Карл, ты не прав

Над облаками местами перистыми, порой кучевыми, следуя авиамаршрутом из Свердловска в Ленинград, Роберт Степанович предположил, что учение Карла Маркса местами не всесильно и порой неверно. Я сперва попытался отмахнуться от опасной в 1987 году идеи соседа по самолетному креслу. Мало кто бывает не согласен? Шариков, например, спорил сразу с двумя теоретиками диктатуры интернационального пролетариата – Владимиром Лениным и Карлом Каутским (кстати, первый был еще и настырным практиком). Однако общий образовательный уровень Полиграфа Полиграфовича и должность начальника подотдела очистки сводили к нулю вероятность, что кто-то (пусть даже следователь НКВД) обратит внимание на социал-демократические умозаключения пациента клиники профессора Преображенского.

Совсем другое дело Роберт Степанович Аркадин. В свои тридцать с небольшим плюсом лет, ранними залысинами и очками-телевизорами он успел защитить кандидатскую диссертацию по экономике и уже пару лет учил студентов Ленинградского политехнического института. На Урал его занесло поручение кафедры поучаствовать в мудреном экономическом семинаре, и теперь возвращался из научной командировки домой. Мне сразу захотелось познакомиться с Робертом Степановичем. Видите ли, он попросил стакан минеральной воды у стюардессы.  Что ж тут необычного? Ровным счетом ничего. Любопытно было, как обратился Роберт Степанович к молодой женщине – хозяйке аэрофлотовской униформы и ненужного лица «вас много, а я – одна». Он назвал ее «голубушка».

- Будьте так любезны, голубушка. Мне, право, неловко… Нельзя ли попросить вас принести минеральной воды? Жажда, знаете ли, замучила. Буфет в зале ожидания закрылся на санитарный час, и все четыре часа ожидания рейса даже не думал открываться.
 
Стюардесса посмотрела на моего соседа, как на больного с не обнадёживающим диагнозом, но в закрома за «Боржоми» сходила.

Я сразу предложил моему соседу познакомиться и даже попробовал шутить по поводу фамилии Роберта Степановича.

- Аркадин? Вы не родственник, паче чаяния, чеховской стареющей актрисы?

Мне показалась комбинация Роберт и Степанович тоже несколько забавной, словно имя и отчество играют в разных футбольных лигах: профессиональный клуб с любительской командой фанерной фабрики.

Утолив безбуфетную жажду, Роберт Степанович продолжал удивлять.
 
- Дорогой сосед, а не почитать ли нам вслух?

С удовольствием заметив мои поднимающиеся брови, Роберт Степанович достал из дорожного портфеля и положил на откидной столик довольно объемную, размером с «Преступление и наказание», книгу. Заглавие было длинным и до зевоты скучным: запомнились лишь слова «экономика», «общественное питание».
 
Это, - указывая на заголовок, - тема моей диссертации, автор… Сами видите.
 
Действительно, на обложке значилась фамилия Аркадин Р.С. Я было стал соображать уместные в подобном случае слова, но фраза застряла и осталась неозвученной, ибо Роберт Степанович ловко открутил потайную пробку в книге и… разлил коньяк в освободившиеся от минеральной воды стаканы.
 
- Подарок студентов, - пояснил сосед, - один из «хорошистов» до института успел поработать на заводе металлоконструкций. Освоил, в том числе, и очень полезную технологию. Он так ловко маскирует фляги под книжки… Вот и вы попались на удочку!
У нас почти вся кафедра обеспечена подобной «литературой». Жаль, недавно производственную лавочку прикрыли. В партийный комитет поступил сигнал: группа аспирантов на рабочем месте наливала прямо из «Капитала» Карла самого Маркса.
 
Надо ли говорить, что мы сразу открыли первую главу перспективного фолианта. После четвертой Роберт Степанович стал резко менять тему беседы. Смешные преподавательские истории, прелестницы из библиотеки, заместитель профсоюзного комитета Марианна Николаевна на импортных шпильках и с богатой грудью четвертого размера стали уступать место текущим проблемам политической экономии. Я тщетно пытался уточняющими вопросами вернуть Аркадина в русло комфортной повестки дня.

- Как вам, Роберт Степанович, удалось определить четвертый размер Марианны Петровны? На глазок или специальными приспособлениями?

- Николаевны… Опыт, мой неопытный сосед, опыт. Он, как известно, «сын ошибок трудных» … Откровенно говоря, сам покупал ей бюстгальтер на Восьмое Марта. У нас случился скоротечный роман. Увы! Разошлись с Марианной в трактовке некоторых существенных догматов марксизма.
 
После пятой главы Роберт Степанович уже прочно оседлал классиков коммунистической теории. Вот тут-то он и огорошил опасным соображением, дескать, Карл Маркс был не прав, когда утверждал, что при 100 % прибыли капиталисты попирают все человеческие законы, а при 300% нет такого преступления, на которое бы не рискнул буржуазный эксплуататор. Помню, мой сосед ярко аргументировал, сыпал профессиональными терминами, но моё отуманенное пятой главой сознание отказывалось выстраивать причинно-следственные связи: почему у Маркса «деньги не пахнут», а Аркадин утверждает, что еще как пахнут - все эти доллары, франки, фунты со стерлингами.

В аэропорту Ленинграда Роберт Степанович дал мне номер домашнего телефона и приказал звонить непременно. Я бывал не раз в профессорской квартире недалеко от Невского проспекта, с Аркадиным всегда было легко и интересно. В середине девяностых телефон Роберта Степановича, мы так и остались с ним на «вы», перестал отвечать. Видимо, он уехал.

Олег Кутуев