Письмо

Что только не может быть между творческими людьми. Воображение писателя может далеко его увести за границы дозволенного. Тяжкий грех нам быть вместе. Это мы должны прекрасно понимать. Жить все-таки нужно реальностью. На улице сегодня очень холодно. Чувствую себя неважно. Цветы скоро зацветут на подоконнике. Правда, не помню название этих цветов. Так давно они не цвели. Какая красота!
Пишу снова бессмысленные письма. Вот небольшое вступление. Как тебе?
Вечер. Звонок в дверь. А я уже помолилась, готовлюсь ко сну, все дела.… А тут такое. Кто? Молчание. Я открыла дверь.  И увидела его с букетов красных роз.
- Красивые цветы, дорогие.
- Так и ты дорога моему сердцу.
- На время вообще смотришь? Поздно.
- Не спиться. Что мне в гостинице делать. Я же все-таки к тебе приехал.
- Что тебе еще нужно? Может вина налить?
- Можно и вина.
- Наглый, хитрый и очень гордый. Так нельзя.
- Можно, почему нет?
- Я вот думаю, что и креста то на тебе нет. Он подошел ко мне и обнял.
- Если хочешь, проверь.
- Ты не православный. Вот на этом наши дороги и разошлись, понимаешь?
Болезнь меня остановила, возможно, от какого-то неправильного шага. У болезней есть свой срок и согласись, что легче, когда приблизительно знаешь, когда вылечишься. Зачем я все это пишу? Мне бы хотелось, чтоб кто-нибудь находился рядом и поддерживал, хотя бы на этот неизвестный промежуток времени. Возможно, только ты и способен меня понять. И я не унижаюсь. Я просто слишком доверчива. Но все мы вправе ошибаться.
Наступает долгожданный вечер! Если хочешь, можешь прислать мне свои новые стихи или статьи. Я обязательно прочту. В последнее время люблю гулять по вечерам. Огни города освещают темноту, по которой идет не так много людей. Снег серебриться. На него и смотришь. Он так красив. Людей, проходящих мимо, и не замечаешь. А что смотреть то? Все одно и то же из года в год. Раньше, говорят, было веселее, не было безобразия и хамства; уважение было.
Мороз освежает и так дышится легко. Заметила, что стало много недовольных лиц. Люди перестали ценить мелочи жизни. Все упирается в деньги. Зависимость. И уже жизнь не в радость, если нет нужного количества бумажек. Но разве не сам Бог подает нужное? Печально выходит от мира зависеть.
А я вот все думаю и вспоминаю, и радостное, и грустное. И здоровье мое расстроенное. И что теперь унывать? И утешает меня снег, и утешают цветы, и небо, озаряющее солнечным светом. Все будет хорошо. А по-другому и быть не может. Терпения нам не хватает, терпения.
Вот принялась недавно читать духовные книги. На сердце все спокойнее становится. Надежда и вера крепнет. А ты что-нибудь читаешь из этого, может Игнатия Брянчанинова? Или Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе»? А праздник непослушания читал?
Я вот, что еще думаю. Грешу на тебя, осуждаю. А сама-то разве не предатель? Могла бы ей стать. В духовном смысле тоже. Превозносилась, властвовала, упрекала, гордилась. А что может быть хуже гордости. Хотела, чтоб меня любили, а сама-то любила? Желала к себе доброго, верного  отношения, а сама-то добрая и верная? Часто была недовольна своей жизнью. Вот и получила, что хотела. Так мне и надо.
Ну, вот снова идет снег. Пора возвращаться. А ты продолжай писать, пиши. Думаю, у тебя и у меня все будет хорошо. Бог не оставляет своих. Но человек вправе отказаться. Конечно, можешь. Ну, тогда прощай!
П.с. Закрой, пожалуйста, за собой дверь. А то дует. Холодно.