Распад империй. Много крови и до и после! Ч. 4

(Продолжение.  «Распад империй. Много крови и до и после! Ч.3».

                Мы все учились понемногу
                Чему-нибудь и как-нибудь,
                Так воспитаньем, слава богу,
                У нас немудрено блеснуть.
                А.С.Пушкин. «Евгений Онегин»

Ну, наконец – то, уже пора приступить к заявленной теме. Постараюсь по возможности быть кратким. Но если придется привлечь к повествованию отступления, куда ж без них, прошу не роптать!
Впрочем, и с отступлениями постараюсь долго не возиться.
Закономерен вопрос «Как относиться к отступлениям?»

Замечу, что перед вами не автореферат диссертационной работы, который должен быть ограничен по количеству страниц.
Ведь, скажу по секрету, мне уже известен вывод, которым должно заканчиваться настоящее эссе.
И этот вывод я вполне мог бы, не развивая тему, поместить в первую часть настоящего эссе, сделав его очень коротким, всего в несколько предложений.
А для обоснования вывода, потребовалось бы написать текст, который уже воспроизведен в нескольких частях и нуждается в дальнейшем продолжении, чем и занимаюсь.
Сегодня, вступив в завершающий этап своего существования, отношусь к отступлениям иначе, чем в начале жизненного пути, когда текст с художественными отступлениями просто пропускал при чтении.
А зря.
Ведь описание отступлений их авторами производилось не случайно, а преследовало определенную цель, которую автор имел в виду.
В те далекие годы, одна моя знакомая, поступавшая на филфак МГУ писала сочинение на экзамене по русскому языку на тему «Художественные отступления в прозе Н.В.Гоголя».
Тогда я сразу понял, что никогда б не смог написать сочинение на подобную тему!
А вы б смогли?

С чего начнем?
Самый главный вопрос при рассмотрении любой исторической проблемы – где начало.
Пожалуй я начну с Петра Первого.
Не возражаете?
Все – таки жил очень давно, больше трехсот лет назад.
И за этот период много появилось империй. Да и рухнуло в небытие немало, есть о чем порассуждать, материала в избытке.
Не станем забывать, что история – это не только, весьма мотивированные, факты, но и оценки этих фактов и их последовательности.
Иногда последовательность исторических фактов успешно поддается несложной статистической обработке. Статистика не врет.

Итак, 2 ноября 1721 года Петя №1 объявил себя Российским императором, заодно этим же днем произвел своим Указом ребрендинг Московии в Руссию, в Российскую империю.
Чего вдруг?
И почему именно в 1721 г., за 4 года до смерти в 52 года. До смерти, в результате целого пучка болезней, изматывавших его физически.
Царь – таки, а прожить долго не получилось.
Вот тебе и медицина! Хотя надо быть честным, эпилепсия с детства, не поддается излечению.
Слава Богу, советская власть прекратила это безобразие.
Это я про отсутствие достойной медицины.

Про лечение холопов и говорить даже как – то неприлично.
Впрочем, прошло всего 2 года, т.е. Пете был уже полтинник, как он решил осчастливить холопов, законодательно, опять же своим Указом, введя крепостное право. Все – таки любовь, как и ненависть – сильное чувство.
Хотя правильнее ненависть, как и любовь – сильное чувство.
Не стану пока что, до поры, до времени, нанизывать другие факты на повествование, как мясо на шампуры.
Придется, извиняюсь, опять чуток отступить.

После Первой мировой войны, унесшей жизни около 2-х миллионов жителей Российской империи, помним, созданной Петей №1, после страшной гражданской войны, унесшей 12 миллионов жизней с обеих сторон – и белых и красных, закончившейся победой красных.
После блестяще организованной отправки уцелевших представителей правящих классов РИ и немногочисленного культурного слоя страны, оставшегося в живых после гражданской войны на т.н. «философских пароходах».
Оставшееся  в живых население «государства рабочих и крестьян» на 80% крестьянское, и не вспоминало про дворян, фрейлин, царей, графьев и разных там баронов вплоть до 1943 года.

Напомнить, что это был за год?
Это было время, когда прогнозировать результат боевых действий между армиями Гитлера и Сталина, не решился бы ни один военный эксперт.
Это было время, когда благотворный для государства, руководимого  диктатором Сталиным,  перелом в войне еще не наступил.
И Сталин решил усилить чувство патриотизма среди подконтрольного населения, приказав «инженерам человеческих душ» взяться, наконец, за создание подходящих для этого произведений о событиях, кои не обязательно имели место.
И  посыпались эти военно – патриотические сказки, как из рога изобилия.
Тут и сказка про А.Маресьева и про 28 панфиловцев.

