Подарок судьбы

Я возвращалась домой раньше обычного. В пятницу рабочий день - на час короче. На лестничной площадке мои ноздри ощутили аппетитный аромат жареного мяса.
«Неужели муж решил приготовить ужин?» - возникла приятная мысль.
Обычно этим в нашей семье занималась я. Но иногда у моего супруга возникали неожиданные порывы кулинарного творчества.
- Не снимай пальто, - встретил он меня у порога. – Хлеба нужно купить.
Рукава его рубашки были засучены. Поверх одежды красовался мой кухонный фартук в яркий цветочек. В руках - лопатка для перемешивания пищи.
- О, у нас будет праздничный стол! – восхитилась я, еще острее почувствовав запах готовящегося блюда.
- Овощное рагу с курицей, - объявил муж.
- Тогда убегаю за хлебом.
Смакуя предчувствие приятного ужина, я зашла в лифт и нажала кнопку первого этажа. Когда дверь кабины раскрылась, мое приподнятое настроение тотчас улетучилось.
На лестничной площадке рядом с почтовыми ящиками стояла, прижавшись спиной к стене, моя соседка Люба, жившая этажом выше. Глаза ее были закрыты, она тяжело дышала. В лице не было ни кровинки.
- Люба, что с тобой? – я бросилась к ней. – Вызвать скорую?
- Не нужно, - прошептала Люба еле слышно. - Таблетки дома забыла.
- Идти можешь? – я протянула ей руку.
Вместо ответа, Люба сделала небольшой шажочек в сторону лифта. Я взяла ее под локоть. Мы доехали до квартиры. Она медленными движениями открыла дверь и опустилась на сидение у входа.
- Где лекарство? –  во мне нарастала тревога.
- На столе, - махнула она слабой рукой в сторону кухни.
Люба положила принесенную мной таблетку под язык. Я села рядом, заглядывая ей в лицо. Время, казалось, застыло.
«Немного подожду и звоню в скорую», - бродили во мне мысли.
Тишину прервал звонок телефона в моей сумочке. Он прозвенел так неожиданно, что по моему телу пробежала дрожь.
- Алло, - не глядя, кто звонит, приложила я к уху трубку.
- Купи еще и молока, - послышалось из нее.
- Коля, сходи сам в магазин, - попросила я мужа. – Тут соседке плохо. Я посижу с ней.
 - В кои-то веки, решил тебя вкусненьким побаловать, - недовольно пробурчал муж и положил трубку.
- Тебе, наверное, домой нужно, - начала приподниматься с сидения Люба.
- Нет, - я подала ей руку и проводила до дивана. – С тобой побуду. Мало ли чего!
Соседка легла. Я укрыла ее пледом.
- И давно это у тебя?
- С тех пор, как уведомление о смерти сына получила, - на глаза Любы навернулись слезы. – На больничном два месяца просидела. Уже неудобно на работе. Врач сказал, таблетки для сердца с собой носить. А я вот сегодня забыла.
До меня доходили слухи о постигшем соседку горе. Вести в нашем подъезде быстро разносятся. Но повода, чтобы выразить ей свои соболезнования у меня не было. Как-то расходились наши пути. А теперь было понятно почему, она просто не выходила из дома.
Я смотрела на нее с удивлением. Как она постарела за эти дни! Почти черные глаза как будто ввалились в глазницы. Лицо покрылось морщинами, под нижними веками пролегли темные круги, а в волосах появились белые пряди от неизвестно откуда вдруг взявшейся седины.
Мне припомнился ее сын Михаил. Высокий, розовощекий, с легким прищуром больших карих глаз, таких же, как у матери.
- Здравствуйте, теть Наташ, - всегда приветствовал он меня с улыбкой во весь рот.
- Мишу-то я еще вот таким помню, - показала я рукой чуть повыше дивана. – Как будто вчера в этот дом въехали. Помнишь, как гуляли с нашими малышами на детской площадке?
- Конечно, помню, - оживилась соседка. – Твоя Светочка такая красавица выросла.
- Спасибо! – довольно улыбнулась я. – Так и Михаил вон какой видный был! Жаль, что война его сгубила.
- Никого не слушал, - губы Любы задрожали. – Пойду и все, говорит, на эту украинскую спецоперацию.
- Герой, - у меня тоже увлажнились глаза. – Всегда мою Свету защищал. Помнишь, как он хулигана в классе на место поставил?
- Меня к директору вызывали за этот поединок, - сквозь слезы улыбнулась Люба.
- А как на выпускном наши дети вальс танцевали! Самая красивая пара! - продолжила я воспоминания. - Мы еще тогда думали, может, они и дальше пойдут по жизни вместе.
