Безнравственно говорить с голодным о нравственност

            
                               
               
                У врат обители святой
                Стоял просящий подаянья                               
                Бедняк иссохший, чуть живой               
                От глада, жажды и страданья               
               
                Куска лишь хлеба он просил,               
                И взор являл живую муку,               
                И кто-то камень положил
                В его протянутую руку.               

                Так я молил твоей любви               
                С слезами горькими, с тоскою               
                Так чувства лучшие мои               
                Обмануты навек тобою!
 
                "Нищий" М.Ю. Лермонтов
                1830 г.               

 
               
               
 ”Нищие”, во времена М. Ю. Лермонтова, – это очень бедные, неимущие люди, живущие подаянием и милостыней.

Положить камень, вместо хлеба, в протянутую руку страждущего, иссохшего от глада и жажды человека – потрясающая, по глубине, поэтическая аллегория обмана лучших чувств, надежд и ожиданий.

 В трёх четверостишьях, создан гениальный авторский образ обманутого “нищего духом”, – человека, с добрым сердцем, отдающего свои чувства на служение добру.

 В современном постиндустриальном мире, - “нищих” и “нищеты”, в лермонтовском понимании, не существует. Сегодня - в употреблении акроним – БОМЖ (человек Без Определённого Места Жительства) и понятие “нищеброд” (малообеспеченный человек, а также человек с хорошим доходом, но имеющий менталитет бедняка, скряги и крохобора).

 Для адаптации этих понятий, современному человеку, необходимо владеть двумя языками чувств, - глубинным (традиционным) и современным (сленговым), чтобы свободно переносить интонации, смыслы, ритмы и культурные коды между представлениями людей прошлого, современников М. Ю. Лермонтова, и людей настоящего времени.

 Конечно, каждая страна имеет свои неповторимые прелести богатства и свои образы бедности.

 Сегодня, на паперти наших храмов и соборов, алчущих и просящих кусок хлеба, одетых в “рубище” или “лохмотья” нищих, днём с огнём, не сыскать.
 
 “Попрошайничество”, как явление древнейшее, в первой четверти 21века, превратилось в некую гипертрофированную форму бизнес - индустрии, где задействованы обоеполые люди всех возрастов: дети, старики, женщины, тунеядцы и алкоголики, помешанные, юродивые и блаженные.

Стихотворение М.Ю. Лермонтова “Нищий”, использованное в качестве
эпиграфа, упомянуто в связи с желанием рассказать о реальных историях, связанных с нищими и их обманутыми надеждами.

 На главной улице города у синего моря, в самом её центре, расположен Собор Покрова Пресвятой Богородицы. Золотые купола собора, колокольный перезвон, толпы православного люда, и, непременный атрибут любого храмового комплекса, - десятки “нищих попрошаек” на паперти, у ворот и вдоль заборов ограждения. В протянутой руке просящих подаяния пластиковые стаканы, тарелки и коробочки.

 Хлеба никто не просит!  В качестве милостыни принимаются только деньги!

 В годы войны, количество попрошаек значительно увеличилось за счёт, как бывших “участников СВО”, так и тех, кто просто “косит под героев колчаковских фронтов”.      

 Просящие подаяния и милостыню – представляют собой структурированное сообщество, имеющее строгую иерархию.

 На вершине иерархической пирамиды находятся “профессиональные попрошайки-одиночки”, – это “старатели”, застолбившие доходное место на “прииске”, и, десятками лет, на одном “рабочем разрезе”, собирающие деньги у сердобольных граждан. Ежедневно, в конце восьмичасового рабочего “дня Сурка”, просители подаяния снимают маску Евангелистского “нищего Лазаря”,    вызывают по Айфону такси и едут в собственные дома и квартиры.

 Следующая ступень в иерархии, самая многочисленная, – это БОМЖ-и (алкоголики, наркоманы, синяки) – эта категория, как правило, “работает” небольшими группами. С раннего утра, методом бригадного подряда, эта братия суетно озабочена сбором средств на “бухло”, с единственной целью, - чтобы выпить, подраться, и, с подбитыми глазами, синюшной “мордой лица” и мокрыми штанами уснуть где-нибудь под лавочкой, в тени малых архитектурных форм.

 Удивительно, но в сообществе бомжей, которое, само по себе, уже является “днищем” социума, существует каста “неприкасаемых и опущенных”, изгнанных из системы бригадного подряда, это бомжи–одиночки или “синяки”.

