Пеплос

Пеплос

Ночь была лунной. И на душе ощущалась какая-то звенящая тягость. То ли звенело в ушах, то ли стрекот кузнечиков заполнял пространство мыслей. Думалось о безысходном. Н. пыталась начинать писать стихи, бродила по гнущимся доскам пола их старенького деревенского дома, купленного под дачу недавно, то падала на холодную кровать, то вскакивала и бежала на улицу, хлопая дверьми, выглядывая – не едет ли кто? Но приехать никто не должен был. Она снова падала на диван, и закусывая одну руку, другой проникала себе между ног, и гладила себя, представляя, как ее берёт некто очень сильный и властный. Секса не было уже месяц, после того, как она окончательно решила уйти от мужа, но совсем это сделать не могла из-за детей и квартиры. Но страсть! Кто погасит в женщине страсть, если она закипает и истерит, заполняя все пространство внутри и вокруг. Сквозь марево увлажнённых глаз ей вспомнилась сцена первой близости с будущим мужем. Она как кошка завалила его на постель и решила удивить своими фантазиями.
-- Сейчас я тебе сделаю больно! – сказала она, соблазнительно и как-то странно улыбнувшись.
Он подчинялся наплывшему возбуждению.
Н подожгла свечу, пламя которой затрепетало в отражении безумно счастливых глаз. Огонь стал жадно пожирать воск, и свеча заплакала прямо на грудь С: капля, другая, затем вылилась целая масса и растеклась по груди.
От неожиданной боли, его охватил испуг:
-- Ты сумасшедшая, – закричал он, вскакивая с постели. – Знать тебя не хочу!
Быстро одевшись, он выскочил на лестницу, хлопнув дверью, и оставив ее одну с горящей в руках свечой. Слёзы досады и жалости подкатили к ее глазам. Он не вынес боли от свечи, как он вынесет боль, заложенную в ее сердце?
Его не было целый месяц. А потом он появился снова с цветами и предложением замужества. Свобода терялась, разбиваясь об желание иметь этого мужчину. Они поженились. И начались обычные семейные будни, в которых они прожили почти пятнадцать лет, за которые она родила ему троих детей – двух девочек и мальчика. Но теперь всё кончено. Окончательно. Она не из тех, кто меняет свои решения. Грубые слова скандалов, стена непонимания – окончательно развели их по разные стороны. Он поёт в рок группе. Она вложилась в проект своей художественной галереи. Но витальная сила влекла ее испытывать всё большую боль, тянущуюся от низа живота, и заставляющую искать выход женской витальной энергии.
Теперь она свободна несмотря на штамп в паспорте. На том они и договорились с еще не бывшим мужем.
Н. была необычной красавицей. Широкие голубые глаза. Брови, подведённые татуировкой, и слегка вьющиеся по плечи русые волосы, уже к ее тридцати семи годам побеленные сединой. Высокая стройная с изящными ногами и небольшими бёдрами. Несмотря на хрупкость и ранимость внешнюю, она обладала почти мужской силой рук и волей к победе. Широкие по-мужски плечи ещё мама называла "генеральские". С тех пор, как была куплена в кредит машина, она большую часть времени проводила за рулём.
И вот теперь она приехала одна на их общую с бывшим дачу, побыть наедине с собой. И ночная лунность щемящими размышлениями не давала покоя ее голове. Тело изнывало от тоски. Тоски по реальному – мужчине.
Мерещится, все мерещится – и этот пол, и Луна, светящая в окно, освещающая стеклянный чайник на подоконник. И она подумала: Нужно ехать, дорога – заменитель секса, она сплошной адреналин. Н собралась, натянула джинсы прямо на голое тело, футболку, прыгнула в машину и помчалась в своё любимое место детства – на залив, в Кургальский заказник. Не каждый туда решится зайти ночью. Это ведь лес, и, поговаривали, что в местах тех видели медведя. Но желание было сильнее страха. Лесную тропинку лишь вскользь освещала яркая Луна. Сердце колотилось так, что готово было выскочить. Но дорога эта была пройдена уже сотни раз с самого детства, еще когда была жива мама, и не переставала быть желанной.
"Мама, – самый желанный и родной человек на земле. Зачем ты меня так рано покинула?" И вспомнилась ей ухоженная могилка на кладбище.
Лес тёмен, но молчалив. А вот и барханы, на которые приходилось взбираться. Свежеет ветер, повышается ощущения запаха йодянистых водорослей. Еще немного, и вот за тем темным перевалом покажется волнующийся залив с широким пологим пляжем гладкого песка. Искрящиеся волны разлили на нем бесчисленные заводи, образуя пенистую массу, похожую на пеплос из мертвых русалок. Светила Луна. Н оглянулась, стоя посередине пляжа, – вокруг – никого. Она сбросила свою одежду. Как девочка, подняв руки кверху, она посмотрела на кончики пальцев.
-' А вдруг кто увидит? А, пускай смотрят. – Думалось ей.
Она наклонилась, достав руками пальцы ног: "Эй, невидимый визави, смотри, как я прекрасна!"
Затем, распрямилась, и на цыпочках, высоко поднимая ноги, зашагала навстречу волнам. Ночная вода обожгла ее горячее тело.
"Возьми меня вода! Ласкай меня, раз кроме тебя у меня никого сейчас нет!" Она зашла по пояс. Вода была темной и страшной. И это завораживало. А вдруг унесет? Утону? Ну что ж – значит судьба, раз некому меня взять, стану мёртвой русалкой и превращусь в пеплос. Она поплыла. Тело сопротивлялось холоду воды, а обнажённость добавляла возбуждения. Страх отступил и блаженная пустота разлилась по напряжённому телу, расслабив его, и возвращая ощущение бытия в природную естественность. Море, его стихия была ее любовью и страстью. Оно затягивало мысли, погружая в пьянящую бесконечность. Наплававшись вдоволь, она молодая женщина вышла на берег, уже ориентируясь по движению волн. Как это волнительно – не стесняться своей наготы!  Тьма была кромешной, и она еле нашла свою одежду. Стало холодно. Н подняла руки и так стояла, зажмурив глаза, чтобы обсохнуть хоть немного на прохладном ветру. Вдруг что-то сзади коснулось её плеча. Дрожь пробежала по всему ее телу. Рука? Медвежья лапа? Нечто погладило ее волосы, потом шею. Она стояла заворожённая и только стон от накатившего кома, похожий на рыдание вырвался из ее груди. Нечто спустилось к плечам и медленно поползло вниз по спине до самых бёдер. Руки ее одновременно с этим коснулись живота, и стали ласкать всё ниже и ниже. Предавшись чувствам страха, боли, вожделения, она впала в экстаз.
Очнувшись, она обернулась. Сзади не было никого. Лишь пена от волн у ее ног, да лежащая сзади морская водоросль, видимо, зацепилась в воде. Она оделась и пошла сквозь тёмный лес к своей машине.

…………………………………………………….
У Гомера слово пеплос обозначает собой длинную, достигавшую земли одежду, надевавшуюся прямо на тело и оставлявшую один бок открытым. В некоторых преданиях морская пена, сбившаяся на берегу ассоциировалась с плотью умерших русалок.