- Если бы отец был, может, и заставил его после армии вернуться и в институт поступить, как твоя дочь, - задумчиво сказала Люба. – Меня он не послушал, остался и дальше служить.
- Сволочь этот твой муж, - с жаром произнесла я. – Бросил тебя с маленьким ребенком. Помню, как ты крутилась одна, чтобы Мишу всем обеспечить.
- Да что было, то прошло, - махнула рукой соседка. – Не держу я зла на него. Жалко мне его. Так свою судьбу и не устроил. Да и сын после этого знать его не хотел.
Наши воспоминания лились рекой. В разговоре щеки Любы порозовели. Она оживилась, откинула одеяло и села.
- Пойдем, чаю попьем, - неожиданно поднялась она. – У меня лечебный есть, травяной. Люба достала чашки, печенье и включила чайник.
- А у меня дочь замуж вышла, - начала я делиться с соседкой своими недавними событиями. – Ждем пополнения.
- Поздравляю, - в глазах Любы вспыхнула радость. – Это такое счастье!
- Да, - закивала я. – Только дочь хочет продолжать работать. Мне тоже до пенсии еще далеко. Кто будет сидеть с малышом? Ума не приложу!
- А я бы с радостью уволилась с работы ради внука, - страстно поддержала разговор Люба.
- Жаль, что Миша не оставил после себя сына или дочку, - посмотрела я сочувственно на соседку.
Слова вылетели у меня прежде, чем успела подумать. Только после сказанного ко мне пришло осознание, что по еще незажившей ране моей собеседницы полоснули острым ножом. Я осеклась, но было уже поздно. Люба поджала губы и полными слез глазами посмотрела на меня.
- Жаль! – она закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы. – Это было бы для меня такое счастье.
Слезинка, скатившаяся по ее щеке, капнула прямо в чашку с чаем, которую она наполнила вместе с моей, но так к ней и не притронулась.
Мы еще долго сидели с Любой в тот вечер. Вспоминали Михаила. Смотрели фотографии.
Эта неожиданная встреча не выходила у меня из головы всю неделю. В выходной, чтобы загладить вину перед мужем за неудавшийся совместный ужин, я испекла его любимый рыбный пирог. После чаепития он устроился на диване для просмотра какого-то решающего футбольного матча. А у меня появилось время, чтобы навестить соседку.
- Здравствуй, Люба, - переступила я порог ее квартиры и протянула ей блюдо с большим куском моего ароматного кулинарного изделия. – Вот испекла, а есть некому. Дочь к своему мужу Славику и его родителям переехала. А мы с Колей не осилим весь. Чаем напоишь?
 - Конечно, - обрадовалась Люба. – Проходи!
- Как здоровье? – начала я расспросы, когда мы сели за накрытый к чаепитию стол.
- Хорошо, - смущенно произнесла Люба. – Вчера два часа на холоде простояла, думала заболею, но ничего отогрелась.
- А где ты так? – удивилась я. – Ноябрь в этом году суровый.
- Шла с работы и у соседнего дома находку обнаружила, - соседка встала и принесла из прихожей связку ключей. – Ждала, может, хозяин найдется. Человек-то, наверное, переживает. А может, даже в квартиру попасть не может.
- Надо объявление дать. Можно в Интернете или на подъездах расклеить.
- Я и сама об этом думала, - согласилась Люба.
Разговор плавно побежал ручейком по капризам погоды, общим знакомым, основным обсуждаемым событиям в мире.
При расставании мое внимание привлекли большие карие глаза Любы. Там, казалось, навсегда поселилась огромная темная тоска. Но после нашей встречи лицо ее как будто немного посветлело, щеки порозовели.
В этот раз дома меня ждал звонок от дочери.
- Мама, я через профсоюз приобрела путевку в санаторий на четверых – для тебя с папой и нас со Славой.
Поездка и подготовка к ней заняли все мои мысли. Нужно было закончить дела на работе, чтобы взять положенные мне еще с прошлого квартала выходные, закупить продуктов на случай, если кормить будут не очень, да и немного обновить наряды, чтобы показаться в новом обществе в лучшем виде.  А после отдыха я была полна впечатлениями от нашего незапланированного путешествия и от сложившихся во время него еще более доверительных отношений у нас с дочерью.
С Любой я встретилась только спустя месяц после нашей предыдущей встречи. В городе к тому времени уже прочно обосновалась холодная зима. Все дворы были заметены толстым слоем снега.
Соседка выглядела немного лучше. Хотя в ее темных глазах плескалась все та же непомерная печаль, но на щеках проступал еле заметный румянец, а из-под берета выглядывала прядь аккуратно окрашенных волос. В одной руке женщина держала коробку с тортом, а в другой пакет, до верха чем-то наполненный.
