На заправке

Все названия, имена и совпадения случайны.
Тракия — не существующая страна, автор смотрел на Балканский полуостров.
Автор никого ни к чему не призывает. Просто написал новогодний сказочный рассказ.

Иногда быть хочется наивным,
Потому что дуракам везет.
Оставаться в мире сказок дивном,
Потому как от реальности озноб.

Благословенная Тракия 2026 год.

                Бой

Затяжная зима и не думала отступать. Весь день сильная метель с порывистым ветром заметала дорогу и окрестности. Гуськом по шоссе позли редкие грузовые фуры и еще более редкие автомобили держась двух темных полосок колеи, посреди ровного заснеженного поля, дорогу на котором выдавали только столбы и разделители вокруг которых выросли довольно внушительные сугробы. Не смотря на то что было уже семь утра, по ощущениям была еще ночь. Тьма мягко окутывала дорогу, дорожное освещение было выключено, так сейчас бывало часто, экономили все и на всем. Управлять чужой и старой машиной было тяжело. Машина рыскала, временами ревела. Несмотря на все усилия, уложиться в желаемое время не получалось. Николай выругался в слух, хотя и был в машине один. Печка еле грела, по ногам тянул холод. Дворники противно скрипели, собственно  в машине выло и скрипело практически все. Заднюю левую дверь пришлось привязать, замок ее не держал и она открывалась на кочках. Жалкий свет фар еле теплился в темноте, как будто собирался потухнуть раз и на всегда, так бывает с фонариками на батарейках, когда батарейка подходит к самому концу. Николай заметил фары нагоняющей его машины, новый импортный внедорожник явно чувствовал себя на трассе как в родной стихии. Пришлось скинуть скорость и сдать в право, чтобы пропустить. Водитель уверенно обошел Николая, а затем вернувшись на полосы и моргнув фарами в благодарность исчез в метели. Николай поправил ворот свитера, ремень безопасности натирал шею.
Федор, опытный водитель, вел большой семейный универсал. Пожилой коротко стриженный, седой мужчина, держался дороги, рядом дремала его жена Лиза, полноватая женщина стриженная под каре и крашенная под платиновую блондинку. У них была не большая палатка в отдаленном поселке и они ехали в город за продуктами на продажу. Следом за ними, не решаясь на опережение, ехала небольшая яркая иномарка с молодыми людьми. За рулем сидел Павел тридцати летний инженер, темные волосы, карие глаза, недельная щетина и его девушка Анна, темные выпрямленные волосы, яркая желтая вязанная шапочка, приятные черты овала лица и слегка вздернутый к верху нос. Всех их метель застала уже в дороге. Остановиться было негде, большая часть деревень, что были по пути уже опустели, гнилые черные дома, заваленные снегом, провожали путников пустыми глазницами кривых окон.  Ни площадок, ни поворотов. Справа и слева высились сугробы и двигаться можно было только вперед. Стоило седану съехать с колеи как машину тут же начинало разворачивать в занос. Тяжелое дорожное испытание усугублялось плохой видимостью.
Петр увидел заправку, находясь от нее всего в десятке метров, метель скрывала вывески и освещение. Он аккуратно повернул с трассы на площадку заправочной станции. Тяжелая машина, неохотно переваливаясь, преодолела нанесенный на повороте снег и остановилась. Еще не веря удачи, Петр убрал руки от руля. Напряжение, в котором он ехал вот уже два часа, медленно покидало его. Сорокалетний, с густой светлой бородой, крепкий мужчина покинул кабину своего фургона, достал пачку сигарет и встав за машиной, так чтобы его не было видно с заправки закурил. Фургон стоял так чтобы закрыть толстым броне листом спины бойцам работающим с левой стороны площадки. Толщина плиты достигала почти полуметра, машина просела под такой тяжестью. Безусловно спецназ залег в поле и сейчас морозит себе задницу всматриваясь в оптику сквозь метель, но фургон отчасти закрыл им обзор. Скорее всего бойцы лежат сразу за шоссе, да их не видно они хорошие специалисты. Но они привыкли работать с теми кто гораздо слабее. Дешевые сигареты резали слизистую и от них сильно першило в горле. Докурив он огляделся. Надо было вести себя как дилетант.  Вокруг заправочной станции простиралось поле, на сколько только было видно. Снег был глубоким. Отойдя на несколько шагов от площадки, Петр провалился в снег почти по колено, чертыхнувшись и вернув свою ногу назад на твердое, он отряхнул с нее снег. Идти в такую погоду куда бы то ни было пешком было практически нереально. Да и бежать тоже, если конечно им лыжи не выдали.  Площадка заправки, была островком жизни, посреди белого безмолвия. Петр обошел площадку. Парочка фур стояли на заднем дворе, одна была знакомая, вторая видимо принадлежала противнику, уж больно новенькая и чистенькая.  Их водитель сидел в кабине и держал телефон у уха. Дорогой новый внедорожник, стоял почти у самого входа в зал заправки, судя по номерам, не местные, городские, скорее всего переодетая группа спецназа. Петр вернулся в кабину и посмотрел на часы, времени еще было с запасом, он поставил будильник и откинулся в сиденье подремать. Спать он и не думал, но хотел немного расслабиться. Тем временем на площадку въехал потрепанный и ржавый бывший армейский внедорожник Николая. А следом за ним еще один фургон и встал прямо перед Петром. Это была вторая плита заслона. Необходимо было создать огневой рубеж против спецназа со стороны шоссе, ту сторону не удалось заминировать. Мнимый охранник заправки подбежал сначала к переднему фургону а потом к Петру. «Немедленно переставьте машину на задний двор.» Петр расплылся в улыбке: «Да не переживай ты так родной, я чуток подремлю и уеду. Самую малость.» Охранник пытался на него надавить, но было понятно две вещи, это не охранник и слабо подготовленный специалист. В итоге он ушел ни с чем обратно к магазину. А Петр вернулся к своей полудреме.  Николай посмотрелся в салонное зеркало. Поправил, слегка растрепанные довольно коротко стриженные светлые волосы, с наслаждением отстегнул ремень безопасности и натянул поверх свитера, легкую, темно зеленую охотничью куртку. Затем он бросил взгляд на заднее сиденье и убедился что длинный матерчатый чехол на месте. Они должны были его увидеть.  Заправив машину Николай поставил ее на самом углу павильона заправки, после чего зашел внутрь. Он намеренно поставил машину там. Он намерено и на показ выложил оружие.  У самой двери красовался огромный постер: Вверху и слегка по диагонали крупными буквами постер гласил  «Запишись в ряды бойцов Тракии!» Ниже каждое слово с новой строки: «Долг», «Справедливость», «Победа». Все это на фоне бегущих под обстрелом солдат, тот что впереди держит в руке темно зеленое государственное знамя расшитое серебристым гербом. Ниже стойка с листовками. Николай знал их наизусть. Вербовщики постоянно приезжали то на работу, то в поселок где он жил. Всем участникам обещали списание долгов, страховой медицинский полис, бесплатное обучение для детей, досрочный выход на пенсию. Война шла уже восьмой год и конца ей не было видно.  Две девушки кассира стояли за прилавком, местный дворник дремал за одним из трех столиков. За другим столом сидело трое мужчин. В центре высокий крупный, в ярком свитере, за его спиной на подоконнике лежала теплая темная куртка, аккуратная стрижка, что-то аристократическое в лице.  Его сосед справа, полный мужчина в штанах с большими нашитыми карманами и толстовке защитного света, напротив был почти брит на голо. Напротив него сидел мужчина повесивший кожаную куртку на спинку стула, темноволосый, полный в хорошем теплом спортивном костюме и дорогих коричневых кожаных ботинках. Все трое пили кофе и что-то негромко обсуждали. Скорее всего оперативная группа, убойный отдел.  От созерцания Николая отвлек женский голос «Вторая заправка сорок литров 92, еще что-то будите?» Николай посмотрел на крупную еще довольно молодую женщину и на часы над ее головой. Слегка улыбнувшись, он нарочито мягко ответил: «Да, мне еще кофе пожалуй не помешает…» Он показался чтобы у врага слюнка, прямо потекла. Цена на бензин давно уже преодолела все мыслимые уровни, но Николай показательно заправился пусть думают что машина это именно машина. Кофе тоже нужен был, как повод остаться.
