Глава 4. Алёна. Свидание или дружеская прогулка?

Обратно все ехали в понуром настроении. Каждый думал о своём и пытался склеить осколки произошедшего сегодня безумия. Один лишь Рома видимо считал, что неловкость из-за него. Наверное, опять стал заморачиваться по поводу машины. М-да, Лиля умеет вселить в человека сущую неуверенность. На половине пути, сестра подала-так голос встряв между мной и Ромой.

— Знаете, что, в отличие от вас я не могу игнорировать произошедшее в доме у старой карги. Алёна прошу тебя объясниться, иначе у меня голова от мыслей лопнет, — взъелась сестра, больно ухватившись за моё плечо, видимо, чтобы я не соскочила с темы.

— А что такого там произошло? Каких объяснений ты хочешь? — непонимающе спросила я, не оборачиваясь.

Рома окинул меня подозрительным взглядом, но вмешиваться в наши разборки не стал. Внимательно продолжил следить за дорогой.

— Дуру из себя не строй. Всё ты прекрасно поняла, — разозлилась Лиля и больнее надавила на плечо.

— Хватит, — сбросила я руку сестры. Меня не устраивало как она обращалась со мной. Что за допрос с пристрастием?

— А то что? — воскликнула Лиля. — Решила подлизаться к бабке? Думаешь она тебя услышит и за свою примет? Не живи в фантазиях Алёна, эта старая змея никогда не примет тебя. Как ты сама говорила? Она нас за людей не считает.

— Девочки сейчас не лучшее время чтобы поругаться, — устало произнесла мама, обнимая себя. На ней лица не было, настолько она огорчилась.

— Именно! — грозно посмотрела я на сестру. — Дома всё обсудим!

— Дома, значит? Что Ромчик не привык к шумным женщинам вокруг себя? Только не влезай вперёд со своим ответом Алёна пусть мальчик мне пояснит за свою личную жизнь, — теперь буквально ворковала сестра, и всё же каждое слово, сказанное ею, было пропитано ядом. Она хотела задеть меня, цепляясь к парню, который не имеет к нашему спору никакого отношения.

— Ничего подобного. Можете обсуждать что хотите, я просто сделаю вид что не слышу, — нашёлся что противопоставить Лиле Рома.

Я улыбнулась ему. Мне понравилось, что парень не стал разводить ещё больший конфликт. Вышел почти что сухим из воды. Посмотрим, что на это ответит ему моя дорогая младшая сестрёнка.

Пока я улыбалась как идиотка, Рома заметил это, и тоже скромно улыбнулся уголком губ. Такой милый.

— Поведай-ка мне как? — не уступала Лиля. Словно любое сказанное кем-либо слово заводило её ещё больше. — Ты взял с собой беруши Ромчик? Если нет тогда, наверное, закроешь свои ушки прямо во время поездки? Но тогда мы разобьёмся. Хотя, катаясь на таком «мерине» я удивлена что до сих пор ещё жива.

— У тебя пластинка заела? Если так, то просто замолчи Лиль, — потребовала я. Меня уже достало её хамское поведение. — Рома делает нам одолжение тратя своё личное время. Так и тебя ему что ли ещё терпеть надо?

— Всё в порядке Алёна, я всегда готов к диалогу. Главное, чтобы он куда-то вёл, иначе всё бессмысленно. Мы же не просто так чешим языками, да Лиля? — бросил камень он в огород моей сестры.

— Естественно! — скрестив руки на груди, она откинулась назад, и замолчала-таки.

Оказывается, против её бестолкового трёпа было не сложно избавиться. Жаль только этот способ не изобрела я.

Рома довёз нас до дома. Мама молча вышла из машины и осунувшись пошла к подъезду. Ей было хуже всех. Она страдала из-за нелюбви своей матери, и я буквально ощущала на своей шкуре её внутреннюю боль. Лиля последовала за ней, но в более лучшем расположении духа. Наверняка уже давно позабыла о том, как Разина нас отчитывала, и думает лишь об очередной вечеринке. Сегодня же суббота, её любимый день недели. Я тоже собиралась попрощаться с Ромой и пойти за своими родственницами, но парень задержал меня взяв за запястье. Кроме Мацкевича раньше никто не мог так прикасаться ко мне, и я слегка опешила вначале. Даже в некоей степени испугалась. Непривычные чужие руки, более шершавые, физически рабочие, нежели у Матвей, который в основном зарабатывал мозгами.