- Привет, Люба, - поравнялась я с ней. – Ты в гости?
- Да, Наташа.
- К кому? – мне было известно, что родственников у нее в городе не было.
- Помнишь найденную мной связку ключей?
- Конечно! – в моей голове всплыла недавняя картина нашего с ней чаепития.
- По твоему совету я разместила в Интернете и расклеила на подъездах объявления с моим номером телефона.
- Ну и...? – разыгралось мое любопытство.
- Мне на следующий же день позвонил мужчина, - она слегка улыбнулась. – Его зовут Виктор. Он живет в соседнем доме. Мы встретились. Разговорились. Оказывается, у него тоже в спецоперации погиб сын - совсем мальчик. Жены у Виктора нет, она после долгой болезни довольно давно скончалась. Он, как и я, живет один.
Темные Любины глаза, казалось, стали еще более темными. Она опустила ресницы и тяжело вздохнула.
- Он тебя в гости пригласил? – перевела я разговор в другое русло, стараясь отвлечь соседку от грустных мыслей.
- Да, - Люба устремила взгляд куда-то мимо меня. – Мы целый месяц по телефону общались. У нас оказалось столько общих тем! Потом я его в гости пригласила.
- И о чем вы договорились?
- Ни о чем, - засмущалась она. – Мы просто друг друга поддерживаем.
- Вот, - кивнула соседка в сторону пакета. – Котлеты и суп приготовила. А то мужчины вечно в сухомятку питаются.
- Значит, ты с ответным визитом? – порадовалась я за Любу.
- Выходит, так, - закивала она головой. – Тороплюсь, он к семи назначил. Ждет, наверное, волнуется. Пойду.
Люба направилась к соседнему дому. А я погрузилась в свои мысли. После поездки с дочерью и ее мужем в моей голове зародился план переселения молодых от родителей зятя в нашу квартиру. Кто, кроме мамы, может помочь дочери в заботе о малыше? Свекровь со свекром постоянно на работе. Славик тоже на службе.
Мне пришла идея уволиться и после рождения внука, - а в то время мы уже знали пол будущего ребенка, - помочь дочери в приятных для всех нас хлопотах. Посоветовавшись с мужем, я так увлеклась осуществлением своего плана, что совсем забыла про историю с соседкой.
Встретились мы с ней снова только через несколько месяцев. Я вышла погулять с нашим недавно родившимся малышом. С неба ярко светило апрельское солнце и отражалось в появившихся повсюду лужах. Мое увольнение было уже позади, поэтому не нужно было никуда спешить. Меня радовала погода и новая большая коляска, в которой посапывал наш розовощекий мальчик.
Люба шла мне навстречу. Она тоже была с коляской, в которой крепко спал малыш в ярко-красном комбинезоне.
- Люба, - обрадовалась я.
- У вас пополнение? – она остановилась. – Поздравляю!
– И у тебя?
- Да, - улыбнулась соседка и ее большие карие глаза засветились так ярко, словно весеннее солнце, которое плескалось на небе огромным желтым озером.
- Это твой? – я указала на малыша.
- Мой, - смутилась Люба. – Теперь и мой тоже.
- Откуда?
- Помнишь, я рассказывала тебе про знакомство с Виктором? Так вот это – его внук.
- Ты же говорила, что его сын погиб на спецоперации?
- Но успел оставить после себя продолжение, - радостно ответила она.
- И кто же молодая мама?
- Когда я пришла к Виктору в гости, - начала Люба свой рассказ. – Он познакомил меня с юной красавицей. Сказал, что она беременна и ждет ребенка от его погибшего сына. Девушка детдомовская, и он решил, что не оставит ее. И ребенка они будут воспитывать вместе.
- А ты? – мой взгляд не отрывался от нее.
- Я решила, что это подарок судьбы, - радостно ответила Люба.
- Знаешь, я долго думала о нашем с тобой разговоре, - немного помолчав, продолжала она. – Помнишь, ты посочувствовала, что мой сын не оставил после себя детей.
- Да, помню, конечно, - я отвела глаза. – Извини, сказала, не подумав.
- А может, кто-то свыше вложил в твои уста эти слова? – задала она вопрос скорее себе, чем мне. – После нашего разговора меня не покидала мысль о том, как это важно, иметь свое продолжение. Жаль, что внуков от сына я уже никогда не увижу. Но можно же помочь другим. Дети не виноваты, что судьба лишила их отца. Мы теперь вместе – я, Виктор и его невестка с внуком.
Люба говорила и говорила. И ее слова отзывались в моем сердце радостной светлой мелодией.