Николай сел за последний свободный столик, так чтобы видеть площадку заправки и въезд, он прекрасно понимал насколько трудно предсказуем был весь сегодняшний день. В тоже время он следил за соседями и внимательно слушал кассиров. Девушки за кассой обсуждали увеличение количества смен в месяце. Работодатели сейчас часто сокращали выходные и увеличивали рабочий день, стремясь снизить количество персонала и издержки. Хотя государство и было основным владельцем сети заправок, на одной из которых сейчас остановился Николай, оно все же дистанцировалось от конечного персонала создавая для найма дочерние компания, якобы от частного лица.  Судя по всему та кассир что по моложе, худенькая девушка с рыжей копной и зелеными глазами, стажировалась у более опытной сотрудницы, потому что обычно на заправках сейчас только один кассир или оператор. Но приглядевшись он увидел удостоверение в заднем кармане молодой девицы. Оружие где-нибудь у стойки.  Соседи привлекали Николая больше, тема их беседы лежала в плоскости обсуждения новых законов. Трудно было понять окрас их отношения. Но обсуждать подобные темы, в публичных местах, было не принято. Государству не хватало денег и оно все глубже и чаще залезало в карман граждан. Налоги, сборы, акцизы, штрафы все это за последние лет пять множилось и росло на фоне проблем в экономике. В благословенной Тракии на фоне не простых времен все чаще сталкивались интересы элиты и большинства населения, не в пользу последних. В то время когда пропаганда из всех утюгов, рассказывала про рост доходов и успехи. Население нищало и все чаще людям банально не хватало денег на еду, лекарства или оплату коммунальных сборов. Но соседи Николая явно не страдали от недостатка средств. Новая одежда, шикарная машина, хорошая обувь. Сам Николай прикрывал потертый свитер, потертой ветровкой, а на его ногах были заношенные, до неузнаваемости, военные ботинки, какими торговали на рынках военные в надежде выручить немного денег на спиртное или еду, весь образ Николая был контрастом по отношению к его соседям. Его нервировало их присутствие, если бы не обстоятельства он бы давно уже встал и вышел. Время шло. На заправку въехал темно синий универсал. Водитель не стал заправляться, просто поставил свою машину на парковку перед окнами и заглушил двигатель. В свете окон Николай разглядел пожилую пару. Вряд ли это по их душу.  Следом за ними на парковку въехал красный седан с молодой парой и запарковался рядом. «Многоуважаемые жители Тракии.» Именно так наверно себе представляют дикторы новостей свою аудиторию. Молодая пара вышла из машины и направилась внутрь. Николай заблаговременно встал и направился к урне. Как он и думал молодые люди зашли, девушка села за освободившийся столик, а молодой человек пошел к кассе. Троица оживилась. Николай думал выйти на улицу, но его настигли вопросом:  «Как нынче с охотой?». Николай остановился и медленно повернулся, все трое смотрели на него. С одной стороны он и в правду охотился, но давно, больше пяти лет назад, пока это было ему еще доступно, с другой….. Пока поворачивался он думал над своим ответом. «Так какая нынче охота… боль и огорчение.» И улыбнувшись собеседникам вышел. Улица встретила его холодом, снегом и ветром, но назад ему идти не стоило и он вернулся в машину. На парковку въехал пикап, электрической службы, пикап встал аккурат рядом с внедорожником троицы. Из него вышел мастер в темно синем рабочем комбинезоне с большим логотипом на спине.  Заглянув через окно  внутрь, он оглядел парковку и направился к Николаю. Николай узнал в мастере полного и крепкого, бородатого с короткой стрижкой и седеющими висками Сергея. Сергей подошел к его машине и нарочито громко спросил: « Закурить найдется?» Когда Николай открыл дверь, Сергей шепотом спросил: «Ну как обстановка?» Николай максимально коротко, подметил троицу на внедорожнике, девицу. Сергей отошел. «Ну нет, так нет….. будем искать.» Дойдя до фургона он повторил свой спектакль. Петр, вышел из машины и они оба закурили, пока курили Петр поделился своими наблюдениями, после чего Сергей вернулся к своему пикапу достал с заднего сидения небольшую сумку с длинной жесткой ручкой, какими пользуются мастера для переноски инструментов и направился внутрь. Троица встретила Сергея взглядами тот решил сразу пойти в наступление:  «Если хотите спросить меня про свет на трассе…. То не скоро, обрыв провода в нескольких местах, подъемник застрял где-то на трассе.» После чего он широкими шагами дошел до кассы и расплывшись в широкой улыбке произнес: «Девчонки, можно у вас кипяточком для термоса разжиться?» Молодая кассир сразу же утвердительно кивнула, но более опытная ее осекла: «У нас начальство не поощряет, вы оплатите чай, у нас можно в свою тару и лейте сколько надо кипятка в термос.» Сергей полный дружелюбия и согласия кивнул. «Так это у меня еще и чай  с заваркой и сахаром будет. Пробивай, гулять так гулять.»  Троица смотрели в спину Сергея с не поддельным интересом, но после того как Сергей отошел наливать кипяток, вернулись к своей беседе. На парковку въехала фура и почти уперлась во внедорожник Николая. Эта была еще одна броне стена. Вслед за фурой въехала полицейская легковая машина, а вслед за ней грузовик для перевозки задержанных. Ну вот и приманка. С трех сторон парковка заправки была перекрыта. Николай мысленно себе представил истерику наблюдающих. И сместился на свою позицию у открытого багажника. В старом внедорожнике была сварена бронекапсула и лежал крупнокалиберный пулемет. Из легковой машины вышел капитан в полном армейском бронежилете и лейтенант также облаченный в бронежилет и с автоматом в руках оба прошли внутрь магазина заправки. Это было настолько же не естественно если бы дальнобойщик в балетной пачке вышел. На лицо была слаженная двойка, оба шли с заряженным оружием, наготове. В след за ними выдвинулся Петр и его напарник из фургона. Их снаряжение и оружие лежало в подсобке туалета, под потолком. Окинув взглядом присутствующих, он приказал лейтенанту разбудить дворника и освободить столик. После чего вернулся на улицу и встал в дверях магазина. Из кабины автозака заглушив двигатель вышел водитель и сопровождающий. Оба также в полном облачении, делая вид что курят и беседуют они в встали с угла магазина, видимо чтобы вся парковка оказалась в зоне их поражения.  Николай полез в багажник. Дворника разбудили и тот вышел на улицу скрести лопатой, больше для вида, пожилому человеку было тяжело ходить и двигаться. Пенсионный возраст в семьдесят пять лет, заставлял уже по сути больных и немощных людей устраиваться на абсолютно неподходящую им работу, просто чтобы хоть как то сводить концы с концами. Хороший актер медленно сместился к другому углу магазина. Петр с напарником уже были наготове. Николай занял позицию за машиной, Сергей сместился к туалету. Они месяцами следили за конвоем и никогда еще они не ездили таким усиленным составом и в полном снаряжении. Обычно для политических задержанных едет только экипаж автозака, три сотрудника иногда даже два. Сотрудников в органах тоже сильно не хватало, с чего же тогда сегодня такой конвой. В след за капитаном из магазина вышла и троица, они слегка остановились у своей машины. Все были готовы, Николай подал сигнал. Вся парковка, а также весь район резко обесточивались, случилась авария на электростанции. Связь рухнула потому что в фуре на заднем дворе врубился усильный РЭБ. Бойцы противника схватились за голову, потому что все наушники сейчас завизжали как резанные.  