Обычная эмигрантская история

   Мой сын называл его «Красным» директором. Видимо, он ему напоминал персонажей старых патриотических фильмов о настоящих коммунистах. Внешне он не был похож на Урбанского*, а вот манера держаться, разговаривать, убеждать соответствовала героическому типажу.
   Фёдор Иванович Колодиев был самым популярным человеком в русской диаспоре Канберры. Его трудовую биографию знали все. Крупный специалист мясомолочной отрасли, он ввёл в эксплуатацию около сотни комбинатов по всей стране. Обладал невероятной харизмой. Люди тянулись к нему, как на свет. А он щедро делился своей неиссякаемой жизненной энергией с собеседниками. Пары минут общения хватало, чтобы настроение улучшилось.
   Я познакомился с ним на барбекю по приезду в Австралию.
   – Пока ты прохлаждался в России, мы зря времени здесь не теряли, – как старому знакомому, приветливо сказал Фёдор Иванович, протягивая мне бокал красного вина.
      За этой простой фразой не скрывалось никакого подвоха или неодобрения, настолько доброжелательно она прозвучала. Между нами легко завязался разговор. Я узнал, что Фёдор Иванович с супругой переехали в Канберру по семейной визе. Здесь, в начале лихих девяностых обосновались их старшая дочь с мужем, оба математики, выпускники МГУ, отчаявшиеся найти работу по специальности в Москве. А вышедшего на пенсию Фёдора Ивановича ничто в родном Волгограде не удерживало.
    Был он бессребреником. Никогда не ловчил, не занимался накопительством, заработанное тратил на близких и знакомых, помогал нуждающимся. Трехкомнатную «хрущовку» и гараж, построенный на собственные деньги, он продал за бесценок. На фоне благополучной Австралии родная страна после развала СССР не радовала:
    – Понимаешь Саша, я, коммунист со стажем, всю жизнь проработал на благо Родины, причём на ответственных постах, занимал высокие должности.  Сколько комбинатов – мясных, молочных, минеральных вод построил! Некоторыми руководил. И что же я заслужил? Копеечную пенсию в сто долларов в месяц и «хрущовку» после долгих лет стояния в очереди, как простой работяга. А тут? Не успел приехать, мне дают дом с тремя спальнями, кухней и гостиной с арендной платой за счет государства. Я оплачиваю только электричество, воду и канализацию по льготному тарифу. Мне дают пенсию полторы тысячи долларов, жене дают такую же. Нам вполне хватает на жизнь, мы можем принять гостей, можем купить подарки, когда идём в гости или просто своим детям и внукам. Чужая страна отнеслась ко мне, как родному, хотя я здесь ни дня не работал, а родная использовала меня и выбросила, как…
   Тут Федор Иванович добавил пару слов покрепче.
   – Мы десятилетиями создавали светлое будущее, а увидел его я только здесь. А там все развалили, людей обманули и обокрали.
   Вопиющая несправедливость не давала покоя доблестному строителю коммунизма.
   – Давай лучше выпьем, – предложил я ему. А когда алкоголь смягчил воспоминания, все обвинения с родной страны были сняты и возложены на продажное руководство. С тем и продолжили жить вдали от обоих.
    Барбекю в Австралии больше, чем местная традиция. Это форма духовного общения. В живописном месте или на бэкярде**, с близкими по складу людьми, под красное и белое вино с домашними хлебосолами и непременным оззи–стейком***. Мы, русские в Канберре, прекрасно вписывались в австралийский образ жизни. За общим столом собирались самые разные люди от академика Юры Кившаря до маляра Стэна, знаменитый пловец Александр Попов и его не менее знаменитый тренер Геннадий Турецкий, другие учёные, деловые люди и бывшие спортсмены, преподаватели, студенты, постоянные гости из России. Родину не «хаяли», а если кого и «заносило», дружно приводили в чувство.
     «Красный директор» Фёдор Иванович был душой компании. Не тамада или острослов, он больше молчал, чем разговаривал, но с ним рядом было легко и уютно. Со всеми он был на равных, все его уважали. 
     На международных культурных фестивалях, ежегодно проводимых в Канберре и в других крупных городах Австралии, Фёдор Иванович всегда шествовал во главе русской колонны в синих портах, малиновой рубахе, подпоясанной кушаком, и хромовых сапогах. Он безоговорочно относил себя к русским, хотя родился на Украине, долгие годы провел в Азербайджане и Дагестане и мог с тем же успехом и знанием народных традиций идти в других колоннах. Везде у него были друзья. Они его ждали, и он регулярно совершал длительные вояжи то на Байкал, то в бывшие республики СССР, а то и в Израиль, ежемесячно откладывая деньги на авиабилеты и подарки из своей пенсии.
     «Он жил с Богом в душе», сказал настоятель церкви о. Александр на отпевании. «Он был неразлучен с великой страной, она держалась на таких», хотелось дополнить мне...

Памяти Федора Ивановича Колодиева (01.06.1935 - 09.01.2024).
Фото из архива автора.
_____
    * Известный советский киноактер
   ** Задний дворик (backyard, англ.)
  *** австралийский стейк (Aussie-steak, англ.)