Звериный вердикт

 Тишина леса, обычно устойчивая в своей звуковой гармонии и нарушаемая лишь шелестом листвы и пением птиц, была разорвана низким, страшным, утробным звериным рыком.
 Что же случилось?
 А вот что...

 В центре небольшой девственной поляны, освещённой пробивающимися сквозь кроны высоких деревьев лучами солнца, лежал человек. Лежал в беспомощной позе, лицом кверху, не имея сил пошевелиться. Он весь был измазан бурой, местами запёкшейся кровью, кое-где ещё сочившейся из его ран. Одежда, пропитанная ею, была разодрана в клочья, а широко раскрытые глаза полны животного страха. И в то же время в них робко, просяще проглядывала мольба о помощи.

 Вокруг человека тесно собрались звери — представители всего лесного царства, всей известной человеку фауны: от самых диких и грозных до тех, кто веками жил бок о бок с человеком.

 Они теснились, фыркали и сопели нетерпеливо, расталкивая головами и лапами впереди стоящих, дабы посмотреть: что там, кто там, почему и как? Передние, насмотревшись, уступали место напиравшим. Живой звериный круг сужался, пока не сомкнулся в нескольких шагах от человека. Всё застыло. Даже пение птиц, казалось, приглушилось совсем. Странно, что дикие и свирепые хищники совершенно не обращали внимания на лёгкую добычу, стоящую с ними рядом. Равно как и домашние звери абсолютно не испытывали чувства безысходного страха перед хищниками.
 Что-то назревало...

 Первым выступил Медведь, хозяин этих лесов. Он растолкал всех, кто стоял перед ним, прошёл к человеку и указал на него лапой.  Его голос, подобный грому, прокатился по поляне: "Я, Бурый Медведь, свидетельствую против этого двуногого. Он всегда приходил к нам с огнём, с палками, изрыгающими смерть, с железными зубами, что рвут деревья. Он оставлял после себя пустые поляны, где раньше росли ягоды и грибы, он уничтожал леса, которые служили нам домом. Он пугал моих детёнышей своим шумом и запахом. Он – разрушитель! Ему не место среди нас, ему не место среди живых. Я не желаю ему помогать!"

 Его слова поддержал Волк, выступивший из толпы и ставший рядом. Глаза волка горели холодным огнем: "Я, Серый Волк, подтверждаю слова Бурого Медведя. Этот человек охотился на моих сородичей, оставляя их семьи без кормильцев. Он ставил металлические ловушки, безжалостные капканы, которые несли смерть без разбора. Он – убийца! Его надо вычеркнуть из жизни."

 Из тени Бурого Медведя выступила Лиса. Её рыжая шерсть на свету отливала золотом: "Я, Хитрая Лиса, тоже имею претензии к этому существу. Этот организм оставляет после себя кучи мусора, засоряя наш ареал обитания, закапывает в чистую землю вещества,  которые отравляют землю и воду. Он пугает и прогоняет с насиженных десятилетиями мест птиц, которые несут нам семена и насекомых. Он – нечистоплотный и гадкий. Мне он противен!"

 После речи лисы вперед вышел старый Кабан, его клыки блестели на солнце: "Я, Вепрь, видел, как этот человек разрушал мои любимые места для кормежки, выкапывая землю в поисках какого-то мелкого, блестящего желтоватого песка. За этот песок люди убивают не только нас, но и себе подобных. Он – хуже зверя! Он не уважает природу, он только берет безвозвратно!"

 Наступила гнетущая тишина. Звери чего-то ждали.

 Из толпы послышался тихий, вкрадчивый, но уверенный голос - это была Кошка, домашняя, но с диким блеском в глазах: " Я – Кошка, могу сказать одно: не надо по некоторым судить о всём племени. Он, я точно знаю, способен на доброту. Я видела, как он зимой подкармливает бездомных животных, как он заботился о больных. Он подсыпает на пни соль для оленей и лосей, подкидывает на опушку сено и сооружает из поваленных стволов некое подобие укрытия от ветра и снега. Он может быть нежным и любящим. Он – неоднозначный. Надо ему помочь!"

 Эти слова вызвали неодобрительный ропот оппонентов. Но тут вперед вышел Пес, вечный и верный спутник человека: "Я, Пес, знаю этого человека. Он – мой хозяин. Он подобрал меня умирающего, выходил, вылечил, выкормил.  Защищал меня от опасностей, он делился со мной едой. Многие мои соплеменники, им нет числа, живут с ним бок о бок. Он учил меня быть верным и смелым. Он – друг! Я не желаю ему зла!"