В этот момент тот мужчина из троицы что был коротко стрижен выхватил с заднего сиденья помповое ружье и выстрелил в Капитана практически в упор. Стрелял нападавший картечью, с близкой дистанции сноп попросту размозжил голову Капитана. В следующий миг все трое пали под огнем. В этот момент спецназ от которого происходящее за дорогой было скрыто фургонами ринулся рывком к парковке, но в следующий момент вся дорога превратилась в вихрь бетона и снега. А в след за ним и все поле вокруг заправки поднялось на дыбы и снова опустилось. Двое бойцов у края магазина начали было делать грамотный отход но тут же полегли под плотным огнем пулемета Николая. Петр с напарником зашли с тыла, обезвредив и лейтенанта и мнимую стажерку. Дворник проявив чудеса прыти забросил взрывное устройство аккурат под кабину автозака. Мощный взрыв буквально оторвал кабину от рамы грузовика вместе с передним мостом. Из фуры противника выскочили сотрудники спецназа их цель была задняя дверь магазина. Сергей встретил их пулеметной очередью из темноты проема. Противник оттянулся и вход сразу пошли гранаты и огонь на подавление, Сергей тоже отошел вглубь Магазина. Противник еще не понимал общей картины и что остался в меньшинстве. По трассе уже неслись несколько броне машин. Позиция туров отработала залпом. Только одной казалось удалось проскочить, но уже в следующий миг в нее прилетел выстрел. Бойцы в спешке покидали машины по огнем группы Лешего. Отходили к дороге, пытаясь эвакуировать своих раненых. Почти в полной темноте. По ним работало перекрестно два пулемета и снайпер. Не лучше была ситуации и у группы оставшейся на заднем дворе парковки, и давили огнем и брали в клещи. Казалось исход боя был предрешен, но с просеки выходящей к полю прямой наводкой по магазину прилетел выстрел из танка. Сергея и Петра контузило, его напарник был убит, магазин загорелся, они стали оттягиваться за фургоны. Отходящую группу Сергея начал прикрывать АГС, спецназ не смог реализовать преимущество и залег с другой стороны дороги под прикрытием танка. Тем временем танк снова влепил по магазину. Николая увидел как молодая и пожилая пара пытаются бежать по перепаханному взрывами мин полю. Понимая что сейчас танк выйдет в его сектор обстрела. Крупно калиберный пулемет, собранный им в кузове внедорожника на первый взгляд не мог противостоять танку. Но Николай сделал ставку на удачу он выждал когда танк повернется к нему передом и стал стрелять в зону системы наведения и перископов водителя. Ставка была на скорострельность. Выжав все до железки он прыжком выскочил из своего укрытия и метнулся за еще целый фургон. Но выстрела не было, танк молчал, хотя он явно еще был на ходу и двигался. Снова заработал АГС. Сергей и Петр добрались до Николая «Чего ждем командир.» Николай огляделся и запустил красную ракету. Из леса выходила основная засадная группа Лесника. В танк влетело несколько выстрелов из РПГ но не смотря на это он вышел своим ходом из боя оттянувшись назад в просеку. На соединение с Лесником отходила группа Лешего. Противник имел в своем распоряжении как минимум еще одну броне группу но почему то ее не использовал. Ждал. Его потери были неописуемы, но бой еще не был окончен. На самом деле в его запасе была не броне группа, а целое войсковое подразделение, которое сейчас усиленно вкапывалось на предполагаемом пути сепаратистов. Он отличено понимал, что у последних нет и не может быть артиллерии, авиации и броне машин, а пехота не способна унести на себе большой запас боекомплекта, пока одна его группа окапывалась другая развертывалась выше и шла от города. Сейчас когда расстановка сил была ему ясна он планировал раздавить и уничтожить своего врага. Силы Николая насчитывали чуть больше сотни человек, это было больше чем он ожидал, но меньше чем могло бы организовать серьезный отпор. В тоже время взяв полный контроль над заправкой Сергей спешно вскрыл с командой дверь автозака подорвав ее шнуром, боец внутри не сопротивлялся, неожиданно из автозака вытащили  приманку Катерину, которую Николай нашел к своему удивлению,  за компанию с бандитом Естафьевым, чьи люди погибли героически и глупо и лежали рядом с догорающим внедорожником.  Благородство противника сначала удивило Николая но потом он отмахнулся от этой мысли перейдя к другой. Худая, испуганная девушка буквально повисла на нем. Он прошелся прибором по Катерине. Так и есть прямо под кожу девушке в нескольких местах вживили датчики. Ставка на время. Хорошо что Игоря они оставили на базе, сейчас была бы истерика. Сергей быстро развернул походный набор и поднес к лицу Кати платок. Усыпив Катерину они сделали надрезы и извлекли из нее электронику. Насколько это было возможно аккуратно. Основная группа уже отходила согласно плану, в след аз ними в лес отходил Николай со своей группой, замыкала отход группа Лешего, неся на носилках Катерину, по уже довольно утоптанной тропе. За небольшой лесополосой группы ждали приготовленные снегоходы, верно думал враг пехотная группа без техники, но это и огромные возможности по мобильности. Николай и его бойцы покидали поле боя с высокой скоростью и по крайне пересеченной, трудно проходимой местности. Вся операция заняла менее пятнадцати минут.               

                За неделю до.

Небольшой поселок городского типа «Светлое» располагался на краю столичной области. Основное население поселка составляли рабочие местного завода по производству метало конструкций и химического производства. Был еще небольшой частный кирпичный завод, но на нем то и дело останавливались работы из-за отсутствия заказов. В поселке была своя школа, поликлиника, магазины и в целом он был довольно самодостаточен. Соседство со столицей приносило также  определенные плюсы. Через поселок шла главная трасса страны, одна из немногих которую правительство Тракии поддерживало в достойном состоянии. Богемов Игорь, работник химического завода, технолог производства вышел с завода в восьмом часу вечера из-за оборон заказа смены удлинили и теперь он работал по двенадцать часов. Было темно и холодно. Домой шел пешком. Игорь пересек широкую дорогу уходящую к трассе и пошел поселковой дорожкой между рядами деревянных заборов частного сектора. Высокий, худой, бледный с обладатель густых каштановых волос и темно карих глаз.  Выйдя на дорогу он огляделся, до его дома по прямой было метров триста не больше, но он не хотел идти мимо участка полиции, поэтому он свернул на право и вышел к цепочке гаражей, миновав гаражи, и стену большого склада, он свернул налево, по дороге от завода металлоконструкций. Миновав ряд однообразных пятиэтажных панельных домов, он снова свернул и пройдя мимо школьного двора, оказался уже у ряда трехэтажных кирпичных домиков. Местные называли этот район «Пятнашки», в отличие от панельных домов которые звались «Расческой», за то что они все стояли в ряд от дороги. Игорь посмотрел на часы, и ускорился, он успел забежать в магазин на первом этаже. «Чего тебе Игорек?» Старая грузная тетка стояла за прилавком упершись ладонями.  «Мне бы пару яблок Клавдия Ивановна.» Клавдия Ивановна кивнула и ушла в подсобку, вернулась неся в руках два идеальных крупных яблока: «Небось для Катьки своей? Да она у тебя бледная какая то.» Игорь кивнул. «Четыре сотни будь добр.»  Игорь достал карту и приложил к терминалу. Терминал пикнул, немного помигал лампочкой и загорелся зеленым светом. Клавдия Ивановна положила яблоки в небольшой кулек из бумаги. «Беги домой...поздно уже, комендантский час скоро.» Игорь добежал до подъезда. У двери сидели на лавочке два его соседа. Один с первого этажа Вовка слесарь и одноногий Пашка, ветеран войны со второго. «Здорово мужики, чего на холоде сидите?» Вовка посмотрел на Игоря «Да Пашку жена домой не пускает, мы с ним слегка пригубили, а она не пускает, а я же друга вот так не оставлю, он же человек. Даже с собакой так нельзя, а тут человек, герой!» Игорь кивнул и пошел на свой третий этаж.  Лидка не пускала Пашу потому что когда он пьяный был, часто распускал руки и бил ее и детей, ломал мебель. Дверь он открыл своим ключом. Катя была уже дома. Поженились они недавно. У Игоря была маленькая квартира студия от завода, всего двенадцать метров, но это было их двенадцать метров. В столице попадались уже квартиры по восемь метров и с общим сан узлом на этаж. Катя накрыла на стол, высокая, худая с длинными нежными пальцами. Короткие светлые вьющиеся волосы, длинная тонкая шея, маленький подбородок, острые скулы и большие, светлые, серо голубые глаза. Катя работала учительницей и преподавала рисование в местной школе.  Дети и родители ее очень любили. Пока Игорь раздевался и мыл руки, Катя наливала суп по тарелкам. Ели молча, пока горячее, когда его тарелка опустела Игорь вернулся к своей куртке и достал яблоки. «Смотри что у меня есть для тебя.»  Катя всплеснула руками: «Яблоки зимой! Ты с ума сошел!» Игорь улыбнулся: «Тебе нужно. Витамины для здоровья.» Катя одно яблоко убрала в холодильник, а второе помыла и нарезала дольками. «Только ты тоже будешь.» Пока Катя мыла посуду Игорь убрал стол и разложил диван. Вставать обоим было рано. Игорь засыпал обнимая свое сокровище, наслаждаясь ее нежным теплом и тонким ароматом духов.