 Третья группа в иерархии попрошаек, – самая молодая, порождённая новейшей историей, - это “ряженые герои колчаковских фронтов”, “переселенцы, беженцы, погорельцы” и те, кому не хватает 100 рублей на билет, чтобы доехать домой, в освобождённый от “бендеровцев”, пгт Нью-Йорк.

 И, наконец, на особицу, вне иерархии, появилась новая общность попрошаек, - дети, девяти – двенадцати лет, ухоженные и вполне респектабельные, но просящие деньги у прохожих. Чаще всего, без повода и объяснения, а просто:
“дайте, пожалуйста, 20 рублей”.
 Иногда, предлагаются платные услуги и даже прейскурант с ценами, причём, есть скидки для пенсионеров и членов профсоюзов.   Это интереснейшее и прелюбопытное явление. И, поскольку, у меня есть свежий клиентский опыт в сфере этих услуг, спешу поделиться впечатлениями.

 Итак. Осень. Парк. Солнечный тёплый день. Мы с женой сидим на лавочке, никого не трогаем, общаемся, ведем неспешный разговор “о временах и нравах”,   отдыхаем. Неожиданно, из потока прохожих, отделяется мальчик 10 – 12 лет, и, без приветственных реверансов, напористо предлагает нам “трамповскую сделку”:

   - Здравствуйте, меня зовут Олег. Если вы любите юмор, я могу рассказать анекдоты, по вашему выбору, а, вы, если анекдот понравится, - заплатите мне
5 рублей.

 Мы, сначала, опешили. В жизни предлагались всякие–разные услуги, иногда, сомнительного свойства, например, -от наперсточников и цыган, уличных фокусников и музыкантов…, а вот детям, за анекдоты, платить не приходилось.  Но, любопытство, всё-таки, победило:

   - Пять рублей мы заплатим, но какие анекдоты ты рассказываешь? На какую тему? о чём? можешь огласить свой репертуар? - меня, на самом деле, интересовал вопрос: какие анекдоты может рассказывать мальчик, в возрасте моего правнука, чтобы юмор понравился “душному” прадеду?

 - А, это по вашему предпочтению, -сказал мальчик, неспешно, загибая пальцы на руках и, делая акцентированные паузы там, где, как ему казалось, в моих глазах улавливался резонанс “спроса” и “предложения”, - выбирайте, анекдоты на самые разные темы, например, - “политические”, “еврейские”, “о программистах”, “о полиции”, “о священниках”, “советские”, “о врачах”, “о диких и домашних животных”…

 Мне пришлось поднять руку, чтобы остановить Олега, ибо оглашение могло продолжаться ещё долго. Из представленного перечня тем анекдотов, меня, “древнего” ценителя и любителя этого жанра, заинтересовали, не столько темы, сколько сам юный рассказчик анекдотов. Во мне активировался возрастной “душнила”, который требовал диалога с Олегом, дабы получить ответы на ряд вопросов о нём самом.

 После блиц-интервью с Олегом, выяснилось, что он семиклассник, ему 12 лет, он не знает таблицу умножения, правил грамматики и правописания, представления не имеет о летоисчислении и определении времени по циферблату часов, если они не электронные. Солнце, по убеждению Олега, вращается вокруг неподвижной Земли, а основы физики, химии, истории – это вообще “тёмный беспросветный густой лес”.

 Все эти пробелы в образовании, по его мнению, - легко редактируются с помощью всеобщей андроидизации, айфонизации и смартфонизации учебного и воспитательного процесса в детсадах, школах и университетах.

 Наверное, мои представления устарели, - может быть, “образование” - это, вовсе, не процесс формирования в человеке “образа Божьего”, и, надо смотреть на эту проблему глазами министра образования РФ, который собственноручно, корявым почерком, написал поздравление с юбилеем легендарного детского лагеря “Артек”, с грамматическими ошибками.

 Необразованный министр образования – это оксюморон и тавтология, вызывающая у людей пожилого возраста, взрыв мозга или, как сейчас говорят, когнитивный диссонанс.

 И, коль скоро, министру образования не требуется быть блестящее образованным, то, может быть, и к Олегу надо относится терпимо, без пред-осуждения, с пониманием и осторожным оптимизмом, - кто его знает, какие превратности судьбы его ожидают! Один мой знакомый, о подобных предубеждениях, говорил:
 “Если бы это было так, это ещё ничего. Если бы, конечно, оно так и было…
Но так как это не так, так оно и не этак!”
 
