Диалог в Карфагене

(Средиземноморский порт, куда стекаются корабли со всех концов моря, время — когда пурпурные красители ценились дороже золота)

ГАННОН:
Посмотри на этого нового счетовода! Вчера прибыл из Сиракуз. За полдня пересчитал все амфоры с маслом на трех складах.

БААЛ:
Что, опять грек? Они уже весь рынок заполонили своими математиками.

ГАННОН:
Нет, это галл. Представляешь? Северный варвар, а считает быстрее, чем наши финикийские мастера с абаком. Говорят, у них там какая-то своя система. Не пальцы загибают, а камешки в уме двигают.

БААЛ:
Камешки в уме? Бред какой-то. У меня вон персидский счетовод работает, проверенный. Пять языков знает, любую торговую операцию зафиксирует — от Гадеса до Тира. Медленный, конечно, но зато надежный. Никогда не ошибается.

ГАННОН:
Твой перс еще на старых восковых табличках работает, да? Записывает, стирает, снова записывает... А этот галл — он всё в голове держит. Покажешь ему груз, назовешь цену — через мгновение получаешь полный расчет прибыли с учетом морских рисков и пошлин в каждом порту.

БААЛ:
И ты ему веришь? Как проверишь? Вдруг он тебя обсчитывает, а ты и не заметишь.

ГАННОН:
Да я уже проверял! Заставил его три раза пересчитать одну и ту же партию шерсти из Милета. Цифра к цифре — ни единого расхождения. У персов так не получается, они всегда в третьем знаке после запятой путаются.

БААЛ:
Ладно, допустим, считает он хорошо. А договоры как оформляет? Мой перс знает все юридические формулы — от римского права до вавилонских кодексов. Один раз неправильно составишь контракт — и прощай, капитал.

ГАННОН:
Вот именно поэтому я и взял галла! Он вообще не занимается формулировками. Только цифры, чистые расчеты. А для договоров у меня отдельный человек есть — старый еврей из Александрии. Тот действительно знает все законы. Понимаешь, я их разделил: один думает числами, другой — словами. Каждый делает свое дело, и никакой путаницы.

БААЛ:
Хитро придумано. А сколько галл берет?

ГАННОН:
Вот тут загвоздка. Золотом не интересуется совсем. Требует каждый месяц бочонок того северного напитка, который они там пьют. Из ячменя делают, отвратительная бурда, но для него — будто нектар богов. Плюс хочет раз в квартал домой съездить, к своим лесам.

БААЛ:
Странные они, эти варвары. Моему персу достаточно крыши над головой и горячей еды. Работает как проклятый, никогда не жалуется. Правда, медлительный ужасно. На одну операцию может целый день потратить, если она сложная.

ГАННОН:
А галл мне вчера за час просчитал всю годовую прибыль от торговли с Иберией! Причем не просто общую сумму, а разбил по месяцам, по товарам, по маршрутам. Даже показал, в какие сезоны выгоднее медь везти, а в какие — олово.

БААЛ:
Подожди, подожди. Он что, еще и прогнозы делает?

ГАННОН:
Не то чтобы прогнозы... Он берет данные за прошлые годы и находит закономерности. Вот смотри: оказывается, каждый раз после засухи в Египте цены на зерно подскакивают, и тогда выгодно переключаться на поставки из Сицилии. Я бы сам никогда не заметил такой связи.

БААЛ:
Это уже не счетоводство, это... не знаю даже, как назвать. Гадание какое-то, только без внутренностей птиц.

ГАННОН:
Да нет же! Это расчет, понимаешь? Чистая логика. Никакой мистики. Просто он видит то, что мы не видим, потому что оперирует большими объемами данных. Обычный человек запомнит цены за месяц, максимум за год. А этот — за десять лет удерживает всё в голове и сравнивает.

БААЛ:
Жутковато как-то. Мало ли что он там в голове держит. Вдруг он работает на конкурентов? Запомнит все твои коммерческие секреты и продаст.