Утром Катерина шла на работу в школу, как обычно она вышла пораньше так как хотела еще поработать со школьными журналами. Не смотря на ранний час у соседнего дома было людно. На краю дороги стояла женщина в пуховом платке и пуховике держа за руку восьмилетнюю девочку. К ее ногам из подъезда полицейские выносили и ставили чемоданы с вещами. Екатерина узнала в них свою ученицу и ее маму, она подошла к толпе и спросила: «А что случилось?». Пожилая женщина повернулась к Екатерине и почти шепотом произнесла: «Говорят ее муж сдался в плен на фронте. Завод аннулировал право на жилье.» Екатерина смотрела как молодая мама ищет сострадания и помощи в окружающих, но ни кто не решался. Тогда Катя вышла внутрь круга, она решительно подошла к Светлане и ее дочке Маше. Ничего конечно изменить она не могла но она крепко обняла Светлану и та разрыдалась у нее на плече. В этот момент из подъезда вышел майор Анатолий Кравцов «Вам что всем заняться нечем? А ну живо все идите на работу, нечего тут смотреть, а то сейчас всем впаяю за несанкционированное собрание!» Люди стали медленно расходиться. Но Катерина оставалась рядом со Светланой и ее дочкой. «А вам что персональное предложение нужно!» Кравцов подошел уже совсем близко и смотрел прямо в глаза Катерине. «Так нельзя, она не в чем не виновата! У нее ребенок, куда им идти?» Майор поправил фуражку: «Им будет предоставлено место муниципальном в общежитии, а вы гражданка поспешите на работу, пока я вас не арестовал.» Светлана отпустила Катерину поблагодарив за сочувствие. Катерина на ватных ногах пошла на работу, пару раз обернувшись и не разбирая дороги. Школьный сторож встретил Екатерину у ограды. «Что случилось Екатерина Федоровна?» Катерина посмотрела в глаза пожилого седого мужчины, годившегося ей в дедушки: «Опять чистят не благонадежных. Светку Малышеву с дочкой выселяют.» Охранник понимающе закивал. Первый этаж школы напоминал военный мемориал, большая плита метра два в высоту с высеченными мелким шрифтом фамилиями и именами, фотографии в рамках и нарисованный рукой Екатерины вечный огонь памяти. Надпись над мемориалом гласила: «НАШИ ГЕРОИ». Екатерина прошла мимо мемориала и свернула налево к своему кабинету. У стены перед самой дверью в ее кабинет стоял книжный шкаф  с прозрачными дверцами, на его полках стояли окопные свечи, открытки для фронта и фотографии благодарных бойцов, получивших гуманитарную помощь, на нижней полке лежала сплетенная ученицами на уроках труда маскировочная сеть. Надпись над шкафом гласила «Школа для фронта, все для победы!» Каждый месяц школа собирала и отправляла гуманитарную помощь на фронт. Официально данное мероприятие проходило добровольно и без принуждения, но работники школы знали насколько строго ведется учет и контроль отправки. В школе было увеличено количество уроков труда, на которых дети изготавливали необходимое для фронта, на уроках рисования дети готовили открытки для солдат, по задумке властей это должно было поднимать дух воинов на фронте. Повесив верхнюю одежду в шкаф и сменив сапоги на туфли Екатерина прошла в учительскую за журналом. Где уже сидела Зауч. Галина Семеновна, полная женщина с темными короткими прямыми волосами  и учитель словесности Виктория Никифоровна болезненно худая женщина лет восьмидесяти с трясущимися руками.  Галина  Семеновна сидя в кресле с чашкой чая в руке презрительно посмотрела на вошедшую: «Екатерина Федоровна, а что это вы утром обнимали, не благонадежную гражданку, кто-то может подумать что вы и сами из числа … но вы понимаете.» Катерина постаралась замять тему «Да ничего я такого не сделала, просто подошла и успокоила несчастную женщину с ребенком.» Сидящая рядом с ней Виктория Никифоровна попробовала заступиться, но уж очень аккуратно подбирая слова и произнося их тихо: «Екатерина молодая девушка, она еще полна эмоций и чувства сострадания к ближним, все это переполняет ее вытесняет разум и осторожность. Не судите строго Галина. Мы же тоже с вами были когда то молоды.» Но Зауч. поставила свою чашку на стол и разразилась тирадой: «Как вы не понимаете Екатерина вы не просто учитель, вы член коллектива и ваши поступки бросают тень на всех нас и на всю нашу школу. А завтра вы из жалости и сострадания начнете врагам помогать?» Катерина решила пойти на примирение пока Галину не унесло еще дальше: «Что вы, я и не могла подумать о таком. Я действительно не подумала в тот момент о том как это может отразиться на школе, уверяю вас больше такого не повториться.» Галина Семеновна посмотрела на старомодные золотые часы на своем запястье и решив что поле брани осталось за ней с трудом встала из кресла: «Очень на это надеюсь Екатерина Федоровна.» И вышла из кабинета. Пожилая Виктория грустно посмотрела Кати в глаза: «Может и обойдется… » Екатерину трясло, она вышла с журналом в коридор и была готова расплакаться но собралась и вошла в свой кабинет как ни в чем не бывало. Самоцензура порой переплевывала государственную. Люди из страха ужесточали требования и правила. 
