Глава двадцать вторая. Могло бы быть иначе?

Книга четвёртая. В объятиях рынка.
 Глава двадцать вторая. Могло бы быть иначе?

 Необратимость случившегося (и чуть ли ни трагедия для жизни человека), неизбежность беды при плохой работе, теперь после «бурения» второй доменной печи, кажется, поняли и сами доменщики.
 Теперь при разборке этой последней аварии в кабинете генерального директора уже ими не дискутировались вопросы о целесообразности или наоборот нецелесообразности введения балльной оценки труда в доменном цехе и даже не необходимости повышения заработной платы.
 Как это было, скажем несколько дней назад при такой же разборке, но только не здесь, в кабинете директора комбината, а в техническом кабинете цеха, где они выдвигали какие-то свои контраргументы при разборе причин подобной же аварии, случившейся на первой доменной печи девятого сентября.
 Ибо повторившаяся авария показала слабость дисциплины у доменщиков и низкий профессиональный уровень всех работников цеха. Так о каком же тогда повышении заработной платы может сегодня идти речь при такой вот работе? Тут уже разговор приходилось вести не о зарплате, а о сохранении самого комбината, о сохранении рабочих мест!
 Так что эту аварию можно сегодня назвать уже не «ударом ниже пояса», как подобная случившаяся девятого сентября и обсуждавшаяся тогда в техническом кабинете, она была названа, а «удавкой на шее всего заводского коллектива», как она в сердцах была названа сегодня при новом разборе уже в кабинете генерального директора!
 Теперь комбинат вообще может задохнуться в долгах, не выполнив свои экспортные сентябрьские договорные поставки. И это очень печальный финал.
  – Пять кораблей уже ждут в порту наш металл! – горячился на этом совещании заместитель директора комбината Зиновий Ефимович Блейхер, – платим за этот простой огромные штрафы! Эти штрафы и есть все наши промахи, наши убытки, они  тяжёлым грузом, могильным камнем ложится сегодня на наше акционерное общество. 
 - Но самое главное в сегодняшней ситуации,- продолжал он,- что мы позорно теряем свой престиж стабильно работающего предприятия, теряем своих партнёров за рубежом! Другими словами – теряем все свои надёжные рынки сбыта, и все свои надежды на хорошую жизнь!..
 И вот тогда, как с удручающей печалью в голосе было им констатировано на этом совещании, что доменщики действительно окажутся, из-за повседневной расхлябанности и  промахов в работе, без достойной, соответствующей их тяжёлому труду заработной платы и не смогут обеспечить нормальное существование своим семьям. Ведь теперь, выплавив металл даже очень высокого качества, может возникнуть и такая ситуация, при которой его просто некому будет сбыть!
 - Ныне никак нельзя терять рынки сбыта!, – так в кабинете директора с горечью и укоризненно констатировали сложившееся положение многие.
 Вот тогда и возникнут, пожалуй, ещё и новые дополнительные  трудности-сложности в обеспечении цеха сырьём и топливом, никому не станут нужны шары, производимые в цехе фитингов.
 Следом за этим потянется безработица, не только для одних фитинговцев, но и для работников других цехов, в том числе и для самих доменщиков.
 Мрачная вырисовывалась на этом совещании перспектива. Но избежать её можно только при очень хорошей работе каждого работника комбината на каждом рабочем месте. Но и это условие, получается, проблематично, если возникают на комбинате, причём именно в доменном цехе, вот такие ситуации, вот такие непредсказуемые аварии.
 Хотя при такой работе они вполне и предсказуемы. Прежде всего, эта авария на второй доменной печи ещё раз показала низкий профессиональный уровень руководителей доменного цеха, особенно среднего звена – мастеров, начальников смен. И не только их низкое мастерство, как металлургов, но и  достаточно равнодушное отношение к делу. Авария ещё раз подтвердила правильность принимаемых мер со стороны заводского руководства в кадровой политике, особенно в доменном цехе.
 Замены нужны и обязательны не проявивших себя в деле руководителей среднего и высшего звена на более решительных и знающих своё дело  работников. Этого требует сегодня время, сама жизнь, условия нашего существования и выживания!
  – Эта авария, – подчеркнул генеральный директор комбината Литвинов, – есть следствие той запущенности в работе с кадрами на комбинате, которую мы сегодня наблюдаем! В цехе нет должного морально-психологического настроя, доменщики потеряли чувство ответственности за работу доменных печей! Видимо, их поразила «звёздная» болезнь?!».
  По всей видимости генеральный директор прав! Слушая разбор и анализ произошедшей аварии нельзя не согласиться, что она во многом произошла, именно, по вине самих доменщиков.
