география

«В той части мира, где обитает моя душа существуют странные - необычные - особенности. Быта? Скорее жизни..

Земля, которую завоёвывали - а после непременно заселяли - всяк уважающие себя племена. Часть суши, обагрённая кровью странствующих, паломников, пиратов, святых. Плодородная, тучная, неспокойная, желанная. Здесь строились монахи и дикие северные люди. Знаменитые правители, местные временщики. Беглые, мимо идущие, ищущие приюта.. И оставили след неизгладимый - в архитектуре, верованиях, воинской славе, обычаях, культуре.

Любой справочник расскажет - подробно, пытливо - о том, что посетить нужно. К чему приобщиться, чему изумляться. И однако, мелкое - но важное - укрыто и от прищура составителей карт и путеводителей.

Дома - как семечки облупленные, белёсые с крышами темноватыми - насажены по холмистым и равнинным горизонтам. Вот высится церковь здешняя, дороги петляют, зданьица административного назначения. И сады, сады, сады..

Я бывала в них - жилищах этих. Когда? Не помню, давно..

Но и теперь - глаза завяжи - смогу провести по коридорам и комнатам, указать - по запахам и звукам - какова приспособленность помещения.

 Их кухни - ароматные, добротные, весьма удобные - затенены обычно от внимания посторонних. Это - вотчина и королевство местных хозяек. Они берегут - стерегут даже - свой очаг от набегов.

Зато залы, кабинеты, библиотечки вполне доступны обзору. Заходи, пользуйся.

Найти опочивальню вообще невозможно. Где ночуют обитатели дома? Где их, выстеленное пёстрыми пёрышками гнездо? Может они не спят вообще? Может они - эльфы и феи? Нет, люди, обычные. Но дружественные своим древним традициям. От того живут долго, радостно.

Крошечные прихожки часто перетекают в общие - струящиеся, переламывающиеся геометриями - территории. Вот был стол письменный - и уже удобный диван, с деревянным резным основанием. Вот семейство обедало за старинным, потемневшим от времён неспокойных столом. И тут же образовалось место для бесед тихих, неторопливых. Кресла, этажерки, окна просторные с клетчатыми занавесками. Не знаешь - что же встретит тебя за следующим уголком и поворотом.

Дома вытянуты вдоль - не ввысь. Они выходят окнами в сады яблоневые, грушевые. И на заливы и морские побережья. Жить невдалеке от волн морских престижно, ничего что ветры дуют дерзкие, непостоянные.

Время - в таких краях - течёт медленно. Оно будто стоит, в некоторых лощинках и долинах. Пышнотелые коровы и умопомрачительный густой аромат зрелых яблок. Всё - как при Вильгельме или Жанне д Арк. И дважды в лунные сутки срывающийся в побег таинственный монастырь. Со скоростью скачущей лошади..

Летописи, архивные справки. Лощёные фотоальбомы, экскурсовод в очочках, образованный. Источники сведений и информации..

Но больше - и точнее - о былом поведает стол кухонный. В одной - в любой? - спрятанной от пришлого кухоньке сельского домика. Старый, слегка колченогий, щербатый. Переживший и завоевателей, и правителей.

Откуда я это помню? Где-то, среди выпасов, устьев речек и всхолмьев стоит мой дом. С такой же кухней и спаленкой. Окружён - подобие крепостной стены - садом. И там живёт моё счастье..»


**


«Город…

Непримечательный, со зданиями незамысловатыми. Простенький, не в пример другим городкам прекрасного края. Всё только, что - порт. И ещё - удачное расположение между двумя городами «величины первой».

Дома - три, четыре этажа - по традициям местным выкрашены в цвета разные и жизнерадостные. Улицы кривоваты - но, как везде. Много каналов, впрочем размеров и видов неброских, почти функциональных. Людей мало, цены приемлемые. На всё.

Зацепиться - глазом, сердцем, мыслью - не за что. Такой - каким и не ожидаешь увидать населённые пункты подобного «оазиса». Как остаток, исключение.

И всё же, он почему-то возник в моей памяти. Названием и действами.

Праздники..

От чего, с какого панталыку в таком неприметном месте могут быть праздники? Может именно из-за внешней общей усреднённости, неустроенности и обыкновения. Само местечко такое скучное, что надо непременно развеяться. Праздниками.

И я представила. Как по этим ломаным улочкам шествует толпа разнаряженная. Одеты в карнавальные костюмы и просто в парадное. Идут весело, с песнями, плясками и факелами, под вечер. Растекаются по переулкам-«рукавам», оседают на крошечных набережных и променадах каналов. Заходят в открытые настежь пиццерии, кафе, ресторанчики. Усаживаются на скамейки в сквериках и парках. Музыка звучит повсюду, люди легко заводят знакомства и восстанавливают прежние связи.

И вот уже, в укромных уголках и сумеречных аллеях обнимаются, объясняются, предаются утехам. Лёгкий дух свободы и неопределённости витает над площадью и фонтанами, уличными столиками кафетериев и рощами платанов. Праздник - время вседозволенности и отпускания «вожжей». Чтобы потом не так горько было вернуться в снулую действительность..

Вздохнула.. Будто колоколец сняла со двери. Всё стало беззвучным..

В моём представлении об этом местечке - и времени, проведённом там - праздники и само поселение не сливались. И не образовывали общей жизни. Они были как бы отдельно и автономно. И более напоминали широко известную тарантеллу.

Озорной ветер вседозволенности не проникал в окна жилых построек. Оставаясь сизым осадком и клубами, ближе к воде. Не привязывался навсегда к воспоминаниям обитателей. Не напитывал любовной истомой желания женщин. Не внушал шального мужества здешним мужчинам. Из-за него не рождались в положенный срок чудесные дети. Не писались лучезарные картины, не слагались волшебные стихи. Он туманом и осклизлым налётом уходил в морские глубины. Оставляя по себе пустоту, холодок под ложечкой, неосуществлённые мечты и похмелье..

«..странные праздники.. что-то меня знобит..» - привычно передёрнула плечами я..»