ГАННОН:
Об этом я тоже думал. Поэтому заключил с ним договор — он обязуется не работать ни на кого другого в радиусе тысячи стадиев от Карфагена. Нарушит — огромный штраф, плюс изгнание из города.

БААЛ:
А он согласился?

ГАННОН:
Еще как! Говорит, ему всё равно, лишь бы его северное пойло было и возможность иногда домой махнуть. Деньги его не волнуют. Странный народ, конечно.

БААЛ:
Знаешь, у меня тут другая проблема возникла. Мой перс начал учить молодого египтянина своим методам. Хочет передать знания, так сказать. Благородный порыв, но я не уверен, что это законно. Вдруг у персов есть какие-то свои правила насчет обучения чужаков?

ГАННОН:
Законно-незаконно... Кто вообще следит за этим? Главное, чтобы работало. Вот у меня галл уже двух местных парней научил основам быстрого счета. Не до его уровня, конечно, но всё равно толк есть. Теперь они могут простые операции делать, а его на более сложные вещи направляю.

БААЛ:
Вот это правильный подход. А то что получается — зависишь от одного человека. Заболеет он или сбежит, и всё, весь бизнес встанет.

ГАННОН:
Именно. Диверсификация, друг мой, диверсификация. В торговле так, в людях — тоже. Никогда не полагайся на одного, даже если он гений.

БААЛ:
Мудрые слова. Хотя... знаешь, что меня больше всего поражает? То, как быстро всё меняется. Мой отец еще работал со счетами на веревках, как в старые времена делали. Я перешел на персидские методы с табличками. А теперь вот эти варвары со своими головами-хранилищами появились. Что дальше будет?

ГАННОН:
Дальше будет еще интереснее, уверяю тебя. Слышал про индийцев? Говорят, у них есть система счисления, где используется какой-то особый знак для обозначения пустоты. Представляешь? Они могут записывать громадные числа с помощью всего девяти символов плюс этот знак пустоты.

БААЛ:
Знак пустоты? Как можно обозначить то, чего нет?

ГАННОН:
Вот и я не понимаю. Но торговец, который был в Индии, клялся, что это работает. Причем работает настолько хорошо, что их математики делают вычисления, о которых мы даже мечтать не можем.

БААЛ:
Если это правда, то рано или поздно их система доберется и до нас. Всё самое полезное в торговле рано или поздно распространяется.

ГАННОН:
Конечно, доберется. Вопрос только — успеем ли мы приспособиться? Или конкуренты первыми внедрят и обойдут нас?

БААЛ:
Вечная гонка. Только раньше соревновались, у кого корабль быстрее, а теперь — у кого счетовод умнее.

ГАННОН:
И знаешь, что самое забавное? Все эти методы, все эти люди из разных земель — они работают по-разному, думают по-разному, но в итоге приходят к одним и тем же числам. Будто существует какая-то единая истина, которую можно найти разными путями.

БААЛ:
Философ из тебя, Ганнон! Впрочем, ты прав. Неважно, на чем ты считаешь — на пальцах, камешках, табличках или в голове. Если товар стоит десять драхм, он стоит десять драхм. Цифра не меняется от способа подсчета.

ГАННОН:
Вот именно. Поэтому я и не боюсь всех этих новшеств. Пусть приходят новые методы, новые люди, новые системы. Главное — не застрять в прошлом, быть готовым учиться. А там уж сама торговля рассудит, что работает, а что нет.

БААЛ:
Золотые слова. Ладно, пойду проверю, как там мой перс с египтянином справляются. А ты своего галла в узде держи — не то еще всех секретов нахватается и конкурентам продаст.

ГАННОН:
Не продаст. У него слово честное есть. А для варвара это значит больше, чем любой контракт.

БААЛ:
Ну-ну, поживем — увидим. В нашем деле доверять опасно.

ГАННОН:
И не доверять тоже. Где-то посередине истина лежит, как обычно.