 Это безоговорочно признаёт один из опытнейших начальников смен, много лет  ранее сам отработавший начальником доменного цеха  Виктор Андреевич Северов:
 – … Сам факт обрыва печи не оставляет места для какого-либо оправдания…
 И в первую очередь ошибся он сам, как начальник смены, не почувствовав состояния печи, хотя это ему, как хорошему металлургу, это никак не свойственно и не простительно.
 Вот как он всё это объяснял при разборе аварии:
 - Оценивал ситуацию по показаниям приборов, считал, что дело идёт к лучшему...
 Что это? Опять надежда на то, что «пронесёт», работа на «авось»? Или же приборы врут, дают не те показания?  Увы, не пронесло! Печь тогда надо было «сажать», но  это ему ясно сейчас, а тогда? Хотя и по инструкции, и по личному большому опыту, они, доменщики, не могли не знать, что «висеть» печь ни в коем случае не должна более тридцати минут!
 А она зависла ещё в предыдущую смену, тринадцать тридцать, в смене начальника смены В.Д.Сапронова  и мастера печи М.Г.Пышкина.
  Таким образом, до самопроизвольной осадки печи прошло (примерно!) четыре часа! И никаких нужных мер в течение всего этого времени предпринято не было! «Бурения» печи не произошло бы, если бы доменщики подошли к устранению этой сложной и опасной ситуации более решительно и профессионально  грамотно!
  –  Первая и самая главная ошибка в этой ситуации, – резюмировал  произошедшее сам начальник смены Владимир Данилович Сапронов,– то, что мастер Пышкин, пусть если и сам не решился что-то предпринять, найти верное решение, то мог бы позвонить мне на первую печь. Где в то время находилось много руководителей-металлургов. В том числе и все руководителей завода. Здесь были и начальник доменного цеха, и главный инженер завода, и генеральный директор, они помогли бы ему найти правильное решение…
   В принципе, конечно, это всё верно, всё можно было бы сделать. И не было бы тогда столько мучений по спасению печи в течение пятнадцати часов, а также  финансовых потерь для всего акционерного общества! Не было бы тяжёлой травмы от ожогов, а возможно и более тяжёлых  последствий и у Василия Геннадиевича  Чуканова, у одного из самых уважаемых и замечательных металлургов на нашем комбинате.
 Да, тогда бы всё могло бы быть совершенно иначе! Но история не знает сослагательного склонения! Однако, и всё-таки, что же помешало мастеру печи попросить совета в трудную для него минуту у столь высокого заводского ареопага, собравшегося на первой печи? Неужели только боязнь показаться в глазах высокого начальства некомпетентным и нерешительным в принятии им нужного решения в сложной ситуации?  Или тоже надежда на то, что «пронесёт», на всё тоже пресловутое «авось»?
 Возможно здесь и то и другое вместе – и боязнь начальства, и надежда на то, что как-нибудь всё выкрутиться само собой!
 Или же здесь просто спасительная хитрость как-нибудь дотянуть и передать печь в таком сложном состоянии в другие руки следующей смене: пусть она «расхлёбывает» ту кашу, которая заварилась на печи? Кто знает? Однако, в это никак не верится, это не в традициях доменного цеха! Здесь обычно с бедой справляются все вместе. 
 А вот присутствие высокого начальства тоже могло сказаться? Боязнь начальства. И именно она могла парализовать его волю: как бы начальство круто не рубануло сплеча?! 
 Что же, всё-таки, случилось – пыталось разобраться в директорском кабинете столь высокое собрание?
А может тут просто недооценка ситуации и переоценка своих сил? Об этом высказывались многие. Причём, в этой сложнейшей ситуации! И не только со стороны мастера, но и со стороны начальника смены Сапронова, около тридцати лет отработавшего в доменном цехе и уже тоже побывавшего в роли начальника цеха, неужели и с его стороны допущена непростительная оплошность? Ведь после рапорта между сменами и зная, что печь зависла, он даже и не зашёл на неё взглянуть, чтобы удостовериться лично в каком она находится состоянии?! Возможно тогда он,  вместе с принявшим смену бывшим другим начальником цеха Северовым, и быстрее принял бы верное решение?! Вот тогда бы и мастер Северов, только принявший печь, не остался бы один на один с ней и её проблемами в этой сложной ситуации?
 Та же самая безалаберность наблюдалось и во время устранения этой острейшей ситуации «бурения» печи. Только по телефону в этой сложнейшей пред-аварийной ситуации  удалось собрать всех ответственных специалистов-доменщиков  в цех. Правда, Виктор Андреевич Северов был уже на пути к печи, шёл на смену. Много сил, конечно,  было потрачено, чтобы «уйти» от беды. Выправить ход и не допустить «бурения» печи, не допустить её потери. Однако, это не удалось. И эти критические опаснейшие часы спасения печи показали, что крепость знаний и большой опыт старшего поколения крутояровских металлургов несравненно выше сегодняшних способностей нынешнего поколения доменщиков. И старые металлурги из числа руководителей комбината не растерялись, а сразу же приняли не только однозначно верное решение, но и составили целую программу спасения печи. Продуманны были все варианты и возможные ситуации её дальнейшего поведения. И соответственно за этим последовали решительные и быстрые действия. И печь подчинилась, задышала и ожила.