Восьмой класс уже расселся. Класс был не полный всего три мальчика и две девочки, к тому же Маши по понятным причинам сегодня быть не могло. «Как вы знаете скоро нас всех ждут праздники и нам надо будет украсить нашу школу.»  Екатерина достала из свое папки примеры снежинок, колокольчиков, зайчиков, лисят и фонариков, нарисованных на ватмане и вырезанных по контору. «Вы можете нарисовать что-то из того что я вам показала или придумать что-то свое в духе праздника.» Дети достали цветные карандаши и листки бумаги и сосредоточенно стали рисовать. Екатерина же села заполнять журнал. С удивлением она обнаружила что ФИО Маши вычеркнуто уже из журнала на этот месяц. А в начале журнала напротив ее фамилии внесена запись отчислена за неуспеваемость с указанием даты за вчерашнее число. Неожиданно тишину нарушила Аня, оставшаяся и последняя девочка в классе: «А Маша заболела?» И пока Екатерина подбирала слова один из мальчиков грубо ей ответил: «Их сегодня с ее мамой увезли в дом терпимости, сам видел, так что забудь о ней.» Аня подняла глаза полные слез на Екатерину и та понимая что вот сейчас рванет истерика, постаралась переключить ребенка: «А что ты рисуешь Аня ?» Аня смахнула рукавом подступившие слезы и шмыгнув носом показала аккуратный колокольчик. Катерина похвалила девочку и посоветовала ей добавить немного бликов и темных оттенков к краю. «Домом терпимости называли бараки в соседней области. Люди живущие в них работали за еду на производстве одежды для военных. В основном туда попадали женщины и старики, мужчин же призывного возраста в случае любых проступков отправляли искупать вину на фронт, в отдельные штрафные батальоны.» Детей не благонадежных, в случае если они были еще маленькими забирали в отдельные учреждения для перевоспитания, что-то вроде интернатов.  Тех же кто постарше и мог работать отправляли вместе с родителями.
Евгений Павлович вызвал к себе Игоря. Седой, довольно плотный, лысеющий мужчина в поношенном костюме и очках, он стоял на заводской парковке и распоряжался погрузкой: «Богемов пожалуйста проследи за погрузкой на двенадцатом складе, пока мы все не взлетели на воздух, я туда поручил переместить все запасы экспериментальной взрывчатки, от которой отказались военные. Эти олухи просто кивают и делают все как обычно, а я еще жить хочу.» Экспериментальная взрывчатка, а по факту бракованная. Игорь хорошо знал историю ее появления. Еще в прошлом году смежники поставили некачественное сырье, поэтому получившийся продукт отличался крайне взрывоопасностью, чтобы не портить показатели и не снижать план выпуска, было решено назвать ее экспериментальной и поставить ее военным как новую разработку. Военные ее испытали, но не нашли ей применения и она так и осталась на складе производства. Двенадцатый склад был самый дальний и находился на углу территории, его использовали крайне редко в виду его транспортного неудобства, проезд к нему петлял между несколькими служебными ангарами. Дойдя до склада Игорь убедился что вся взрывчатка уже тут, ее просто привезли на специальном прицепе и оставили стоять, зашел на склад. Рабочие его заметили и подошли сами. «Игорь ты скажи нормально, что с этой взрывчаткой не так.» Игорь окинул работников взглядом: «Эта партия может взорваться от удара без всякого взрывателя.» Один из рабочих присвистнул: «И как нам ее теперь перегружать?» Игорь посмотрел на погрузчик: «Берите полет, на него большой ящик из под электродвигателя, насыпьте в него песок из пожарного запаса. Ящики будем перегружать по одному. Переложили в контейнер с песком отвезли на склад, переложили ящик на хранение так с каждым, главное без спешки, думаю вы как и я жить хотите.» Медленно, но перегрузку провели. Вывезти бы ее всю на полигон, подумал Игорь.
Не успел Игорь собраться домой как взвыли сирены воздушной атаки. Все сотрудники спешно покинули свои места и направились к отрытому недавно бомбоубежищу. Все сели по именным местам, руководители выполнили перекличку. В этот момент, Катерина уже была дома, она поспешила с другими жильцами спуститься в оборудованный подвал. В подвале было довольно темно и душно, редкие лампочки светили под потолком. Вслед за Катериной зашел одноногий Паша и его супруга Лида полноватая невысокая женщина с жалким хвостиком на голове. Паша как и всегда дышал перегаром. Катерина отошла в сторону в уголок, чтобы не мешаться на проходе. Вдоль стен подвала стояли сколоченные из досок лавки, на которые кто-то набросил куски линолеума. Мужчин в укрытие почти не было, пара стариков да женщины с детьми. Между Пашей и его супругой продолжался развиваться некий скандал. Паша орал как не в себя: «Я герой понимаешь ты дура, я воевал за родину, пока вы тут все по норам прятались, я там башкой рисковал, а ты? Ты не ценишь. Да меня вот любая сейчас заберет и будет рада, а ты дура, будешь локти кусать.» Супруга Паши молчала и старалась не реагировать на слова мужа. Паша встал, его жена пыталась его усадить повиснув на руке, но он ударил ее наотмашь. Лидка упала схватившись за лицо руками. Паша встал сделал несколько шагов по укрытию: « Ну что вот он я! Девки налетайте! Настоящий мужик!» Все кто был в укрытие постарались отвернуться чтобы не встречаться глазами с инвалидом. Трезвым Паша был вполне себе мирным и спокойным человеком, но стоило ему выпить и его было не остановить. Он прошелся вдоль лавок и выбрав подходящую кандидатуру дернул ее за руку: «Ну что скажешь?» Женщина сначала ойкнула от неожиданности но потом нашлась и дала отпор: «Вовка мой узнает он же тебя прибьет Паш, сядь уже  не смеши людей.» Паша оценил ситуацию: «Вовка мужик это верно.» В этот момент Катерина пыталась помочь Лиде встать и сеть на лавку. Повернувшись Паша ее заметил и направился к ней: «Ну, а может ты Катька? Катька ты мой котеночек, Катька ты мой муреночек. Сдался тебе твой Игорь.» С этими словами он схватил Екатерину за талию. Катя запаниковала и почти инстинктивно оттолкнула со всей силой Пашу от себя двумя руками, тот не удержался на ногах сделал неуверенный шаг назад и упал ударившись головой о крепеж труб под потолком подвала. Не дожидаясь кода он встанет, Катя выскочила из укрытия на улицу. Лида сидевшая на лавке пришла в себя, с опухшим глазом и разбитой губой она позвала мужа. Но Паша продолжал лежать на полу подвала, почувствовав неладное Лида на четвереньках доползла до него в темноте, ее правая рука коснулась чего то липкого, она подняла ее к глазам и истошно закричала, вся ее рука была в крови.