И лично Сталиным избранная, давно забытая простым людом персона, которую Сталин посчитал, разумеется, по незнанию, образцом русского патриотизма.
А поручил эту сказку исполнить Красному графу Алексею Толстому.
Мол, « и будет тебе простое человеческое счастье», а я уж позабочусь, чтоб оно наступило.
И граф исполнил заказ, родив произведение – роман «Петр Первый», которое трудно назвать литературным, так как получилась обычная малохудожественная заказуха, превратившая диктатора, ненавидевшего подконтрольное население, превратившего народ в крепостное быдло, обложив его огромным числом налогов, словом, как обычный оккупант, в героя земли русской.
Честно скажу, не смог осилить и пару десятков страниц этой малохудожественной поделки.
Ну, а графа понесло. И он родил еще много чего прочего, настрогав аж 8 томов избранного.
Не брезгуя откровенным плагиатом. Это я про Буратино, можно сказать, родного брата итальянца Пиноккио.
Впрочем, он не один такой в русской детской литературе.

Уже тогда, когда деревья были большими, стало ясно, что великие светила отечественной литературы грешат по части обратной разработки (то бишь, плагиата) и даже очень.
Вот “Буратино” А.Толстого 1936 года.
Он же, слегка переписанный в надежде на незнание отечественными читателями итальянского, “Пиноккио” авторства Карло Коллоди.
У Буратино, в отличие от оригинала – Пиноккио, нос которого  удлиняется, когда он врет,  нос свой толстовский оригинальный не удлиняющийся, а потому и не плагиат.
Равно как не плагиат в шести томах, которые сваяли последователи успешного первопроходца.
Поэтому более 15 лет назад, 6 – томник  А.Толстого перекочевал из книжного шкафа в одну из коробок, ныне хранящейся в гараже. И уверен, не стану стараться никого убеждать прочтению хотя бы одного из протезведений А.Толстого.
Протезведение отличается от художественного произведения тем, что, как и протез, только внешне напоминает человеческий орган, коему является заменой!

Ну, а если Толстому можно, то почему другим нельзя.
И в 1939 году появляется “Волшебник Изумрудного Города” Александра Волкова (перепев “Удивительного волшебника из страны Оз” американца Лаймена Баума от 1900).
Но время сложное, идеологическая борьба, да и ни к чему эти детали… и не все по-английски могли.
Тема оказалась плодородной и вылилась в шесть книг Волкова плюс одну повесть и еще две серии книг его последователей.

Канадец Палмер Кокс придумал в своих комиксах 1887 года Незнайку, а будущая белоэмигрантка Анна Хвольсон в 1889 году написала к ним русский текст.
Нам же Незнайка да и Мурзилка в придачу достались явно не от Хвольсон (в девичестве Душкина).
Особенно тяжело было Мурзилке превратившегося в одноименном журнале из лентяя и франта, каким он был у Хвольсон в 1889 году, сперва в собачку (1924), потом в одного корреспондента (1937), затем другого (1955).
Совсем как у В.Высоцкого: ”хорошую религию придумали индусы”.

Незнайку же воскресил Николай Носов значительно позже (1954), когда тех, кто мог еще помнить оригинал, читанный в детстве, можно было подвести под правило согласно которому “иных уж нет, а те далече”.
Ведь принцип “новое – это хорошо забытое старое” никто не отменял.
Ну, а далее оставалось только активно разрабатывать золотую жилу.
И разрабатывали – Носов опубликовал три книги, а его шесть талантливых последователей еще двенадцать.
Короче, общий план ясен – дела идут, контора пишет, бухгалтер деньги выдает.
 
Извиняюсь, опять ушел в сторону.
Возвращаюсь к моему герою – Пете number one. Пете, ставшем,  по высочайшему повелению,  героем потомков населения, кое он нещадно уничтожал.
Кстати, готовясь к настоящему повествованию, начал, как всегда, со справочной информации из Вики.
И как был поражен, от сообщения, что Петя, после появления на свет, был крещен в православие.
Почему поражен.
Только потому, что мне кое – что уже известно.

В частности, что самопроизвольно возникшая на рубеже 14 – 15 веков московская правоверная церковь как клуб среди тюркской знати, была принята Константинополем в семью православных церквей после 3 июля 1700 г., когда был заключен договор о разводе Московского государства с Османской империей. А Московия обрела независимость!
К Договору от 3 июля 1700 г. придется ниже обратиться!

