Пушкин в Соло С. Довлатова

(сериал Эпитомы пушкинистики. серия Соло)

Расположились мы с Фомушкиным на площади Искусств. Около бронзового Пушкина толпилась группа азиатов. Они были в халатах, тюбетейках. Что-то обсуждали, жестикулировали. Фомушкин взглянул и говорит: — Приедут к себе на юг, знакомым будут хвастать: 
«Ильича видали!»

Оказались мы в районе новостроек. Стекло, бетон, однообразные дома. Я говорю Найману:
— Уверен, что Пушкин не согласился бы жить в этом  мерзком районе.
Найман отвечает:
— Пушкин не согласился бы жить... в этом году!

В Пушкинских Горах туристы очень любознательные. За­
дают экскурсоводам странные вопросы:
— Кто, собственно, такой Борис Годунов?
— Из-за чего была дуэль у Пушкина с Лермонтовым?
— Где здесь проходила «Болдинская осень»?
— Бывал ли Пушкин в этих краях?
— Как отчество младшего сына А. С. Пушкина?
— Была ли А. П. Керн любовницей Есенина?!.
А в Ленинграде у знакомого экскурсовода спросили:
— Что теперь находится в Смольном — Зимний?..
И наконец, совсем уже дикий вопрос:
— Говорят, В. И. Ленин умел плавать задом. Правда ли  это?

«Образ лишнего человека у Пушкина».
Первокурсники строчат. Я беседую с Мануйловым.
И вдруг он спрашивает:
— Сколько необходимо времени, чтобы раскрыть эту  тему?
— Мне?
— Вам.
— Недели три. А что?
— Так, — говорит Мануйлов, — интересно получается.  Вам трех недель достаточно. Мне трех лет не хватило бы.  А эти дураки за три часа все напишут.

Можно благоговеть перед умом Толстого. Восхищаться  изяществом Пушкина. Ценить нравственные поиски Достоевского. Юмор Гоголя. И так далее. Однако похожим быть хочется только на Чехова.

Случилось это в Пушкинских Горах. Шел я мимо почтового отделения. Слышу женский голос — барышня разговаривает по междугородному телефону: — Клара! Ты меня слышишь?! Ехать не советую! Тут абсолютно нет мужиков! Многие девушки уезжают, так и не  отдохнув!

Заговорили мы в одной эмигрантской компании про наших детей. Кто-то сказал:
— Наши дети становятся американцами. Они не читают по-русски. Это ужасно. Они не читают Достоевского. Как они смогут жить без Достоевского?
И все закричали: — Как они смогут жить без Достоевского?
На что художник Бахчанян заметил: — Пушкин жил, и ничего.