 В этот сложный момент спасения печи каждый из руководителей завода внёс свою личную лепту. Это Михаил Ильч Литвинов, Тихон Васильевич Литовских, Григорий Петрович Красов, Николай Акимович Кульман. В этой очень сложной экстремальной ситуации с наилучшей стороны, как металлурги, показали себя заместитель начальника доменного цеха В.И.Китов, мастер печи О.В.Зверев, бригадир В.Г. Чуканов и многие другие работники цеха.
  Но как было сказано при разборе этой аварии у генерального директора, главное сегодня не умение устранять аварии, а умение работать без них! Это сегодня наиважнейшая задача доменщиков, а не героизм преодоления самим себе создаваемых трудностей и проблем. Вот для этого-то сегодня необходимо иметь не только твёрдый характер, но и глубокие знания металлургии, постоянно совершенствовать свою профессию, изучать и накапливать опыт работы. А в цехе, к сожалению, люди перестали учиться, нет должной технологической и трудовой дисциплины. И всё заметнее  проявляются такие явления, как пьянство, панибратство, охлаждение и безразличие к своей профессии. Исчезает чувство гордости за свой труд.
 Печально, но как-то незаметно прекратились в цехе сменно-встречные собрания. Не на должном уровне проводятся рапорты. Начальники смен сняли с себя ответственность за всё происходящее на печах, переложив её на мастеров. А мастера часто и не способны, как показала живая практика,  принять верные решения в одиночку.
 Занятия с мастерами в цехе не проводятся. Не разработаны инструкции действий в той или иной сложной ситуации. В том числе и при «зависании» печи. Но самое главное – в цехе появился дух равнодушия, апатии и иждивенческие настроения. Об этом хорошо сказали при разборе аварии начальник электротехнического цеха Эдмонд Борисович Жернов и начальник электроремонтного участка этого же цеха Евгений Валерьевич Латышев.
 «…Хозяевами нужно себя чувствовать в цехе, а не временщиками,– таково их мнение о доменщиках,– не надеяться на то, что кто-то придёт в цех и наладит вам работу! Нужно беречь оборудование. В том числе и электрооборудование. Посмотрите – в цехе везде грязь, нужно чаще протирать и смазывать приборы и оборудование, вот тогда оно и не откажет в работе!..».
 Об этом же говорил и начальник цеха фитингов Арсений Ионович Габалович:
  – Профессия доменщика – очень опасная и тяжёлая. Сочувствую их сегодняшней беде. Но в ней они виноваты сами. Привыкли работать в «парниковых» условиях. При полном обеспечении всем необходимым. Вот и самоуспокоились. Сегодня уже пора менять отношение к жизни. Ныне не те времена! Посмотрите как мы, фитинговцы, работаем! Чтобы не остановиться сами ищем сырьё, материалы. Лишь бы работать! Благодаря дисциплине, поиску, сознательному отношению к делу. У нас вот такое, что случилось у вас, просто невозможно! Да разве это возможно, чтобы начальник смены или мастер ушёл домой, не проверив все уголки своего подразделения! Посмотрите,  на каком высоком уровне у нас проходят встречно-сменные собрания! Или подведения итогов работы! Вы должны понять, что будущее цеха во многом в ваших руках!..
 Авария нанесла комбинату значительный урон. «…После предыдущей аварии, –  подчеркнул заместитель генерального директора по капитальному строительству Афанасий Львович Кудаков, – остановлено строительство четырёх объектов! В том  числе: подстанции и ЛЭП,  заводское здание КИП и А, прекратилось полностью финансирование жилищного строительства в посёлке и свинарника в деревне Бабошино. А после вот этой аварии вряд ли хватит денег на финансирование строительства третьей разливочной машины для вашего же цеха, которая сегодня вам  очень нужна. Вы сами рубите сук, на котором сидите!..».
 После таких двух гибельных аварий в сентябре вряд ли теперь можно рассчитывать не только на повышение зарплаты, но и на своевременность её выплаты. Не говоря уже о дивидендах! Подводя итог этой печальной истории, можно повторить, как вывод, слова главного инженера комбината Г.П.Красова:
– … Для всех ясно, что причина наших неудач в потере чувства ответственности у доменщиков. В низкой квалификации мастеров, как среднего звена. Нужно пересмотреть кадры! И если нет своих талантливых специалистов, то пригласить  их нужно со стороны…
 И в этом направлении работа уже на заводе ведётся!
1994.