Катерина вернулась домой, как смогла пришла в себя, она не хотела рассказывать ничего Игорю. Поэтому когда он пришел домой она вела себя так же как и обычно. Они уже закончили ужин когда в дверь позвонили. Игорь удивленно встал и пошел к двери. Катерина же решила что это Паша протрезвел и пришел извиниться. Но на пороге стоял  Анатолий Кравцов. «Богемов Игорь Юрьевич добрый вечер, подскажите, а ваша жена дома?» Игорь не понимая что произошло утвердительно ответил.  Кравцов сделал пару шагов в квартиру.  «Екатерина Федоровна прошу вас пройти с нами в участок для дачи показаний.» Разумеется Игорь пошел вместе с женой. Во дворе стояла служебная машина. Игорь и Екатерина сели на заднее сиденье, а Кравцов сел на место пассажира спереди. Пройдя по ступенькам и свернув вправо по коридору  их пригласили в отдельную комнату, тут уже сидела зареванная Лида и несколько женщин бывших в укрытие вечером. Кравцов разложил перед собой какие то бумаги и начал их заполнять. «Екатерина Федоровна скажите вы имели какую либо неприязнь по отношению к Павлу Окулову Сергеевичу.» Екатерина покачала головой. Кравцов продолжил « Собравшиеся тут граждане утверждают, что у вас сегодня в восьмом часу вечера во время воздушной атаки, в убежище номер восемь возник конфликт, свыше упомянутым, Павлом Окуловым. Это так?» Екатерина покачала снова головой: «Это не конфликт, просто он выпил и стал ко мне приставать, схватил меня, я вырвалась и убежала.» Лидка сидевшая все это время тихо закричала: «Да ты убила его, понимаешь убила! У меня двое детей, я куда теперь пойду? Я жить теперь на что буду?» Кравцов отложил бумаги: «Лидия я вас попрошу помолчать.» Игорь отошел от шока: «Стоп моя Катя убила Пашу? Этого быть не может.» Кравцов посмотрел теперь уже на Игоря: «К сожалению.» Он перелистал бумаги все проверил. «Итак я понимаю время позднее поэтому давайте резюмируем.»   Я буду задавать всем один вопрос каждый ответит по очереди да или нет. «Павел Окулов Сергеевич был на ваш взгляд в состоянии алкогольного опьянения?» Все ответили утвердительно.  «Павел Окулов Сергеевич избил свою жену и приставал к женщинам в укрытие включая Богемову Екатерину Федоровну?» Все кроме Лидии ответили утвердительно. Кравцов посмотрел на Лидию и произнес: «Ваше подтверждение не требуется по вам и так это гражданка видно.» «Богемова Екатерина Федоровна защищаясь от действий  Павла Окулова Сергеевича толкнула его в следствии чего произошло его падение.» Все ответили утвердительно в том числе и Екатерина. Кравцов пустил по кругу листок, прошу всех присутствующих, кроме вас Игорь поставить подпись на протоколе. После того как все расписались он убрал бумаги в папку: «Значит что будет дальше, после реформы судебной системы прошедшей в сентябре прошлого года. Процедура рассмотрения дел претерпела некие изменения в сторону упрощения и ускорения делопроизводства. По совокупности улик и показаний свидетелей на лицо превышение самообороны или неумышленное убийство, на усмотрения областного суда. Для передачи дела для рассмотрения необходимо дождаться токсикологию и заключение патологоанатома, думаю дня три, четыре. После чего я передам дело в суд, слушаний они сейчас не проводят, в течении двух трех дней они дадут ответ с назначением решения суда.» «Значит вам Лидия Окулова, после получения заключения патологоанатома, будет необходимо получить тело покойного и провести захоронение в установленный срок. По факту получения заключения вам необходимо дойти до канцелярии с документами о боевых заслугах вашего мужа и документами подтверждающими его службу. Тогда вам будет выдана субсидия на оказание похоронных услуг и назначена пенсия по потере кормильца. Все понятно?» Лидия кивнула. Теперь всех кроме вас, он указал на Игоря и Екатерину больше не задерживаю. Кравцов дождался когда все выйдут и закрыл дверь. Еще раз достал бумаги и перелистал. Потом еще раз встал и щелкнул каким то выключателем на стене и вернулся на место. Вся его внешность располагала слушать этого не молодого, явно бывалого сотрудника, перешедшего на довольно доверительный мягкий голос «Екатерина Федоровна я работаю в органах уже более двадцати лет. Начинал еще до большой реформы. Раньше бы я вам посоветовал нанять хорошего адвоката, собрать характеристики на себя и погибшего с работы и от соседей. Добиваться суда с присяжными. Но увы все это бессмысленно после реформы восемнадцать точка двадцать семь. Сейчас судьи  штампуют решения на поток, в вашем случае погиб ветеран войны отмеченный наградами, это означает что суд не учтет при вынесении решения состояние опьянения и в целом его общий моральный облик как человека. По статистике в подобных случаях суд назначает пять лет колонии поселения с правом реабилитации.  Последнее крайне важно, так как это позволит вам вернуться домой к мужу, а вот о работе учительницей вы можете забыть. По закону, на мое усмотрение, я могу вас задержать и оставить ожидать решения суда у нас,  в отделении, в камере предварительного заключения. Могу отправить под домашний арест. Разумеется в случае попытки побега срок вашего заключения будет удвоен и вы будете решены права на реабилитацию. Вам все понятно?» Екатерина кивнула. «Хорошо.» Кравцов встал и щелкнул выключателем на стене. «Дежурный готовьте машину и прибор слежения.»
Они не помнили как оказались дома. Только когда сотрудники ушли из их квартиры Екатерина дала волю чувствам и разрыдалась в объятиях Игоря. Игорь не находил себе места и только повторял как мантру: «Ничего мы что-нибудь придумаем. Мы обязательно, что-то придумаем.» Утром Игорь пошел на работу надеялся попросить отпуск и поспрашивать знакомых. Катерина держалась молодцом, прорыдав всю ночь она собралась и села читать книжку, которую давно хотела прочитать.

                Опасные связи.

«Пойми Игорь, Кравцов совсем не дурак. Он не просто так вам сразу все рассказал, он знал что ты будешь бегать, землю руками рыть, но искать людей и возможности. Ты сейчас для окружающих опасней взрывчатки на складе.» Вовка затянулся сигаретой. «Пойми в столице они все там непростые люди, к ним так просто не подойти, да и что ты им можешь дать кроме красивой истории? Да и знаешь сколько таких историй. Паша покойничек на их фоне просто одуванчик. Возвращаются мужики с фронта и давай куролесить, изнасилования, убийства, ограбления, а иногда все и сразу. Не все конечно, но многие. А что будет когда война закончиться…?» Вовка еще раз затянулся. «Так, что мой тебе совет, забудь. В колонии сможешь свою жену навещать, передачи ей возить. У меня брат сидел по малолетке. Они там поля пахали, урожай собирали, вообще нормальная тема. Да и вокруг одни бабы ни кто там твою Катьку не обидит, да и статья у нее фартовая.»
Отпуск Игорю дали но всего три дня. Эти три дня он провел с женой. Он всячески ее подбадривал но сам продолжал искать и узнавать. Но три дня пролетели как один и снова надо было идти на работу. Вечером он как обычно шел через частный сектор. Неожиданно его нагнал крупный мужчина и без лишних слов одел мешок на голову. Игоря втолкнули в какую то избу. Через мешок было понятно только, что он в помещении и свет выключен. Его посадили на стул, который он смог ощупать руками. Глухой сдавленный голос поинтересовался: «Игорь вы правда любите свою жену? Только хорошо подумайте. Если сейчас дадите свое согласие назад уже пути не будет.» Игорь не знал провокация это или нет, в голове его созрел безумный план: «Да, ради жены я пойду на все.» Голос хмыкнул но продолжил: «Вы работает на производстве взрывчатки у вас есть доступ к документации и складским помещениям. А нам, так уж получилось, нужна взрывчатка причем в очень больших количествах. Мое предложение вам звучит следующим образом. Мы вытаскиваем вашу жену из заключения, делаем вам двоим документы на выезд из страны. А вы организуете вывоз с вашего предприятия шести тон взрывчатки. Задача не тривиальная. Но мы навели справки и вам эта задача по силам. Ну, а если вы вдруг решите нас сдать то ваша благоверная не протянет в колонии и одного дня.» Не смотря на все безумие Игорь согласился. Он не был дураком, но хотел обменять жену на диверсантов или террористов, неважно кого, но столько взрывчатки им явно нужно не для петард на праздники. Игорь понимал, будут они следить и одни  и другие, нужно было как то незаметно связаться с полицией, но как? Навели справки, значит и на работе доверять было никому нельзя, а время поджимало. Выручил Игоря случай, он узнал что Кравцов любит рыбалку и ездит он с мужем  Клавдии Ивановны. Вечером того же дня Игорь пришел в магазин, убедившись что они одни Игорь попытался намекнуть Клавдии о своей просьбе. Клавдия Ивановна его поняла «Эх Катька, Катька… Пропадешь ты из-за нее, помяни мое слово. Я передам весточку.»  Встреча Игоря с Кравцовым прошла на работе, в самом безопасном помещении первого отдела, куда Игоря пригласило руководство для уточнения деталей о его жене. Кравцов был не один, рядом с ним сидел  высокий и статный мужчина в безупречном костюме.
