Новелла M, неприличное подражание Боккаччо, вер. 1

Поэтесса пригласила в свой замок знаменитых поэтов и стала для них героем анекдотов

…И тут королева дала повод начать следующему рассказчику таким образом:
– Дорогие дамы, я вспомнила то, что произошло в действительности, но рассказ очень похож на выдумку, потому что в нём присутствует несколько, можно сказать, сказочных мастеров, которые, однако, не смогли придумать для героини ничего сказочного, а она только утвердилась в своём мнении по поводу любви.
Жил недалеко от Флоренции граф ди Пазиенте со своей любимой супругой мадонной Рианиматой, которую он взял себе, пятидесятилетнему, пятнадцати лет и которая пристойно родила пятерых детей, трое из которых выжили; женщина честнейшая, умная, но упрямая; она на досуге вязала, играла на лютне, а кроме этого писала стихи и любила их всюду декламировать: перед мужем, гостями и даже челядью. Рианимату муж лелеял, делал всё, чтоб вызвать её благосклонность, скажу сразу, что тщетно; слушая стихи своей супруги, граф и дети, которые в поэзии ничего не понимали, всегда выражали восторг и восхищение и вполне искренне считали её стихи гениальными, и поэтесса этому верила. Ведь даже крестьяне, которые привозили телегами в замок спаржу и латук и слышали звуки лютни и прекрасный голосок мадонны из окошек, струящийся канцонами, балладами, сонетами и лаудами, старались изо всех сил поддержать Рианимату аплодисментами, поскольку знали тайный секрет: графиня, с виду прекрасная, но несколько чересчур изящная, страдала множеством болезней, к которым местные светила от медицины постоянно добавляли всё новые и новые, предупреждая графа, что надо прекратить вредное телесное взаимодействие с ней, дабы предотвратить рецидивы, но постоянно радовать супругу за каждую вышитую или написанную ею строчку.
Однажды в недобрый час злопыхатель, чьё имя заслуженно позабыто, сообщил графине, что через год в Падуе соберутся поэты со всей Италии для того, чтоб выявить самого лучшего среди них; называлось много знаменитых имён, стихи которых иногда читала графиня, как то: Дзуккини Дольчиссиме, Ангурия Профумата, Беллиссимо Цетриоло и другие, творчество которых отмечали многие князья, короли и даже император и папа; однако сама графиня была не лучшего мнения об этих поэтах, поскольку темы у них были мелки, стихи сухи и безжизненны, правильные чувства совсем отсутствовали и, главное, в них прослеживался фривольности и странный и неестественный оптимизм, хотя настоящей поэзии присущи мрачное настроение и трагический финал, чтоб вызывать у читателей тягостные эмоции, чтоб после прочтения, взглянув вокруг, душа возрождалась и радовалась жизнеутверждающей природе. Кстати, о прозе графиня отзывалась ещё более отрицательно, особенно возмущалась произведениями модного в те времена Джуванни Боккаччо.
Умнейшая Рианимата всё-таки решила отбросить самомнение, и перед тем, как начать готовиться к поездке в Падую, попросила мужа пригласить в гости указанных выше поэтов, чтоб услышать их мнение и высказать своё; муж не посмел отговорить или перечить, как ни предупреждали его врачи, и пригласил, посулив немалые деньги; и они по очереди в указанные дни обещались приехать, что очень радовало Рианимату, надеющуюся, что мастера слова по достоинству оценят её творчество. Врачи настороженно отметили, что ожидание, посетившее мадонну, положительно сказалось на её здоровье, а соскучившийся муж даже поверил в давно желаемое выздоровление и был готов сразу же обласкать любимую жену; но пока ему оставались только надежды.
Знаменитый Дзуккини приехал первым, и графиня была поражена его римским носом и учтивостью; после сытного изысканного ужина графиня и поэт в эркере долго обменивались мнениями; поэт был восхищён, по мнению монны, строкой из одного канцона и замком одного из сонетов Рианиматы; их беседа несколько наскучила синьору д'Пазиенте, он уснул и громко сопел; чтоб ему не мешать, поэтесса призвала поэта в свой альков. Беседа длилась до самого утра, после чего злой Дзуккини, разбудив графа и получив деньги, внезапно покинул гостеприимный замок; графиня же была расстроена три дня после бессонной ночи: она с возмущением повторяла, что этот бездарный хлыщ посмел сунуть нос и найти недостатки в одной строке и неточной рифме в другой, чем поставил под сомнение свою пресловутую гениальность и своё раздутое молвой мастерство.
С поэтами Профуматой и Цетриоло произошло нечто похожее, хотя первый из них был толстоватым бородатым живчиком, но слишком острым на язык, а второй гигантом с длиннющими усами-пиками, громоподобным голосом и неопрятной одеждой, но слишком сальными остротами; ди Пазиенте даже хотел вызвать последнего на дуэль, но жена его остановила, сказав, что эти выскочки не стоят кончика его шпаги.
Такой исход весьма порадовал напуганных врачей, которые немедленно отметили, что, как они и ожидали, общение с этими неблагодарными витиями пошатнуло здоровье Риантиматы и разрушило равновесие в организме графини между стихиями воды, огня, земли и воздуха, что графиня пережила упадок сил от бессмысленных разговоров на литературные темы и что, слава Всевышнему, бездари не привезли с собою чуму; тем не менее, постепенно всё вошло в норму; поэтесса вновь принялась вязать и писать стихи, но от поездки в Падую отказалась.
Тут, продолжил рассказчик, можно было бы и закончить повествование, если бы невоздержанные на язык поэты, не нарушая, слава Богу, приличий, отобразили в своих виршах поездку, скрыв настоящие имена и не называя место приключения их героев. Они дерзостно писали, как давно не получавшая плотского развлечения героиня не набрасывалась, как они ожидали, кошкой, а оставалась в постели как само наглухо одетое неподвижное целомудрие, которые замучаешься раздевать, и делали вывод, что истоки такого проявления страсти – научение несведущего в любви супруга-пуританина, возбуждавшего жену для деторождения пением псалмов.
Эти опусы на глаза Рианиматы попались в её глубокой и счастливой старости; она пережила мужа, поэтов, императоров, пап, пережила свои поэзию, вязание, болезни и врачей. Графине, когда она с омерзением взяла в руки эти томики, лишний раз напомнили о её глубоком отвращении к любострастным мужланам; и действительно, думала она, важно не то, что умеют делать мастера, а что мастера сумели совершить заказчику.

Декабрь 2025