4 марта

МЕСЯЦЕСЛОВ "ПОСОЛОНЬ"

Том 1.
ВЕСНА.

В народе прозвали этот день ФИЛЯ ВЕШНИЙ.
Уж почему на него, 4 марта, со времён древних принято почитать различные возвышенности: холмы, пригорки и горки, называя их одним словом «угорья», я не ведаю. Знаю лишь, что в давнишние времена у нашего народа бытовало несколько обрядов, связанных с угорьями. Исполняя один из них в самом начале весны, как раз в нынешнюю пору, крестьяне приходили на угорья «зарить снопы»: выкладывали их вдоль склонов и оставляли на всю ночь.
Бытовало ещё и ритуальное гадание: по тому, какой сноп заиндивеет сильнее, ржаной, пшеничный, а, может быть, ячменный, судили и о том, урожай какого зерна окажется по осени богаче.
Да и вообще почти все гулянья народные обычно проходили на излюбленной крестьянами горе, на «красной» горе. Сюда, на возвышенное место, поднимались нарядные парни и девушки, чтобы поприветствовать бога Ярилу, красно солнышко, поклонится ему, чтобы шибче катилось оно на лето; здесь закликали певчих птиц, чтобы скорее они возвращались до дому славить землю-матушку; здесь же умоляли крестьянские девицы своими песнями тёплые южные ветра и парные дожди согреть своим духом, окропить своей живительной водой поля, луга и перелесицы.
Как испоконь водилось в землях нашенских, и за-ради этого праздника тоже пекли каравай. Угощали им всех без разбору: и ближайших родичей, и любого проходящего. Особенно же важным было сегодня не поскупиться, хоть по кусочку, а угостить праздничным караваем ещё сирот и нищих. Полагали: чем больше людей отведают Филина каравая, тем больше в дому будет достатка.
Остатки же и крошки скармливались птицам, они ведь тоже заботятся о жите, берегут поля от мыщей-полёвок, от всяческой иной мелкой козявки. Не удивляйтесь: и на этот случай у мужика нашего был припасён свой обряд. Крошки как зря не разбрасывали, а пренепременно перекидывали через правое плечо за спину. Всё потому, что принято было считать: бросишь хлеб-соль назад, будешь с хлебом наперёд, то есть по осени.

*
На Филю Вешнего отправлялся мужичок в лес и поле, разузнать, скоро ли, в самом-то деле, объявится весна, уж и все жданки у него переелись, да и закрома почти опустели.
Идёт, значит, мужик по лесу, за зверьём наблюдает. Повстречает белого зайца, плюнет с досады - ох, и не скоро зима окончательно покинет наши края. Ещё и снеги нет-нет да объявятся. Если же столкнётся мужик с зайцем серым, возрадуется его душенька – тепло совсем у порога, за ближайшим угором.
Сощурит мужичок глаз, понаблюдает за всякими-разными птицами. Во-он чайки крылят над рекой. Так это уж и совсем отрадно – со дня на день лёд тронется. Да и вороны уже пару дён, как притихли, в лужах, что твои воробьи, купаются, к теплу, к новой жизни готовятся.
Ухмыльнётся в бороду мужик: «Знать не напрасно попросила вчера жена у соседки несколько фунтов мучицы». А и то правда: увидала пустые полки у них в чулане весна, сжалобилась и решила поскорее объявиться.
Поднялся мужичок на угор. Оглядел с него окрестности: проталины зарыжели, ракитки дволь речки корой прозеленились, на вербах, того гляди, почки защёлкают, солнце снег до дыр проело, сосульки с крыш одна за другой рухают – конец зиме! И ни за какие коврижки не выторговать ей у весны уже ни денёчка. Быть скорому теплу!
Грачи загалдят… Мать-и-мачеха вдоль обочин золотистым песочком просыплется… Раззвенятся вдоль дорог и оврагов ручейки. Зачебурахаются в них солнечные зайчики. И пойдёт весна, покатит!..