«Значит договариваемся о следующем, вашу жену пока, оставим под домашним арестом, пусть вас это не беспокоит. Ваша задача, подготовить документы и загрузить «экспериментальную» взрывчатку в машины террористов. Мы же позаботимся чтобы среди ящиков были и маячки. Нам не нужны рядовые исполнители, нам нужны все участники. Наверняка руководство захочет посмотреть на столь ценный груз да хранить его будут не в поле под чистым небом. В случае успеха все обвинения с вашей жены будут сняты, а вас переселят по программе защиты свидетелей. Когда они выйдут с вами на связь?»
Игорь постучал пальцами по столу «Обещали завтра вечером, что сами ко мне подойдут.»
«Думаю слежку устраивать за вами не будем, спугнем еще. Рыба вроде как наклевывается крупная или через чур наглая. А пока подпишите вот эти документы.»
Игорь внимательно прочитал все бумаги и подписал, подвохов он не нашел, да и надеялся на честность офицеров. Кате Игорь сказал, только что ему звонили из полиции, с документами все затянулось и решения суда нет, так что она останется с ним дольше чем ожидалось. Не хотел он ее обнадеживать, она сейчас держалась гораздо лучше чем он, да и вдруг что случиться. Игорь рисковал, то ли от наивности, то ли от отчаянья, а может все и сразу. Он не удивился когда его снова нагнал мужчина, но уже у гаражей. Игоря впихнули в один из боксов. В этот раз ему не одевали на голову мешок да и свет горел в боксе. Перед ним сидел мужчина в зеленой потертой охотничьей куртке, поверх драного свитера, верхом на старой табуретке: «И каков наш план?» Его напарник в этот момент достал какой то прибор и стал водить им по одежде Игоря. «Чистый.» Сидевший спереди мужчина рассмеялся: «Зеленый, он наверняка уже нас сдал, полиции или своему первому отделу на заводе, но это не важно. Все очень просто они не будут нас брать на месте. Во первых очень опасно, стрельба, взрывчатка и все это на стратегическом заводе. Во вторых они захотят найти наш штаб или центр управления, ну они так мыслят, не умеют они иначе у них в голове одни пирамидки. И самое главное, наш новый дорогой друг, как он сам нам сказал, готов на все ради благополучия своей жены, а значит он очень скоро поймет, что он уже один из нас.» Игорь кивнул в знак согласия. «Так каков план?» Игорь тяжело вздохнул и начал рассказывать, так чтобы это не выглядело отрепетированной речью, менял детали и последовательности но укладывал все в общую канву. Седевший перед ним улыбнулся. «Как то так себе я это и представлял. Теперь по деталям, будет два армейских грузовика, их нужно будет запустить и сопроводить к складу. Номера машин тебе отдаст Зеленый. Когда машины загрузят, ты сядешь в кабину к водителю первой машины, я не шутил когда говорил что ты станешь одним из нас, нам пригодиться специалист твоего уровня. Вопросы.» Вопрос у Игоря был только один. Собеседник опять улыбнулся, а ты начинаешь мне нравиться Игорь. Ты не спросил про себя, про деньги, про свою безопасность. Но про жену ты никогда не забываешь… Это хорошо. Зеленый покажи ему.» Зеленый достал с полки коробку и открыл внутри лежал сложный прибор и два паспорта. Один на Игоря другой на его жену. Оба паспорта были высокого качества, насколько мог судить Игорь, фото были похожие но прическа у Катерины и цвет волос был другой, а у него была аккуратная темная испанская бородка, к сожалению они небыли мужем и женой в новых паспортах, но может так было и лучше. «Вот что мы сделаем, это устройство поможет снять браслет с ноги твоей жены, а эти паспорта, а к ним позже появятся и билеты позволят вам легко покинуть страну. Паспорта настоящие да и искали людей похожих максимально на вас. Но наша страховка, твоей лояльности будет в постепенности событий. Как ты понимаешь если бы мы хотели просто тебя грохнуть, или кинуть можно было бы так не стараться, но мы не так работаем. Ты делаешь все так как мы тебе скажем, а мы исполняем твою мечту. И поверь. Если вдруг у тебя появятся сомнения, а они у тебя появятся. Знай, что как только ты отходишь от плана и договоренностей все обязательства обращаются в тыкву. Не получиться не замараться.»
Игорь покинул бокс в полном смятении, он чувствовал себя пешкой в чужой игре, обе стороны мыслили на два, на три хода вперед, и это только то что они говорили, а он влез в это сам и втянул несчастную Катю. Но уже не мог отступить. Дома он полностью отдался вечеру с любимой прогнав все мысли, чтобы утром, пойти на решающий рывок.
Утром на заводе он получил последний инструктаж. «Скорее всего будут искать они маячки и найдут, но так часто бывает и не только с военными грузами, это нормально. Но секрет в том что маячки бывают активные, пассивные и с таймером. В нашем случае будут все три типа, так что если даже они будут сканировать машины и найдут датчики не паникуйте. За вами будут следить ежеминутно и даже с воздуха. Если они хотят чтобы вы ехали сними не беда. Рано или поздно им придется закончить этот цирк. Они уверенны в своем плане и силах, это хорошо. Значит точно ошибутся.»
Грузовики приехали в назначенное время, два новеньких, как с иголочки. Игорь показал документы на въезде и провел машины к складу. Бригада была опытная, работали слаженно. Опасный груз был разложен по грузовикам, после чего Игорь сел в кабину в первый грузовик. К его удивлению, там оказался молодой солдат, не вызывавший ни каких подозрений. Машины проехали блок пост и выехали по направлению к шоссе. Вскоре их догнала и обогнала машина сопровождения. Выехав на шоссе вся троица двигалась классической колонной. Солдат рядом с Игорем болтал без умолку о том как он попал на срочную службу и рад, что научился водить грузовик, ведь в его деревне, когда он вернется он будет первым парнем на деревне. Так было до того момента пока грузовики не въехали в туннель. Перед Въездом в стратегические объекты везде стояли рамки сканирования. Игорь вышел с документами, а бойцы прогнали обе машины  через рамки. С удивлением он увидел в диспетчерской Зеленого в форме офицера пограничного контроля. Зеленый жестом пригласил его к себе. Пока Игорь поднимался к грузовикам подъехал военный пикап и в кузов каждого из них был загружен большой ящик, после чего бойцы спешно поменяли номера на машинах. Перед Зеленым был небольшой монитор, на котором разом потухло с десяток точек. Зеленый посмотрел на Игоря, вот и все, маячков больше, нет, а машины в туннеле. После чего он убрал планшет и приказал через громкоговоритель, встать машинам к обочине. Игорь посмотрел на Зеленого тот слегка улыбнулся, забрал у него документы и легким движением руки поменял номера и в них: «Ждем.» Минут через тридцать к туннелю подошла колонна точно таких же новеньких зеленых грузовиков. Когда офицер поднялся по лестнице, Зеленый передал документы Игоря офицеру: «Вот сопроводительные документы. И достал из-за пазухи письмо с грифом секретности, а это распечатаете по дороге. В грузовиках спец груз, будьте крайне осторожны.» Офицер понимающе кивнул. Грузовики с взрывчаткой заняли свое место в колонне и двинулись вместе с стольными. Проводив их взглядом Зеленый, быстро переоделся в дорожного рабочего и накинув дорожную каску и жилет подобие своего на Игоря повел его вглубь туннеля. Дойдя до лестницы они поднялись по служебному выходу на вершину горы. Тут работала целая бригада, тянули какие то шланги. Слившись с ними Зеленый провел, Игоря в небольшой трейлер, проскандировал его одежду и убедившись что все в порядке вручил ему комбинезон и ботинки рабочего. После чего они сели с другими сотрудниками в кузов небольшого грузовичка и выехали в обратном направлении. Игорь молча смотрел на Зеленого, но тот только вежливо улыбался и похлопывал его по плечу.

