриптиза (кстати, у Гайдая он не больше пляжного); не в
том, что фильмов снималось маловато и все примечательные красотки
на экран не помещались; и даже не в том, что красотки были кап-
ризные, хотели представлять себя и не освоили перевоплощения по
Станиславскому, а в том, режиссёрско-руководящая среда в советс-
ком кинематографе в основном заполнялась интеллигентскими цепкими
бездарями, которые даже показать на экране красивую женщину тол-
ком не умели или не желали [педерасты].
  У красоток не ладилось с режиссёрами частью не из-за того, что
красотки ставили на свою внешность и ленились -- или были мало спо-
собны -- перевоплощаться, а из-за того, что режиссёры к красоткам
липли, но получали отказ. Режиссёры ведь зачастую если не педерас-
ты, так курощупы. Рискну предположить, что некоторые из них как
раз и тиснулись в режиссёры отчасти для того, чтобы вымогать ласки
у актрис.
  А ещё коллежанки красивых популярных актрисок наверняка охотно
поддерживали тему разительного неудобства отсутствия у тех дара к
лицедейству.
  В кривом обществе (а советское общество тоже было существенно
кривым, пусть и по-своему) женская красота не столько способствует
успеху, сколько добавляет опасностей. Неумение аккуратно и адекват-
но работать с людьми (в первую очередь с людьми выдающимися) в ас-
пекте их развития и приставления к большим делам -- это и показа-
тель, и, наверное, основная причина ущербности социальной системы.
  В нынешнем обществе культ успеха -- тот ещё, а достаточного по-
нимания феномена успеха нету, из-за чего люди многовато подтравля-
ют жизнь друг дружке и самим себе. Некоторые сильно страдают из-за
того, что сначала успех был, а потом его не стало, многие -- из-за
того, что успеха не было, нет и наверняка не будет. Большое коли-
чество подлецов кормится тем, что продаёт наивным людям рецепты
успеха.