А если уж Петя был крещен, впитал христианство с молоком матери, то бишь с взрослением должен был бы превратиться в апологета христианства, то  как можно объяснить разнузданное действо - пародию на христианство под названием «Всешутейший, всепьянейший и сумасброднейший собор».
Это действо  Петр I организовал со своими сподвижниками в 18 – летнем возрасте.
В его основу легла пародия на Церковь: участники высмеивали ее иерархию и ритуалы, устраивая пьяные загулы.
В состав собора входили первые лица государства — полководцы, политики, представители самых знатных фамилий.
А коль они участвовали в сем разнузданном шоу – пародии на христианство, то это автоматически означает, что их невозможно отнести к апологетам христианской церкви!
Не находите?

 Собор просуществовал около 30 лет — с начала 1690-х до середины 1720-х годов,   внеся свою лепту в восприятие царя слоями общества как Антихриста.
Кстати, и Петя перешел в мир иной тоже в середине 1720 – х.
Скончался  28.01.1725 г.
То есть, практически всю свою сознательную жизнь посвятил издевательству над христианским вероучением.
А вы говорите – православный?
Не смешно?

Ну как, вы, уважаемый читатель, можете назвать Петю христианином?
Если нет, то очевиден вывод – он, скорее всего, был мусульманином, как и все цари до него.
Еще бы, его мать, которую официальные историки окрестили Натальей Нарышкиной, была то ли дочерью, то ли внучкой крымского хана Нарыша.
Это автоматически означает родство Пети с крымским ханом.
Да вы посмотрите на лицо Пети, увековеченное посмертной гипсовой маской лица, с которой, видимо,  и писал картину с изображением Пети художник А.П.Антропов (1772 г.) или прижизненный портрет царя кисти Ж.-М. Натье (1717 г.).
Вылитый чингизид.
Как и его предшественник, названный Иваном Грозным.

Как вам это?
Вы можете сказать: «Ну, и что из того?».
Сказать то можно все, что угодно.
Но, уверен, это объясняет множество его последующих поступков.
И главное, есть вполне документальное свидетельство, объясняющее действа Пети.
Это Константинопольский договор от 03 июля 1700 г., о котором шла речь выше и к которому придется обращаться ниже.
Но опять придется извиняться, увы, за отступление от выбранной темы, которую я продекларировал названием настоящего эссе. Хотя, как сказать, и это тоже в кон.
Так что, придется попридержать коней.

В 1948 году из печати вышел «Дипломатический словарь» под редакцией, а вот тут внимание, двух главных редакторов. Согласитесь, два главных редактора, т.е. лица, отвечающие за содержание статей словаря, это необычно.
В соответствии с общепринятыми правилами, главный редактор обычно один, а все остальные персоны объединяются в группу под названием «редакторская группа».
А тут сразу двое.
Ничего удивительного, если знаешь, кто эти персоны.
Еще раз, 1948 год. Уже убит по приказу Сталина С.Михоэлс и сформированным Сталиным (Джугашвили) будущим правительством Израиля назначен руководителем 73 – летний заместитель министра иностранных дел СССР Соломон Лозовский.
Хотели, как лучше, а получилось, как всегда – дело не пошло!
Евреи, провозгласив независимость Израиля, обошлись без сталинской указивки.

Вот именно С.Лозовский – профессионал же в дипломатии, и был одним из главных редакторов словаря.
А другой?
Им был непотопляемый авианосец Сталина – Андрей Вышинский, которого Сталин за ручку вел, сквозь года, перемещая с одного начальственного поста на другой.
Именно тот самый Вышинский, который придумал, что «признание обвиняемого – царица доказательств», открыв широкую дорогу к пыткам лиц, назначенных в обвиняемые.
А НКВД и рад стараться.

Почему Сталин столь высоко ценил этого человека?
Только потому, что этот фрукт, как и Джугашвили, при царизме был обвинен в уголовных преступлениях, осужден и отбывал наказание в одной камере с Д.
Понятно ли?
А назначен он был главным редактором словаря, для контроля идеологической выдержанности текста, как всегда было в СССР.
И после этого отступления возвращаемся к Константинопольскому договору от 03 июля 1700 г.
Этот договор в словаре с подачи Вышинского был назван мирным, хотя назвать его мирным, как вы сами убедитесь, можно с большой натяжкой.
На самом деле, как это следует из Статьи 8 Договора – это договор о разводе Московского государства и соответственном, как обычно, дележе имущества с Османской империей, видите, опять про империю, куда Московии входила составной частью.
А все признаки вхождения Московии в состав империи и обстоятельства заключения Договора, говорят о справедливости оценки Договора, как документа о дружественном расторжении брака.
Всего – то!

Вынужден закончить эту часть, т.к. неожиданно для меня получился весьма длинный текст.
Продолжу в следующей части.

(Продолжение следует)

16.11.2022