 Забегая вперёд, должен признаться в том, что недостаток возрастного образования Олега, вполне компенсировалось его, не детскими, личностными качествами: коммуникабельностью, здравой рассудительностью. самостоятельностью, отменным чувством юмора, осознанием своих целей и возможностей, совсем не детской логикой мышления.

 Общаясь с Олегом, и слушая его анекдоты, поймал себя на мысли, что мы с ним из разных эпох. Он употребляет слова и сленги эпохи квантовой и цифровой коммуникации, не всегда глубоко понимает их суть и смыслы, но удивительно точно впрягает их в анекдотах и в общении.

 Для меня, человека “доцифровой” эпохи, употребление терминов, без чёткого понимания их сути, недопустимая вольность.
 
 Видимо, разница между этими эпохами заключается в том, что в эпоху компьютеризации (цифровизации), передача смыслов, идей, чувств, эмоций сводится к твитам, мемам, эмодзи, стикерам, без погружения в глубины смыслов.
            
 Анекдоты от Олега, не дорогие, “по 5 рублей за штуку”,” бизнес” необычный и не востребованный, больше похожий на навязчивые услуги “Свидетелей Иеговы”, но, как выяснилось, цели его вполне приземленные, - он не попрошайничает, а, как ИП (индивидуальный предприниматель) зарабатывает деньги на покупку “навороченного” электро-самоката.

 Что может быть плохого в том, что подросток нашёл эффективный способ монетизации своего таланта? Тем более, анекдоты Олег рассказывает талантливо, не по-детски, а, как артист разговорного жанра “в театре одного актёра”, передавая интонации в диалогах, - живым словом и вербально, с умным юмором и самоиронией.               

 Чтобы реализовать свою мечту, Олег надеется только на себя, а не на родителей: папу, - “пропавшего без вести” или маму, - “работающей на двух подработках, помимо основной, - медсестры в детском саду”. 

 В конце нашего общения созрело решение оплатить услуги не по прейскуранту, а пощедрее, чтобы внести свою посильную лепту в реализацию мечты Олега. Нам очень хотелось, чтобы сделка прошла “по-честному”: он – предоставил услуги, а мы – их “достойно” оценили и оплатили.

 Из множества анекдотов и юморных картинок, рассказанных Олегом, значительная часть была знакома, но “старые, с бородой” и однообразные анекдоты исполнялись в современной интерпретации.
 Весь репертуар пересказывать не буду, а выставлю несколько тех, что запомнились.

            *                *                *      
 “На экзамене студент Сидоров неожиданно для себя вытянул военный билет”

            *                *                *


    “Еврейский супер-герой Яков умеет летать, но всё равно ездит на трамвае, потому что у него проездной”

            *                *                *
       “Амбиции” – это когда идёшь на экзамен, думаешь, что знаешь на “2”, а когда ставят “4”, удивляешься почему не “5”

            *                *                *
         Два опера звонят с докладом в убойный отдел.
                - Что у вас?
                - Покушение на убийство. Мужчина 38 лет, жена ударила его сковородкой 6 раз за то, что он наступил на мокрый, только-что вымытый пол. На скорой доставлен в реанимацию.
                - А жену его вы задержали?
                - Нет, пол ещё мокрый.

             *                *                *               
                - Откуда фингал под глазом?
                - Из-за девушки подрался!
                - С кем?
                - С женой…

             *                *                *               

         - Сегодня в нашей студии дрессировщик коров Пётр Сергеевич Иванов.
Пётр Сергеевич, ваш номер поражает своей необычностью, ведь всем известно, что коровы необычайно глупые животные и дрессировке не поддаются. Как вам удалось добиться таких успехов?
         - Легко. Видите ли, до того, как прийти в цирк, я работал системным администратором.

              *                *                *

         - Можно – ли загадывать желания, сидя между двумя программистами?
         - Можно, но будет глючить!





Оценивать деятельность ”ИП”, - малолетнего школьника Олега, можно по-разному, - от гневного осуждения: куда смотрят школа, семья, полиция, общественность? – и до оценки состояния морали и нравственности в государстве: детское попрошайничество, в любой форме, незаконно и безнравственно! 
По моему убеждению, - безнравственно говорить голодному или бедному о нравственности…