2. Не только про Сергея, про жизнь тоже

           СТРАНИЦЫ ИЗ ДНЕВНИКА. 1993 год

17 июля 1993.

    Уже июль - макушка лета. А лета мы еще и не видели. Июнь был прохладный и дождливый. Начало июля тоже не принесло желанного тепла. Дождь шел почти каждый день. Лето какое-то ленинградское. Похоже, что мы так и не успеем поносить летние платья и сарафаны, позагорать и накупаться вдоволь - то, что я люблю.

    Я в отпуске с 5-го июля. В этом году невозможны никакие поездки - денег нет. Путевки, даже на турбазу в нашей области стоят 50 000 рублей на одного на 10 дней! Несбыточная мечта.
    Мы с сыном были три дня на даче у моей подруги Наташи. Мой Саша и ее два сына дружат с раннего детства, так что на даче им было нескучно. И мы с Наташей наговорились обо всем от души.
    Один день был кратковременный дождь, но в общем, было тепло. А два дня солнце светило с самого утра и весь день. Даже было жарко. Теперь это диво - настоящее лето, которое мы уже забыли. Мы ходили на пруд - 3 км туда и столько же обратно. Но в компании дорога показалась нетяжелой. Пруд далеко, а речка Ведуга - рядом с домом, только надо спуститься. Местность здесь холмистая, кругом зеленые луга, высокая, некошеная трава и мелкие пестрые цветочки. На том берегу реки стоят большие раскидистые деревья с круглыми кронами (названия их не знаю). Кругом сплошная зелень разных оттенков. Очень красиво. Тихо, спокойно, изумительно спокойно. Так бы и сидела на берегу реки одна, наслаждаясь воздухом, тишиной и умиротворяющим пейзажем.
    Хочется отдохнуть, освободиться от постоянных забот, тревог, миллиона обязанностей и дел, давящих на сердце. Так бы и лежала на мягкой траве, наблюдая за тем, как плывут облака. Они, правда, плывут, все время меняя свою причудливую форму. Кажется, будто покачиваешься в гамаке или на волнах в спокойном море. Да, я люблю море: плавать в нем, смотреть на него и еще загорать на пляже, гулять и любоваться южными красотами. И чтобы на душе было легко и спокойно. Это для меня настоящий отдых.
    Теперь море со своими волнами, запахами, красками и всем тем, из чего складывается отдых на юге, осталось в прошлом. Последний раз мы были с сыном на море в 1989 году. Все хорошее быстро проходит.

    Мы вернулись с дачи позавчера, так как простудились оба, может быть, потому что купались в прохладной воде. Дома сразу стали париться, прогреваться. У Саши есть улучшение, а у меня самочувствие, как при гриппе, и еще тяжелый насморк и боль в левой щеке. Знакомое место - гайморова пазуха. Несколько лет назад у меня уже был гайморит, делали прокол в носу - очень больно, я помню.

    В пятницу я пошла в поликлинику к ЛОР врачу, он направил на рентген, а рентген будет готов только в понедельник. Тогда будет ясно, что там у меня и надо ли делать пункцию. А эти два дня мне придется помучиться и потерпеть, только спать совершенно невозможно.

25 июля 1993.

     Прошла неделя. Опишу понедельник 19 июля, который действительно был тяжелым днем. В это день у мамы, папы и меня были очень неприятные контакты с врачами. Папе удалили зуб, тяжело, больно, с осложнениями. Он себя очень плохо чувствовал.
     Мне делали прокол в носу, откачивали гной - очень больно! После этого несколько часов из носа вытекала кровь, я меняла тампон. В общем, состояние после операции не самое хорошее.
     У мамы было самое тяжелое - ей в онкодиспансере делали колоноскопию с биопсией.  Она успела доехать домой, и тут у нее открылось кровотечение. Мы вызвали Скорую. Они хотели отвезти ее в больницу. Но я вышла с врачом в коридор и объяснила реальное положение дел у мамы, попросив не забирать ее в больницу. Они сделали ей кровеостанавливающие уколы, подождали, пока все затихнет. Правда, уколы помогли.

    На душе у меня было плохо и жутко до ужаса, как будто приблизилась мамина смерть. Этот ужас описать невозможно! Я плакала в ванной и очень хотела, чтобы кто-нибудь мне сейчас позвонил: подруга или Сережа. Ему я сама собиралась позвонить, поговорить о маминой болезни или просто пожаловаться.
    И вдруг Сережа позвонил вечером, словно получил мои сигналы. Мы встретились в половине десятого на моей остановке. Я еле-еле подавила комок в горле - так хотела сразу ему выложить нашу семейную боль. Но он был навеселе, заулыбался своей обворожительной улыбкой, приобнял, поцеловал в плечо. Мне сразу стало ясно, что мое горе ему  совершенно не интересно. Я нужна ему красивая, веселая, без забот, без проблем. Так что я мысленно отказалась от серьезного разговора с ним, ходила с тяжестью на сердце.