«Разрешите доложить!» Виктор Рубейкин поднял глаза на вошедшего: «Докладывайте». Они загнали грузовики в туннель сменили номера заглушили маячки и смешались с колонной идущей на фронт. С воздуха мы не смогли их отличить, ведем наблюдение за колонной, но наш наблюдатель не заметил ни в одной из кабин нашего агента. Туннель тщательно обыскали и проверили. Офицер который должен был сегодня дежурить в туннеле фальсифицирован. Также там была бригада рабочих, мы их допросили, посторонних не видели. Система видео наблюдения в тоннеле была взломана и зациклена, поэтому изображения с камер у нас нет. Номера машин в колонне уточняем: «Продолжайте наблюдение за колонной, груз все еще там. Рано или поздно они постараться его изъять. И еще на всякий случай арестуйте эту Екатерину и перевезите под усиленным конвоем к нам. А чтобы не возникало вопросов внутри перевезите вместе с ней и бандита Естафьева. Пустите слух что его братки планируют его отбить, пусть кто-нибудь из местных прогонит маляву. Сообщите мне как у вас все будет готово для конвоя.»
Зеленый и Игорь вышли с другими рабочими на заправке быстро переоделись в разнорабочих и сели в потрепанный седан. До дома были считанные километры. Зеленый нарушил молчание: «Ну вот и все едем за твоей женой.» Они уже должны были повернуть во двор, но Зеленый проехал мимо. В зеркало заднего вида Игорь увидел как Катю выводят из дома двое сотрудников полиции. Зеленый матюгнулся, но потом уже спокойным тоном сказал: «Верный признак что они тебя потеряли, тут они ее держать не будут повезут в столицу там и перехватим. График и остановки конвоя мы знаем. Отобьем твою Катю.»
Виктор Рубейкин высокий худой и в штатском  костюме прохаживался у себя в кабинете,  раскуривая   сигарету.
До границы грузовики со взрывчаткой так и не дошли. Все таки удалось противнику их замешать в общей чехарде военной логистики, меняя номера и опознавательные знаки. Осталось только понять какая может быть цель у врага. Такое большое количество взрывчатки может понадобиться только если необходимо взорвать мост, или туннель. Но им нужен не любой мост и не любой туннель. Виктор подошел к карте на стене. Для поставок на фронт использовалось пять больших мостов два железнодорожных и три автомобильных. Он спешно отдал приказ об усилении контроля на всех пяти объектов и проверки грузов, издал временный приказ о запрете провоза взрывчатки, через мосты. Смысл в уничтожении моста был только если взрыв нарушит логистику войск. Но мостов пять, а грузовика с необходимым грузом и мощностью всего два, значит они хотят наладить производство взрывчатки, а для этого им и нужен специалист. Вот поэтому им и нужен этот Игорь… И раз Катя у нас  они неизбежно попробуют ее отбить.               
Два серых грузовика внутренних спец войск грузились на поезд идущий из столицы в мятежный округ, на подавление восстания, рабочих. Офицеры бегали в спешке. Нужно было срочно перебросить большое количество личного состава, местная полиция уже была раздавлена протестующими.
Игорь сидел на небольшой кухне в бревенчатом доме. Зеленый он же Сергей собирал взрывное устройство. Охотник он же Николай чистил и готовил карабин. Еще несколько неизвестных ему мужчин сидели и готовили оружие. У окна стоял небольшой радиоприемник и играл музыку. Николай смотрел на Игоря. «Они будут нас ждать. Но будут пытаться сделать вид что нет. На этом их и поймаем. Место там только одно, оно всем очевидно, это Заправка. Много народу там не спрячешь, особенно сейчас. Значит будут перекрывать трассу выше и ниже по шоссе. Конвой поедет завтра утром. Они только что листовки об этом не развесили. Будем работать четырьмя группами. Группа Лешего приготовит сюрприз на трассе чуть выше заправки. Как только они дернуться к нам на захват мы их немного удивим. Саму заправку будет брать моя группа. Прикроет нас группа Лесника. Погода нелетная, преимущества с воздуха у них не будет, ни один беспилотник в такую метель не пролетит. Тупо стоять на дороге они не будут, я посмотрел возможные стоянки, где можно спрятать людей. Это две заброшенные деревни. »  Музыка прервалась срочным сообщением. «Поезд внутренних войск идущий на подавление внутренних беспорядков в северном округе была атакован неизвестными, в результате арочный мост соединявший столичный и северный округ получил сильные повреждение, сейчас движение по нему остановлено. Генеральный прокурор взял расследование под личный контроль.» Все в комнате оживились, Николай улыбнулся Игорю: «Мы не террористы, мы сепаратисты. Сегодня не без твоей помощи, мы сорвали операцию подавления населения в целом округе.» основная доктрина  Звягенцева была проста, большинство людей были против текущего порядка. Кто то вот как Игорь был против отправки его жены на пять лет в колонию. Кто то был как Катерина против выселения матери с ребенком. Каждый по своему и поэтому каждый по своему был его союзником, кто-то больше кто-то меньше. За заводом и его сотрудниками они следили давно, просто ждали случая.
Николай Звягенцев планировал не освобождение Катерины, это был предлог, также как, и игра с Игорем, которого вели уже пару месяцев, все это было на показ и больше для противника, он планировал нанести решающий удар противнику тут в самом сердце у столицы. Не способность власти подавить округ и справиться с террористами у себя под носом на его взгляд должна было показать всему населению Тракии слабость и хрупкость режима. Они станут свои лучшие силы, они может даже стянут всех. Но он готовил эту операцию, не один день, не неделю, а почти пол года. Жесткая конспирация, минирование, внедрение сотрудников на ключевые должности играющие свою роль в его плане. Скупка снегоходов по всей стране. В конце концов вся заправочная станция  была перестроена по его плану. Он заманивал противника в ловушку с одной единственной целью, нанести противнику решающий удар, от которого тот не сможет уже оправиться. Было перебрано и отработано множество сценариев и сейчас он просто ждал хода своего противника.    
Виктор Рубейкин изучал личные дела подозреваемых. Враг оказался не внешним, а внутренним. Слишком долго шла война, слишком долго. Николай Звягенцев бывший коллега, военная разведка, десятки успешных операций. Сергей Стародубов диверсант со стажем, также имел на своем счету множество операций, великолепный технарь. Рубейкин перекладывал остальные дела, кто еще мог быть в его команде. Чем дольше он изучал личные дела и план операции, тем четче понимал что необходимо нестандартное, может даже безрассудное решение и конечно нужен сильный и решающий аргумент, которой станет неожиданностью. В этой игре каждая из сторон заранее знает о другой, знает возможности и силы, тактику, если цель будет недостижима, они не нападут, если цель будет доступна, они смогут ее заполучить.
Генеральный прокурор рвал и метал у себя в офисе. Виктор же сохранял хладнокровие сейчас он взял все под свой контроль и все распоряжении команды шли только через него, ему необходимо было собрать за сутки и скоординировать до хронометрической точности, различные группы высококлассных специалистов. Часть команд уже скрыто работала на месте. Другая отрабатывала действия на похожей заправке.

                Обещания.

Екатерина и Игорь отплывали на пароме в новую жизнь. Для них так и осталось все большой и страшной загадкой.  Николай выполнил свое обещание, данное наивному и простоватому Игорю, выполнил потому что мог. Как и предполагал Николай ситуация в столице и округах пошатнулась. Власти ответили внутренним террором и тем самым подлили еще больше масла в огонь. Дошло до того что с фронта стали возвращаться целые подразделения и переходить на сторону протестующих. Противник же нашел уместным объявить перемирие, чтобы развязать руки командирам на местах. Восьмилетняя война подходила к концу как и деспотичное правление. До победы было еще очень далеко, но она была ближе чем раньше.