Уставившись на наши руки, я замерла. Первая не хотела ничего говорить, решила подождать.

— Сегодня выходной, — замялся Рома, и уже сам казалось был не рад своему напору. Разжал ладонь, и я смогла расслабиться. — Если ты не против, мы могли бы прогуляться где-нибудь?

Вроде мне давно этого хотелось, и я всё не могла дождаться, когда скромник Рома пригласит меня куда-нибудь. А вроде… теперь уже и нет особого желания. Подумав минуту, я кивнула. Списала своё противоречие на сестру. Она старается поселить во мне море сомнений, которые мне совершенно не нужны. Да Рома не Матвей, далеко не он, но этим то он мне и приглянулся, когда впервые увидела парня. Нет напускного высокомерия, серьёзности и без лимитной банковской карточки. То, что надо! Встречаясь с Матвеем я с самого начала знала, что мы не живём в сказке, и он далеко не принц. Пыталась сопротивляться ему, показывая какие мы разные, но Мацкевич упёрся. Теперь рядом с Ромой, пусть мы пока что и не встречаемся, я чувствую себя в своей тарелке.

— Куда ты хотела бы сходить? — включил он зажигание, и мы снова поехали.

— Мне не важно. Вези куда захочешь, я буду рада любому месту, — постаралась я быть крайне милой. Надеюсь это правильная тактика. Ни черта не понимаю, как общаться с парнями, даже после, казалось бы, какого-никакого опыта отношений.

— Тогда может просто прогуляемся по набережной, поедим мороженное, выпьем горячего шоколада, — стал перечислять Рома. Он заметно нервничал.

— Идёт. Я согласна, — дрожали и мои руки.

Пока мы ехали, Рома пытался шутить, и рассказывать о своей жизни. Если на рабочем месте это происходит как-то свободно, то наедине друг с другом мы ощущали смущение, словно делаем что-то неправильно. В общем с горем пополам добрались до набережной, и оставив машину на парковке пошли медленным шагом вдоль реки. Наступила странная и смущающая тишина. Само собой, только между нами, остальные нормальные люди разговаривали, смеялись, и жили полной жизнь. Интересно, а считает ли Рома нашу прогулку свиданием? Если да, то попытается ли взять меня за руку? Боже, как же сложно. Может мне самой проявить инициативу? А если нет, то подумает, что я ненормальная. Лезу к нему. Может лучше будет спросить напрямую? Буду ли я потом краснеть как помидор от стыда? Буду конечно, в любом случае.

— Я хотел спросить тебя…— обрывисто начала беседу Рома. Быстро замолчал.

— Спрашивай, — невзначай притронулась я тыльной стороной ладони к его руке.

Рома толи не заметил, толи проигнорировал. Понять оказалось невозможно. Или просто я тупая.

— У тебя ведь никого нет? Мне внезапно не прилетит от твоего возможного парня в челюсть? — усмехнулся парень, будто бы так защищаясь. Я часто за ним замечала подобную привычку.

Я рассмеялась, но заметив, что Рома абсолютно серьёзен, прочистила горло и прекратила вести себя как дура.

— Нет. Я одинока. Никто тебя не побьёт, — и зачем только добавила?

— Вообще я знал, но от Вали часто слышал, что у тебя где-то есть влиятельный поклонник и его лучше не злить, — признался Рома сложив руки в карманы спортивных штанов.

— Валя тебе так сказала? Выдумщица, — махнула я рукой, и случайно задела грудь Ромы. — Извини, я случайно!

— Всё в порядке. После того что я узнал, что, Валя выдумала твоего поклонника можешь бить меня сколько влезет, — по-доброму посмеивался он.

