Дедушка

* * *

Неслышно капает вода на асфальт, оставляя за собой неровную полосу. Тележка с бидоном звенит, подпрыгивая на ухабах. Я держу за одну ручку, дедушка — за другую. Он тяжело идёт, шарпая огромными ботинками. Тележку сложно везти, ручка холодная от пролитой на неё колоночной воды, но я улыбаюсь, гордая нашей традицией – всегда ходить вместе за водой. Сосед, сидя на скамейке у дома, замечает, добродушно усмехаясь:

- Помощница какая растет!

_ Даа… - отвечает дедушка.

Пройдя улицу, заворачиваем к калитке и ставим тележку. Дедушка, кряхтя, берёт бидон и заносит его в дом. Я знаю, что дома бабушка уже приготовила огромную зелёную кастрюлю-бак. Сейчас я буду в неё переливать кружкой холодную воду, а дедушка нальёт воды в самодельный рукомойник. Так часто начинается мой день на летних каникулах.

* * *

Каждое лето мама привозит меня и сестру в Смоленск. До пяти где-то моих лет мы прилетали на самолёте. В памяти сохранилась картинка, как мы стоим в аэропорту, а за стеклом на улице встречающий дедушка машет нам рукой. Сохранилась эта детская радость встречи. Потом в Туле закрыли аэропорт, и мы стали ездить поездом. Поезд приезжает к 12 ночи, и от вокзала иногда мы идём пешком до старенького крашеного дома в частном секторе на Покровке. Открываем смазанную калитку и звоним в дверь. Через несколько минут слышны шаги – бабушка спешит к террасе. Далее следуют слёзы и обнимания, а я быстрее прохожу в дом и ищу глазами дедушку.

Ну вот, открывается дверь, и из комнаты выходит дедушка. Я обычно оказываюсь первой рядом с ним. Я очень ждала всегда его объятий, по-мужски крепких. И всегда знала, что у дедушки твёрдая рука и крутой нрав, хотя на первый взгляд и не скажешь.

* * *

Дом, в котором жили бабушка с дедушкой, хоть и старенький, но ещё постоит.

Почти с самого начала войны Смоленск оказался под оккупацией немцев.  В 1943 году город освободили. Сохранилось 7% от всего количества жилых домов. Город поднимали из руин. Повсюду велась стройка. Во время войны и ещё 7 лет после её окончания дедушка служил радистом. В Смоленск он приехал в начале 60-ых  со своим армейским другом смолянином. Потом он перевёз сюда родителей, живших ранее в Козельске, небольшом городе Калужской области.  Вместе с отцом он и построил этот дом.

* * *

-...Леночка, тут ещё намажь, - просит дедушка, и я белю взбитой пеной его вытянутый подбородок. Ещё одна традиция. Сначала в алюминиевом стаканчике старой пожелтевшей кисточкой дедушка взбивает пену для бритья. Потом садится на стул перед большим настольным зеркалом, и я его мажу пеной. А после я смотрю, как он бреется опасной бритвой. Я боюсь шевельнуться, а дедушка смешно поджимает губы и иногда покряхтывает от напряжения. После каждой процедуры бритва тщательно вытирается, заворачивается в промасленную бумагу и убирается в коробку на шкаф. Всегда на своё место.

* * *

Мы с дедушкой сидим в комнате. Тикают часы, качается маятник. В деревянном доме приятно прохладно, несмотря на то, что на улице жара. В окна бьёт солнечный свет. Бревенчатые стены завешаны картинами, картинками и фотографиями из журналов. Каждое лето я нахожу новые. Но всегда на своих неизменных местах огромная по моим меркам в тяжёлой раме картина (копия, конечно) Васнецова «Три богатыря» над комодом, над кроватью тканное панно «Привал охотников», большая пейзажная картина посередине стены, которую подарили бабушке её два двоюродных брата художника, и в рамочке фотография балерины возле часов. Я сижу на низеньком самодельном табурете и перебираю открытки с картинами. Набор с картинами Третьяковской галереи. Тут любимые: Саврасов «Грачи прилетели» и Васнецов "Алёнушка" и "Иван-царевич на Сером Волке". Открытки с картинами Дрезденской галереи с историями сюжетов на оборотной стороне. Больше всего запомнилась "Святая Инесса" Рибера. Тут же в общей стопке самая любимая моя открытка "Заморские гости". Откладываю её в сторону, чтобы потом получше рассмотреть. Именно с неё и с росписи смоленского Терема началось моё знакомство с заворожившим меня, наверное на всю жизнь, творчеством Николая Рериха.