 Набравшись смелости, за псом выступила Лошадь, взгляд которой был полон житейской мудрости: "Я, Лошадь, столетиями служила человеку верой и правдой. Я перевозила его грузы, я помогала ему в труде. Он заботился обо мне, о моём потомстве, он давал мне крышу над головой и пищу, даже зимою. Он – надёжный партнёр. Я – за него!"

 Звери молчали, и каждая особь думала в этот момент о своём.

 Молчание нарушил крик совы, исходящий из глубины леса. Еле слышные хлопки крыльев, и вот её голос зазвучал прямо над ними: "Угу-угу! Я, Мудрая Сова, наблюдала за всем и за всеми. Этот человек, как и вы, звери, имеет свои инстинкты. Он тоже пришёл в этот мир выживать и хорошо научился это делать.  Да, он может быть и добрым, и злым, и созидателем, и разрушителем. Он – часть природы, её дитя, как и вы. Но он обладает высшим разумом, который может направлять его действия. Он может осознанно выбирать. Ему нет смысла уничтожать жизнь, если на то нет острой необходимости."

 Наступила долгая пауза. Звери переглядывались, их взгляды были полны сомнения.
 Медведь рыкнул: "Но его деяния принесли вред!"
 Волк добавил: "Он убивал наших братьев!"
 Кошка возразила: "Но он также спасал и кормил!"
 Пёс залаял: "Он может быть верным другом!"
 Лошадь тихо проговорила: "Он может быть полезным партнёром."

******

 Мудрая Сова снова подала голос: "Вы обвиняете его за то, что он делал, но забываете о том, что он может сделать. Он может учиться, может меняться, может выбирать путь созидания, а не разрушения. Он может жить в гармонии с вами, а не против вас."

 Звери молчали. Они видели в человеке противоречивость двух могущественных стихий: добра и зла. И та, и другая имели огромную силу. Созидательную и разрушительную. Поэтому нельзя было отрицать его способность к состраданию и созиданию.

 Наконец, после долгого раздумья, Медведь, хозяин леса, поднял глаза на Сову и медленно кивнул: "Ты права! Мы не можем судить его только за прошлое. Надо дать ему шанс. Шанс доказать, что он может быть другим."

 Волк, хоть и с неохотой, согласился: "Пусть он уйдет. Но пусть помнит, что на планете живёт не он один — вершина пищевой цепочки. На ней есть мы — звенья этой цепи. Уничтожая наших соплеменников, он убирает по одному звену своей цепи жизни, надетой на шею. Меньше звеньев — труднее дышать. Как бы не задохнуться."

 Лиса с Вепрем не нашли что добавить...

 Рыб, птиц, насекомых не спрашивали. Зачем? Их много и половина из них даже не подозревала о существовании человека.

 В этот момент, когда звери пришли к консенсусу, на поляну из чащи леса вышли люди. Они были хорошо снаряжены. Видимо, поисковая группа.

 Всмотрелись в стоящих зверей и притихли. Звери расступились, давая обзор и одновременно, по команде Совы сдвинулись в противоположную сторону от людей сторону. Можно было беспрепятственно подойти к израненному, что, после некоторого замешательства и предприняли люди. Никто даже не снял с плеча автоматическое оружие. Перемирие и единодушие висели в воздухе, насыщая его ионами добра и милосердия.

 Звери отступили дальше, в чащу, когда прилетел вертолёт спасателей. Человека на носилках погрузили внутрь. Сотни звериных глаз смотрели, как вертолёт отрывался от земли. И только Сова увидела сквозь бликующее стекло человеческую ладонь, ладонь того самого мужчины, которая слабо помахала им в знак благодарности. Рокот мотора и хлопающий звук лопастей затихали и исчезли за сопкой, куда улетела винтокрылая птица.

 Сова оглядела стоящих, замерших зверей и окрикнула их строгим голосом боцмана: " Что вы тут застыли истуканами? Жизнь продолжается! Ну-ка, заняли свои ареалы обитания согласно штатному расписанию!"

 И жизнь продолжилась. Всё потекло своим чередом. По законам природы.

 Я просто заметил этот эпизод. А, может, выдумал. В бреду бывает.
 Но вы же меня простите? Отпустите?
 
 Тогда подожду своего вертолёта...