— А больше она тебе ничего не говорила? — между делом поинтересовалась я. Надо будет поговорить с ней, и узнать зачем она наплела Роме всякую ерунду.

— О тебе? Если я признаюсь, что много спрашивал, ты не рассердишься? Моё поведение можно истолковать как преследование, — стало ему не по себе.

— Глупости. Я не обижусь. Ты же мной заинтересовался, это приятно, ведь и я тобой тоже, — взяв себя в руки, я приняла решение быть смелой. Будь что будет, главное я беру свою судьбу в собственные руки.

— Обо мне и спросить не у кого, — переживая, он ускорил шаг.

Я, еле поспевая, нагло ворвалась в его личное пространство и всё-таки взяла за руку. Посчитает ли он это домогательством? Не знаю даже может ли такое нравится парням? Не припомню, чтобы Матвей часто брал меня за руку.

— Вот это да, — удивлённый парень поднял наши сцепленные руки вверх, разглядывая. — Наверное первым взять тебя за руку должен был я. Как всегда, тормоз.

— Не говори так Рома, просто мне внезапно жуть как захотелось притронуться к тебе, — в целом я находилась в смятении, как и он, но ему об этом знать не обязательно.

Вспоминая как держал меня за руку Матвей, я заметила огромную разницу. Понятное дело с Ромой мы держимся впервые, и очевидно нам непросто, но всё же когда Мацкевич сделал это в первый раз сам, он был в себе уверен на тысячу процентов. Пусть тоже волновался, и боялся, что мне не понравится. Так стоп! Хватит сравнивать несравнимое. Пошёл в задницу треклятый Мацкевич со своей уверенностью в себе, машинами и гонором. Рома не он и это главный плюс. Он не оставит меня даже не соизволив расстаться как нормальные люди.

Отныне никакого Мацкевича в голове. Выбросили, закопали, забыли.

— Задумалась о том, как тебе неприятно держать меня за руку? — отвлёк меня его голос.

— Что? Отчего ты так решил? — запаниковала я.

Парень пожал плечами. Так невинно как мальчишка.

— Ты выглядишь напряжённой. Словно заставляешь себя так поступать. Будто бы где-то на подсознании не хочешь, — объяснил он то как понимает моё состояние

— Бред. Не выдумывай, — крепче я сжала ладонь Ромы и попыталась понять, что испытываю. Необычно, но приятно. Надо просто привыкнуть.

— Давай купим мороженное? Ты какое кстати любишь? — перешёл он на новую тему, словно ему надоело мусолить то что нам обоим пока недоступно.

— Обычное. Ванильное, — ответила я коротко, мне хотелось узнать его получше, а не занимать рот едой.

— Какое совпадение, я тоже, — и отпустив мою ладонь, Рома направился к первому на нашем пути киоску.

Взяв два мороженного, парень вернулся ко мне, передал одно. Я поблагодарила. Настроение моё стало портиться. Кажется, свидание не удалось, однако Рома снова взял меня за руку, быстро поменяв моё мнение.

— Холодно здесь, ты, наверное, замёрзла? — забеспокоился парень. — Я могу сгонять в машину за джинсовкой.

— Не стоит. Я люблю прохладу. А ты?

— Не особо…

— Тогда вернёмся? — как же мне было напряжно предлагать подобное, я не хотела обратно.

— Не-а. Пошли к реке, хочу посидеть и послушать тихие всплески волн, — и мы как дети поспешили вниз к реке.

Вечером от неё сильнее тянуло прохладой, но нам это не мешало наслаждаться спокойствием. Весь народ там вверху, где теплее, а ты здесь. Звук воды приносил умиротворение, а рука Ромы на моей талии уют. Я крепче прижалась к его груди вдыхая пока что незнакомый мне аромат. Я бы снова начала сравнивать, но в данный момент этим заниматься вовсе не было желания. Мне нравилось, как пахнет Рома, и я готова была вдыхать его запах часами. Прикрыв глаза, я обняла молодого человека за пояс, и улыбнулась. Так тихо и мирно у меня на душе не было ни разу за последние десять лет.