    Мы не виделись два года, но встретились так, будто расстались только вчера. Он все такой же игривый: "Ленусик, я тебя хочу! Я соскучился по твоим красивым ножкам." Вот и весь сказ.

     Начался мелкий дождь. Куда нам деваться? Поехали к нему. Я чувствовала себя неважно после прокола, но все равно поехала. Пока добрались до его дома, вымокли, конечно. Первым делом я попросила таз с горячей водой для ног, потом шерстяные носки, потом горячий чай с малиной, потом сигарету. Так что Сережа не успевал поворачиваться и даже сказал:"Ох, тяжело!" Ага, отвык ухаживать за женщиной.

  ...В постели мне с ним, конечно же, было очень хорошо, как раньше, как всегда. Не могу не согласиться с его словами о том, что мы подходим друг другу в интимном отношении. Совершенно верно - у нас с ним стопроцентная сексуальная совместимость. Но как человека - я его не приемлю, не уважаю и как мужа, не хотела бы иметь.

    Для меня это была встреча-прощание. Я говорила ему о своей любви в прошедшем времени, подводила итог, ставила точку в нашем многолетнем романе. У меня было предчувствие, что мы больше с ним не увидимся - из-за маминой серьезной болезни у меня больше нет и не будет ни времени, ни сил на ночные бурные свидания. Мои слова ему не понравились. Признаюсь, что и я говорила все это не без сожаления. Как мне приятно его лицо (а усы уже не черные - появились седые волосы - жаль!) Все равно я любуюсь им и не могу налюбоваться. Ему в этом году будет 40 лет.

    Ночью я почти не спала на его старой тесной тахте. Он хорошо прижимался ко 
 мне, такой горячий, с нежными пальцами. Когда я тяжело вздыхала:"О, господи!", думая о маме, он спрашивал:"Что, что?"
  - Ничего, потом. Спи.
И он засыпал опять.

    А в 6 часов утра я ушла, не требуя и не желая его провожаний. Он стоял в коридоре такой уставший, невыспавшийся, небритый, что мне стало его жалко. Но своей болью я с ним делиться не захотела.

2 августа 1993. 

    Оказывается, не все предчувствия сбываются. У нас была еще одна встреча с Сережей, совершенно неожиданная. Был день вторник, 27 июля. Я ходила в парикмахерскую и сделала стрижку "каприз", которая мне очень идет.
    Вечером вдруг зазвонил телефон, и это вдруг оказался Сережа. Разговор был короткий, мы быстро договорились о встрече сегодня в 10 часов, у цирка. Никаких возражений с моей стороны.
    Как я хорошо выглядела: с новой прической, в белом сарафане с открытыми плечами! Летняя, легкая, воздушная, я не ощущала своего возраста, я бежала на свидание к любимому, мечтая только о его объятиях. Он ждет меня, я еду.

   Опоздала на 15 минут, уже стемнело. Вот он. Навеселе, как часто он бывает. Но я отмахнулась от этого. Главное, что мы хотим друг друга. Мы присели на несколько минут в парке, в ЖИМе. Но он не может сидеть спокойно рядом со мной: начинает обнимать, целовать, гладить колени и т.д.
   Мы пошли к нему пешком. По дороге мы говорили о наших чувствах, не переставая удивляться тому, что мы их действительно испытываем друг к другу уже столько лет!
   Как я люблю лето, летние теплые, ни с чем не сравнимые вечера! Я сказала ему, что когда сегодня днем я ходила по городу в этом сарафане, на меня очень смотрели мужчины.

   Дома у него все было прекрасно. Он великолепен, как всегда. С какой радостью я всегда ему отдаюсь. Лучше Сережи у меня никого не было. Если б можно было встречаться почаще! Ведь уходят годы, уходит молодость... Как он этого не понимает!

   В эту встречу он признался мне, что грешен, что у него были другие женщины. Я сказала:
  -Мне все равно, лишь бы ты был здоров. Ты понимаешь, что я имею ввиду?

Это правда - я, кажется, освободилась от бешеной ревности.
   Я ушла рано, так как мне надо было к 8 часам утра в поликлинику. Какое было жаркое утро! Какое у меня было необыкновенное настроение!

   Да, он проводил меня до остановки, оглядел меня с головы до ног и прямо ахнул:"Он прозрачный!"
  - Кто? - не поняла я.
  - Твой сарафан.
  - А-а, теперь я поняла, почему мужчины так смотрели на меня. Ну, прощай!
  - Ни в коем случае, ни за что. Я с тобой прощаться не хочу.


Вот и кончился июль.


Продолжение следует.