Алголагния. Ожидаемый визит

15 апреля 30 года от Рождества Христова

Ершалаим, провинция Иудея, Римская империя

Легат императора Тиберия Луций Корнелий Пулл сидел за столом в своём кабинете в небольшом доме рядом с дворцом префекта, который служил одновременно и его офисом, и служебной квартирой - и читал донесения информаторов о (якобы) имевшем место воскресении Иисуса Назарянина.

Девятого апреля, утром третьего дня после смерти Иисуса на кресте (чему было достаточно свидетелей, чтобы у Луция не осталось ни малейшего сомнения), гробницу Иисуса посетили пять человек.

Мария Магдалина; Мария Клеопа; Саломея; Симон (он же Пётр) и Иоанн. Все стали свидетелями… да, пожалуй, что чуда. Гигантский камень, закрывавший вход в гробницу, был отодвинут на значительное расстояние; стража безбожно дрыхла; рядом с каменным ложем лежали саван и покров для лица… а собственно распятый, умерший и погребенный… исчез.

Это Луций знал… точнее, узнал тем же утром… гораздо интереснее была другая информация. По сведениям из заслуживающего доверия источника (одного из его лучших агентов), искать тело ученики Иисуса (Иоанн и Симон/Пётр) побоялись. Они побрели назад в город, полные печального недоумения.

У могилы осталась одна Магдалина. Погруженная в… не столько горе, сколько полное недоумение, она не заметила, что её тёзка и Саломея куда–то делись (агент так и не смог установить, куда именно делись).

Мария Магдалина решила, что исчезновение тела им всем просто почудилось (при жизни Иисус ещё и не такие иллюзии организовывал) … и решила внимательно исследовать склеп ещё раз.

Она направилась к отверстию пещеры и неожиданно увидела там двух неизвестных ей мужчин в белых одеждах.

«Женщина, почему ты плачешь?» - спросили один из них (видимо, старший).

Она грустно вздохнула: «Потому что взяли Господа моего, и не знаю, где положили Его…».  В ней проснулась надежда: может быть, эти люди объяснят ей случившееся? В тот же миг Магдалина почувствовала, что сзади нее кто–то стоит, оглянулась, и ... ей показалось, что садовника. Который может что-то знать…

«Женщина, почему ты плачешь? Кого ищешь?» - спросил незнакомец.

«Господин» - умоляющим тоном обратилась она к нему, «если ты унес Его тело, скажи мне, где ты Его положил, и я Его возьму…»

«Мария!» - прозвучал до боли знакомый голос. Все всколыхнулось в ней. Сомнений не было. Это Он… но этого просто не могло быть. Ибо он ушёл туда, откуда не возвращаются… никто до сих пор не вернулся…

«Учитель!» - вскричала Магдалина.  И упала к Его ногам.

«Не прикасайся ко Мне», - предостерег ее Иисус, «ибо Я еще не взошел к Отцу Моему; но иди к братьям Моим и скажи им, что я восхожу к отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему» …

Обезумевшая от радости, Мария Магдалина бросилась прочь из сада.

Вестницей неслыханного, небывалого вбежала она в дом, где царил траур, но ни один из присутствовавших не принял ее восторженных слов всерьез. Все решили, что бедная женщина с горя потеряла рассудок.

То же самое подумали они, когда вслед за ней появились Иоанна, Мария Клеопова и Саломея и стали, перебивая друг друга, уверять, что Учитель жив, что они видели Его своими глазами. Они рассказали, как спустились в пещеру, когда Мария Магдалина уходила позвать учеников, и нашли там юношу в белой одежде.

«Не ужасайтесь!» — сказал он. «Иисуса ищете Назарянина, распятого. Он восстал из мёртвых; Его нет здесь. Вот место, где положили Его. Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее. Там вы Его увидите, как Он сказал вам».

Женщины признались, что сначала им было страшно говорить об увиденном, но потом Сам Иисус явился им на дороге и повторил повеление всем идти в Галилею.

Согласно третьему донесению, Назарянин явился некоему Кифе, потом – всем своим двенадцати ученикам; затем более, чем пятистам братьям; затем явился апостолу Иакову, потом всем апостолам… и вот теперь…

Луций поднял голову – и без малейшего удивления увидел, что смотрит прямо в лицо воскресшему Назарянину. Подготовка Луция была лучшей в империи; у него был колоссальный опыт… но, тем не менее, он не услышал, не увидел и даже не почувствовал приближение существа вполне себе из плоти и крови.

Луция это не удивило – после того, как Назарянин силой внушения убедил не один десяток человек, что они пьют вино (хотя на самом деле они пили воду), Он запросто мог сделать себя невидимым и неслышимым для кого угодно.

«Привет» - доброжелательно произнёс Луций. И махнул в сторону гостевого кресла: «Присаживайся… угощайся…».

Назарянин удивлённо вздохнул, но в кресло сел, взял из корзины свежее яблоко (в Палестине снимали два урожая в год), откусил, прожевал и осведомился: «Ты совершенно не удивлён ни Моему воскресению, ни Моему визиту… почему?»

Луций Корнелий Пулл объяснил.