— Прости, если я прерву всю романтику своим занудством, но я не могу отделаться от навязчивых мыслей. Можно мне рассказать, о чём я думаю? — прошептал Рома, целуя меня в макушку.

И всё же меня насторожили его слова.

— Рассказывай мне, о чём хочешь. Я выслушаю, — крепче прижалась я, становилось всё более прохладней.

— До меня у тебя ведь был парень, — заявил мне Рома, всем известный факт. Однако я не ожидала что и он осведомлён.

Я отстранилась от него, и уставилась на его лицо. Оно казалось мне грустным и даже немного отчаявшимся.

— Был, и что? Многие люди встречаются, потом расстаются это не новость какая-то, — только-только моё тело расслабилось в его объятиях, как я ощутила озноб.

— Валя рассказала, что твоим парнем был кто-то из руководства нашего магазина. Это правда? — сузились его глаза, словно бы он не верил.

— Не совсем, но да, — неохотно согласилась я.

— Извини, я не хотел тебя задеть своими вопросами. Это наверняка больная тема для разговора, — Рома снова переменился, испугался, что я могу как-то не так его понять.

— Нет, — отрицала я, — но мне интересно, зачем ты начал об этом? Тебя что-то беспокоит?

— Я соврал бы, сказав нет. Да. По слухам, это он тебя бросил, и ты долго думала из-за чего. Кто-то сказал, что ты даже преследовала этого парня, типа он трубку не брал и не отвечал на твои сообщения, — сцепил он пальцы в замок и стал перебирать большими.

— Обо мне, оказывается, ходят легенды, — усмехнулась я. Знала, что сплетников у нас в коллективе много. — А не говорили ли тебе что я жадная до денег, и выискивала бывшего ради них?

Рома опустил голову.

— Конечно, говорили, — заключила я. — Что ещё от них ожидать? Наверняка завидовали мне, а когда он бросил даже, не оповестив меня о том, что мы расстаёмся все обрадовались.

Под «всеми» я не имела в виду Валю. Она хорошо поддерживала меня в тот период, так что мы стали по-настоящему близкими подругами.

— Он так поступил с тобой? — взглянул на меня Рома, зато я отвела глаза.

— Для чего ты вообще начал этот разговор? Спроси прямо, что тебя тревожит, а я отвечу, увиливать не стану, — надоело ходить вокруг да около. И тема с Мацкевичем мне неприятна. Я только перестала о нём думать, как Рома воскресил во мне эти сравнения и мысли.

— Ты, скорее всего, подумаешь, что я неуверенный в себе мальчишка, и будешь права. Я именно такой. Постоянно загоняюсь и переживаю. Короче, зная о твоих прошлых отношениях с богатым парнем, я понимаю, что точно такого же дать не смогу. Ещё боюсь, что, если вдруг он снова объявится в твоей жизни ты с лёгкостью бросишь меня, — не смотря на меня, нервничая поделился своими страхами Рома.

— Такого ты обо мне мнения Ром? В твоих глазах я падкая на деньги? И откуда в вас всех такая уверенность, — обидели меня его слова. Ладно Разина, но его то куда несёт?

— Нет. Я такого не сказал….

— Но подразумевал! — прервала я его.

— Дело даже не в деньгах. Скажи он ведь лучше меня во всём да? Только честно. Твоя сестра дала мне это понять отчётливее некуда, — кулаки его сжались, Рома злился.

— Моя сестра всегда всё говорит и делает мне наперекор. Когда я встречалась с тем парнем, она и его терпеть не могла. Даже когда я попала в больницу хорошо так отчитала, — сама собой появилась на моём лице улыбка. Но она тут же исчезла, вспомнив что Матвей даже зайти ко мне тогда не захотел, хоть Лиля и требовала.

— Значит она против всех? — улыбнулся мне Рома, видимо думая, что моя улыбка предназначалась ему.

— Что-то вроде того, — хотела я поскорее закончить наш разговор о Мацкевиче.

И хорошо, что Рома переключился на себя и свою юность.