Полдень давно уже прошёл, скоро бабушка откроет тяжёлую дверь и позовёт нас на обед. Мы придём не сразу. Все открытки в сотый раз пересмотрены, но вот дедушка уже достаёт из шкафа и показывает мне свои книги. Два самодельных шкафа под потолок битком набиты, но дедушка всегда знает, где какая книга у него стоит.

Раньше, когда дедушка был молодым, он был завсегдатаем в библиотеке. Но до неё далеко было ехать, и частенько книги возвращались на полки с приличным опозданием. Потом он стал покупать книги. Купит – прочитает, снова идёт покупать. Все книги в шкафах прочитанные. Здесь и русская и зарубежная классика, исторические и детективные романы, специальные книги для любителей рыбалки и охоты, детские книги, которые по одной выдавались мне на прочтение: «Четвертая высота», "Повесть о настоящем человеке", «Динка», «Старая крепость».  Особое место на отдельной полке занимают книги о Ленине.

* * *

Как-то я приехала к бабушке с дедушкой и нашла в сарае двух чистеньких похрюкивающих поросят. До сих пор я помню прикосновения их пятачков к моим рукам. Тёплые, мягкие, ожидающие внимания и еды. Специально для поросят мы ходили за одуванчиками и крапивой. Рвали стрекучие стебли руками в толстых рукавицах. А потом по вечерам в сарае я смотрела, как дедушка в деревянном корыте мелко рубил крапиву двумя резаками. Резаки были очень острые, поэтому мне рубить не позволяли. Я молча наблюдала, крутила тиски или рассматривала другие инструменты. Осенью дедушка написал в письме маме, что один раз поросята сумели открыть свой загон и бегали по всему огороду и всё повытоптали. А зимой нам пришла посылка с салом. Я его не ела.

* * *

...Дедушка ушёл 6 лет назад. Иногда на улице я встречаю старичков, напоминающих мне его. Знаете, у них обтянутое сухой кожей лицо и много мелких смеющихся морщинок вокруг глубоких голубых глаз. И бывает, что они заговаривают со мной, наверное, замечая, как я ими украдкой любуюсь.

Один такой старичок повстречался мне сегодня в стоматологической поликлинике. Он ждал свою карточку, а я сидела одна на скамейке напротив него и ждала своей очереди на приём. Остальные пациенты сидели поодаль. Почти не скрывая, я рассматривала деда, стараясь запомнить. А когда он взглядывал на меня, делала вид, что рассматриваю табличку, висевшую за ним на стене. Он обернулся, убедившись, что сзади ничего интересного нет.

- Боишься? - еле понятно прошамкал он почти беззубым ртом. Глаза смотрели на меня так же, как в детстве. С задоринкой и в то же время с великодушной мудростью, какая бывает иногда у старых людей.

- Немного, — кивнула я.

- Я тоже боюсь, - ещё шире улыбнулся дед всем собой, понимая, что нашёл благодарного собеседника. Почему-то мне кажется, что никто из окружающих не понимал того, что он говорил. И как я его понимала, не могу сказать. Интуитивно.

Он говорил про себя, про то, как ему удалили какой-то зуб, а зря. Он хлопал себя по лбу, как хлопал себя мой дедушка, а я улыбалась и кивала.

Вскоре вышла медсестра и отдала ему карточку. Дед, кряхтя, поднялся и напоследок взглянул на меня:

- Береги зубы, - погрозил он пальцем и побрел к выходу.

Спасибо, дед, буду беречь.

2018-  2019 гг